Жамолдинова

1.

Магистрантка: Жамолдинова Н.Ш.
Научный руководитель: Акбаров Р.Х.

Распад СССР (1991) изменил
геополитику Центральной Азии.
Узбекистан — ключевой игрок
региона (экономика, демография,
геостратегия).
Научная проблема:
• Отсутствие комплексного анализа
узбекско-турецких отношений за 1991–
2016 гг.
• Не выявлены механизмы, позволившие
сохранить «экономический мостик» в
годы кризиса.
Турция — первая страна,
признавшая независимость РУз,
«старший брат» в 1990-е.
Период 1991–2016 гг. — сложная
траектория: от «эпохи надежд» до
политической «заморозки».
2

3.

Объект: Система международных отношений между РУз и ТР в 1991–2016 гг.
Предмет: Политические, экономические и культурно-гуманитарные аспекты
взаимодействия + факторы динамики.
Цель: Комплексный историко-политологический анализ узбекско-турецких отношений
(1991–2016), выявление ключевых факторов нелинейной динамики.
Задачи: • Выделить основные этапы развития отношений.
• Исследовать историко-культурные корни взаимодействия.
• Проанализировать политическую составляющую диалога (роль
лидеров, международные организации).
• Оценить
динамику
сотрудничества.
и
• Обобщить итоги периода
накопленном потенциале.
структуру
и
экономического
сформулировать
выводы
о
3

4.

Комплексный анализ всего периода 1991–
2016 (а не отдельных кризисов).
Введено понятие «ценностного разлома» — фундаментальное
расхождение политических культур Узбекистана (приоритет
суверенитета) и Турции (плюрализм, «мягкая сила»).
Выявлен феномен «секторальной стратификации»
(«экономического мостика») — устойчивость текстильной,
строительной и банковской сфер к политическим кризисам.
Предложена авторская периодизация, учитывающая
внутренние детерминанты внешней политики Узбекистана.
4

5.

Теоретические подходы (синтез):
• Политический реализм →
объясняет приоритет
государственного суверенитета
Узбекистана, рациональную
стратегию защиты национальных
интересов.
• Конструктивизм → анализирует
роль исторических нарративов,
тюркской и исламской
идентичностей.
Методы:
• Историко-генетический (хронология)
• Сравнительно-политологический
(сопоставление политических
культур)
• Институциональный (роль
международных организаций)
• Экономико-статистический
(динамика товарооборота,
инвестиции)
• Индексы RCA (выявленных
сравнительных преимуществ) и TCI
(торговой комплементарности)
5

6.

2016)
Период
Характер отношений
Ключевые факторы
1991–1993
Стратегическое сближение, «эпоха
надежд»
Турция – «старший брат», «турецкая модель»,
образовательные программы
1994–1999
Нарастание кризиса
Отказ депортировать М. Салиха, исламистская риторика
Эрбакана
2000–2002
Тактическая стабилизация, военнотехнический прагматизм
Диверсификация военных связей Узбекистана
2003–2005
Резкое охлаждение
Андижанские события (2005), критика со стороны Турции
2006–2016
Политическая «заморозка», сохранение
экономического «мостика»
Отказ от участия в Тюркском совете, недоверие на высшем
уровне
6

7.

Источник: Таблица 2 диссертации
Год
Событие
Влияние на отношения
1993
Турция предоставила убежище лидеру оппозиции
М. Салиху
Первый серьёзный кризис, отзыв студентов
1996–1997
Приход к власти Н. Эрбакана (исламистская
риторика)
Сворачивание образовательных программ
1999
Теракты в Ташкенте, повторный отказ экстрадиции
Разрыв политического диалога, закрытие школ
Андижанские события, критика Турции
Окончательная «заморозка», отказ от тюркских
саммитов
2005

8.

В чём заключается?
Разное понимание суверенитета:
• Узбекистан → любое внешнее действие = потенциальная угроза независимости.
• Турция → нарратив «старшего брата», регионального лидера.
Конфликт моделей светскости:
• Узбекистан → жёсткий государственный контроль над религией и обществом.
• Турция → плюрализм, допускающий публичную роль ислама и активность НПО.
Последствия:
Любая активность Турции (оппозиция, школы «Хизмет», критика после Андижана)
воспринималась Ташкентом как экзистенциальная угроза.
8

9.

(1992 2016)
Год
Товарооборот (млн $)
Примечания
1992
~200
Начало торговых отношений
1997
>305
Пик 1990-х
1999
~146
Спад после терактов
2006
~780
Предкризисный максимум
2016
~1 200
Стабилизация
Вывод:
Несмотря на политическую
«заморозку», товарооборот к
2016 году вырос до $1,2 млрд
(Турция — один из топ-5
партнёров Узбекистана).
Источник: Таблица 4 диссертации

10.

Сектор
Формат присутствия
Почему устойчив?
Строительство
Генподряд, инжиниринг
Опыт, кредит доверия, нечувствительность к политике
Текстильная
промышленность
Прямые инвестиции, СП
Жёсткая сырьевая взаимозависимость (хлопок ↔
технологии)
Торговля сырьём
Экспорт хлопка, металлов
Критический источник валюты для Узбекистана
Финансовый сектор
Узбекско-Турецкий банк (UTBANK)
Канал для расчётов, не требующий политического диалога
Замороженные секторы (потенциал не реализован): энергетика, высокие технологии,
полноценное транспортное сотрудничество.
10

11.

1991–1993 (сближение):
• Т. Озал, С. Демирель →
личная харизма,
«архитекторы восточной
политики».
Вывод:
Личное доверие (Озал–Каримов) →
сближение.
Личное недоверие (Каримов–Эрдоган) →
непреодолимый барьер, снятый только со
сменой власти в Узбекистане (2016).
1996–2016 (кризис и заморозка):
• И. Каримов → настороженность к любому внешнему влиянию,
неприятие исламистской риторики Эрдогана.
• Р.Т. Эрдоган → критика Андижана (2005) воспринята как личное
предательство.
11

12.

Историко-культурный фундамент (османо-туркестанские связи) — необходим, но
недостаточен. Без учёта интересов партнёра он превращается в источник
завышенных ожиданий.
Нелинейная динамика (от сближения к заморозке) определялась не ситуативными
обидами, а доктриной абсолютного суверенитета Узбекистана.
Ценностный разлом (разное понимание суверенитета и светскости) — главный
объяснительный концепт кризисов 1999 и 2005 гг.
Феномен «экономического мостика» (секторальная стратификация) позволил
сохранить материальную базу для будущего восстановления отношений.
К 2016 году сложилась ситуация бифуркации — накоплен мощный потенциал, но
для его реализации требовался политический импульс (который пришёл после смены
руководства Узбекистана).
12

13.

Где можно использовать
результаты?
В учебных курсах по истории
дипломатии, внешней политике
Узбекистана, регионоведению.
Апробация:
Публикации автора.
Доклады на международных и
республиканских конференциях.
Для прогнозирования динамики
двусторонних отношений
(выявленные закономерности
«ценностного разлома» и
«секторальной стратификации»).
В работе внешнеполитических и
внешнеэкономических ведомств
(аналитическая основа для
коммуникационных стратегий).
13

14.

1. Bekar N. Rol Teorisi, Konstrüktivizm ve Realizm Çerçevesinde TürkiyeÖzbekistan İlişkileri (1991–2023) // Dumlupınar Üniversitesi Sosyal Bilimler
Dergisi. 2024. Sayı 80. S. 360–374.
2. Budak M. Türkiye-Özbekistan İlişkilerinin Tarihi Zemini... // Avrasya İncelemeleri
Dergisi. 2024. 13(2). S. 123–148.
3. Simşek N., Kurt A.S. Оценка экономических отношений между Турцией и
Узбекистаном // Евразийские исследования. 2021. Т. 59, № 1. С. 121–151.
4. Притчин С.А. Турецкая стратегия в отношении Центральной Азии на
современном этапе // Ойкумена. 2024. № 2. С. 52–62.
5. Рожкова З.П., Мишин Л.Д. Отношения Узбекистана и Турции: от тупика к
«братству» // Центральная Азия / ИНИОН РАН. 2024. 12 с.
6. Cornell S.E. Friends at Last: The Rapid Rise of Turkey-Uzbekistan Relations //
Central Asia-Caucasus Analyst. 2024. May 14. 9 p.
14

15.

English Русский Правила