1.85M
Категория: ЛитератураЛитература

Эрин Хантер. Обещание Метеора. Прозрение

1.

2.

Annotation
Пережив множество испытаний, Криворот становится одним из самых
мудрых, отважных и великодушных Речных воинов. Мечта стать
предводителем Речного племени не оставляет его и, по мнению самого
Криворота, становится причиной множества драматических и трагических
событий в его жизни.
Эрин Хантер
Глава I
Глава II
Глава III
Глава IV
Глава V
Глава VI
Глава VII
Глава VIII
Глава IX
Глава X
Глава XI
Глава XII
Глава XIII
Глава XIV
Глава XV
Глава XVI
Глава XVII
Глава XVIII
Глава XIX
Глава XX
Глава XXI
Персонажи спецтома «Обещание Метеора»

3.

4.

Эрин Хантер
Обещание Метеора. Прозрение
Перевод Вероники Максимовой
Иллюстрации Леонида Насырова

5.

Глава I
Теплый ветер шелестел в ветвях Четырех дубов, что-то нашептывая
собравшимся под ним котам. Одевшись густой листвой, деревья утратили
свой грозный вид. За последние луны Криворот так часто посещал Совет,
что успел узнать по именам большую часть котов других племен, ведь
Священное перемирие позволяло ему свободно расхаживать по поляне,
вступая в разговоры с соседями. Тепло и сытость Юных листьев смягчали
даже самые свирепые сердца, отъевшиеся воители становились
болтливыми и дружелюбными.
Как только воины Речного племени спустились на поляну, Криворот
поспешил оставить соплеменников и помчался здороваться с соседями.
Совокрыл и Заряница быстро смешались с толпой воинов, громко
хваставших достоинствами своих оруженосцев.
- В этом году в Грозовом племени молодняк отборный, лучше не
бывает! - похвалялся Змеезуб.
Ежевичинка побежала к целителям, уже собравшимся под Скалой.
- Привет, Пышноус! - первым делом поздоровалась она с учеником
Гусохвоста, и только после этого повернулась к остальным.
Выдрохвостая сразу направилась к своему приятелю Лоскуту.
- Ну, как дела? - озабоченно спросила она. - Как Пестролапая?
Окотилась уже?
Покосившись на округлившийся живот Выдрохвостой, Криворот
невольно подумал, уж не готовится ли его соплеменница пойти по стопам
этой неведомой ему Пестролапой. Правда, Выдрохвостая пока не
торопилась перебираться в детскую, но ведь она определенно ждет котят,
разве такое скроешь? Конечно, в пору Юных листьев Речные коты
нагуливают бока, но не такие же!
Криворот склонился к уху Желудя и шепнул, понизив голос:
- Почему наши кошки перебираются в детскую только перед тем, как
окотиться? Глупые они, что ли?
Желудь вздохнул.
- Думаешь, очень приятно целыми днями отлеживать бока, да есть

6.

добычу, которую тебе приносят под нос? В детской скучно, вот они и не
торопятся запереть себя там.
Криворот хотел возразить, но его отвлек топот лап, раздавшийся за
спиной. Он напрягся, почувствовал запах Моросинки. Видимо, мать
услышала их разговор и решила высказать свое мнение:
- А вам не приходит в голову, что Речные кошки больше всего на свете
хотят служить своему племени? - резко прошипела она. - Думаете, им легко
пусть даже на время сложить с себя воинские обязанности?
- Да нет, ничего мы такого не думаем, - пробормотал Желудь. - Я,
например, просто счастлив, что не родился кошкой и мне никогда не
придется спать в детской! - Он весело повел усами. - Вчера ночью мне даже
в воинской палатке пришлось уши лапами закрывать. Солнышко и
Лягушонок пищали, как ненормальные!
- Привет, Алосветик! - кивнул Криворот темно-рыжей Грозовой кошке.
- А где Нежнолапка, Розолапка и Остролап?
- Они не пришли, - вздохнула Грозовая воительница. - Остролапу
опять досталось от Безуха, а Нежнолапка и Розолапка остались в лагере,
чтобы поддержать брата.
- Вот что значит настоящая преданность! - одобрительно промурлыкал
Криворот.
Алосветик расцвела, польщенная тем, что соседский воин хвалит ее
детей.
- Они у меня такие, - с гордостью ответила она.
Мимо них проковылял старый Сорняк.
- Эй, Шаркун, куда ты запропастился! - позвал он своего друга.
- Меня, меня подождите! - всполошилась Зяблица. - Ох, как я рада тебя
видеть, Белоягодка! - проурчала она, бросаясь к старейшине племени
Ветра. - Как здоровье? Лапы-то не болят?
Желудь задумчиво посмотрел на старых котов.
- Дай им волю, они бы до утра болтали, да все о ногах, да о здоровье, улыбнулся он в усы. Потом посмотрел на брата. - Ну что, здорово быть на
Совете полноправным воином, а не оруженосцем?
Криворот радостно закрутил хвостом. Наконец он чувствовал себя
равным среди равных, а не тем, кому еще нужно заслужить право сидеть
среди воинов!
- Еще бы!
Верболапка выбежала из кружка оруженосцев, демонстрировавших
друг другу свои лучшие боевые приемы.
- Фу, Лужелапка бывает такая хвастунья! - обиженно мяукнула она,

7.

косясь на сестру, которая кувыркалась в воздухе, как шустрая форель,
прокладывавшая себе дорогу через водопад.
Криворот не выдержал и засмеялся.
- А ты выйди и покажи им всем, как Лужелапка храпит! - подсказал он.
- Да ты что! - покатилась со смеху Верболапка. - Разве можно так
пугать соседей, да еще на Совете!
Моросинка поманила хвостом Желудя.
- Сынок, ты уже знаком с Лучехвостом из племени Ветра? Ах, что за
кот! Воин прекрасный, а какой умница! Помяни мое слово, когда-нибудь он
станет предводителем. Иди, я вас познакомлю. - Даже не посмотрев на
Криворота, она повела Желудя в толпу.
Вздохнув, Криворот покрутил головой по сторонам и заметил
Синегривку. Он не видел ее после той злополучной битвы у Нагретых
камней и, честно говоря, не горел желанием встречаться. При одном
воспоминании об острых Синегривкиных когтях у него начинал чесаться
нос. Но Криворот был справедливым котом и в глубине души отдавал
должное своей противнице. Синегривка была неплохой воительницей - тем
более, для Грозовой кошки. Пересилив себя, он подошел к ней.
- Привет. Ты неплохо сражалась, - сказал он.
Синегривка прижала уши.
- Теперь, когда я стала воительницей, - важно ответила она, - я
сражаюсь еще лучше!
Глаза Криволапа радостно заблестели.
- Правда? А я тоже стал воителем! Вот здорово, да?
- И как же тебя теперь зовут? - усмехнулась Синегривка. - Криворот?
- Как ты догадалась? - даваясь от смеха, спросил речной воин.
- Да ведь хвост-то у тебя пока прямой! - прыснула Синегривка.
Они дружно рассмеялись, но у Криворота вдруг испортилось
настроение. Веселая Синегривка не знала, что еще до исхода следующей
луны Речные коты решили вернуть себе Нагретые камни. Впрочем, он
быстро подавил укол вины. Совет Советом, но соперничество племен никто
не отменял. Синегривка, конечно, славная кошка, но Нагретые камни
должны принадлежать Речному племени.
Громкий вой, донесшийся с вершины Скалы, положил конец его
раздумьям.
- Начинаем наш совет!
Острозвезд стоял на краю скалы, шерсть его сияла под луной. За ним
вырисовывались темные силуэты Ледозвезда, Вересковой Звезды и
Кедрозвезда.

8.

Коты бросились рассаживаться под Скалой, Криворот сел рядом с
Синегривкой.
Когда на поляне воцарилась тишина, Острозвезд сделал шаг назад,
уступая место Кедрозвезду.
- Пора Юных листьев принесла нам не только еду и тепло, но и
нашествие домашних, - объявил предводитель Сумрачных котов. - Только
сегодня наши охотники прогнали рыжего кота от границы племени Теней.
- Они в Голые деревья отлеживаются в своих уютных гнездышках и
успевают забыть, что лес принадлежит нам! - громко мяукнула с места
Выдрохвостая.
«Как и Двуногие, - заметил про себя Криворот. - С приходом тепла они
так и лезут в наш лес, словно им тут медом намазано! Все поле внизу по
течению реки заставлено их палатками».
- Эта забывчивость быстро лечится, - оскалился Змеезуб. - Мы им
живо напомним, как следует себя вести, чтобы сохранить свою нежную
шерстку!
Воители одобрительно загудели.
Предводитель Грозовых котов подошел к самому краю Скалы и
вытянул шею над поляной.
- Мы собираемся увеличить наши патрули! - прошипел он, метнув
злобный взгляд в сторону Ледозвезда. - Чтобы отвадить от своих границ
всех непрошеных гостей.
В животе у Криворота похолодело. Неужели Грозовые коты каким-то
образом пронюхали об их планах захватить Нагретые камни?
Речные коты угрожающе зашипели. Но быстрее всех, как всегда,
взорвались вспыльчивые воины Теней.
- Ни один воин Теней не переступал вашу границу! - прорычал
Колтун.
- Племя Ветра не выходит за пределы своей территории! - крикнул
Ястребок.
Ледозвезд поднял загривок, глаза его зло сощурились.
- Ты хочешь обвинить Речное племя в нарушении границы,
Острозвезд?
Криворот выпустил когти. О какой границе идет речь? Меньше чем
через месяц Нагретые камни будут принадлежать Речному племени, а
значит, и пограничные метки там будут стоять Речные!
Предводитель Грозовых котов неопределенно пожал плечами.
- Я никого ни в чем не обвиняю. Просто сообщаю, что Грозовое племя
увеличивает патрули. - Он повернулся к Кедрозвезду и многозначительно

9.

прибавил: - Лишняя осторожность лучше поздних сожалений.
У Криворота похолодело в животе. Атмосфера на поляне резко
переменилась, в воздухе запахло грозой. Криворот не понимал, для чего
Острозвезду понадобилось превращать такой мирный и спокойный Совет в
противостояние. Он почувствовал, как напряглась сидевшая рядом
Синегривка.
- Зачем понапрасну обвинять соседей? - не выдержав, выкрикнул с
места Криворот. - Мы же говорили о проблеме домашних!
- Грозовые коты всегда водили дружбу с этим отребьем кошачьего
мира, - проворчал с места Желудь.
- Кого это ты называешь друзьями ручных кисок? - обернулся к нему
Змеезуб, грозно сверкая глазами.
Желудь, не дрогнув, выдержал его взгляд. В глазах его светилась
спокойная уверенность.
- Вы живете возле территории Двуногих, - ответил он. - Да что там
говорить, домашние для вас все равно что соседи по палатке!
- Как ты смеешь, рыбная вонючка! - ощетинилась Алосветик.
- Успокойтесь, во имя Звездного племени! - прокричал со Скалы
Ледозвезд. Запрокинув голову, он посмотрел на Серебряный пояс,
сверкающий сквозь листву дубов. Часть звезд уже скрылась за облаками.
Лесные коты нехотя притихли, пристыженные.
Предводительница воинов Ветра гордо подняла голову.
- Домашние редко переходят наши границы.
- Да разве этим увальням угнаться за нашими кроликами! - крикнул
снизу Лучехвост.
- Или за белками, - вставил Безух.
Коты одобрительно зашумели, но шерсть у всех все равно стояла
дыбом.
Покосившись на Синегривку, Криворот увидел, как она взволнованно
царапает когтями землю.
«Неужели Грозовые коты все-таки что-то заподозрили?»
Он с облегчением перевел дух, когда на край скалы снова вышел
Ледозвезд.
- Довольно о домашних! - рявкнул он. - Речное племя хочет
представить вам своего нового воина. - Он кивнул вниз. - Криворот!
Криворот вздрогнул и вскинул голову. За всеми этими волнениями он
и забыл, что сегодня его должны были, как полагается, представить всем
лесным племенам! Он распушил грудку и тихонько замурлыкал, слушая,
как коты наперебой повторяют его воинское имя. Когда настала очередь

10.

приветствовать Синегривку, он завопил изо всех сил, но все равно с
горечью чувствовал, что на этот раз чествование новых воинов получилось
не слишком сердечное. Тепло и дружелюбие, охватившее котов при
встрече, полностью улетучилось, воины сидели взъерошенные и
напряженные, поздравления смолкли, на поляне воцарилась ледяная
тишина.
Встав со своего места, Криворот подошел к своим соплеменникам,
собравшимся у подножия склона. Разыскав брата, он еле слышно шепнул
ему на ухо:
- Как ты думаешь, Острозвезд узнал про наши планы захватить
Нагретые камни?
Желудь задумчиво прищурился.
- Честно говоря, сегодня он вел себя так, будто блоха под хвост
укусила, но как он мог пронюхать о наших намерениях?
- Может, ему был знак? Или Гусохвост что-нибудь узнал от Звездного
племени?
Ракушечник, прислушивавшийся к их разговору, с досадой махнул
хвостом.
- Не стоит искать блох там, где их нет, - сказал он. - Острозвезд просто
взбалмошный старик. Он явно что-то задумал и пытается обвести всех
вокруг хвоста. Вы же слышали, он никого не обвинил в нарушении границ,
не рассказал ни о каких стычках или случаях воровства дичи. Значит,
ничего такого и не было, а Острозвезд нарочно сеет смуту, чтобы добиться
каких-то своих целей.
- А что Синегривка сказала? - спросил у брата Желудь.
- Синегривка? - опешил Криворот. - А она тут при чем?
- Ну, ты же с ней разговаривал, - пожал плечами Желудь. - Вот я и
подумал, вдруг она проболталась о чем-нибудь.
- Да нет, ничего такого…
- Слушай, - оживился Желудь, - а тебе не было неловко болтать с ней,
зная, что мы вот-вот оттяпаем у Грозового племени Нагретые камни?
- Я предан своему племени, а не Синегривке, - отрезал Криворот.
- Нуда, - кивнул Желудь, глаза его потемнели. - Я тоже, просто…
просто мне ее жалко немного.
Криворот распушился.
- Нечего жалеть врагов! - буркнул он и почувствовал теплый прилив
гордости. Вот какой он преданный воин - даже брата может на место
поставить! Хорошо бы Кленовница видела его сейчас, она была бы им
довольна!

11.

Не успели они подойти к лагерю, как стало ясно, что здесь стряслась
какая-то беда. Обычно воины возвращались в тихий спящий лагерь, но
сейчас из-за стены камыша доносилось встревоженное мяуканье. Тень
упала на тропинку.
- Вы не встретили Жуконоса и Мышелова? - взвизгнула Цветенница,
со всех лап бросаясь к воинам.
- Что? В чем дело? - рявкнул Ледозвезд, останавливая ее.
- Они побежали за вами! - испуганно пискнула кошка.
Ледозвезд стиснул зубы, покачал головой.
- Успокойся и объясни все по порядку, - приказал он. - Мы их не
видели, но сейчас я отправлю патруль к водопаду. - Он посмотрел на
Ракушечника и Совокрыла: - Друзья, постарайтесь побыстрее разыскать их,
пока наши беспечные воины не столкнулись с патрулем Грозовых котов.
Сегодня на Совете Острозвезд ясно дал понять, что разорвет в клочки
любого, которого поймает на своей территории, и никакое перемирие ему
не указ.
Не успели воины броситься в заросли, как Ежевичинка сорвалась с
места и прыжками понеслась в лагерь.
- Неужели у Переливчатой начались схватки? - промяукала она на ходу.
Криворот со всех лап бросился за целительницей.
Пачкун взволнованно расхаживал перед детской. Туманинка и
Мягкокрылая сидели чуть поодаль, оживленно перешептываясь.
- Вернулись, наконец-то! - воскликнула Туманинка, вскакивая с места.
Сонный Плавник высунул косматую голову из палатки старейшин.
- Сколько шуму из-за этих котят! - проворчал он. - Можно подумать,
впервые на свет появляются!
Ежевичинка чуть наклонила ушки.
- Что, уже? - только и спросила она.
Туманинка закивала.
- Сразу после восхода луны начались схватки. Светловодная и
Щукозуб сейчас с ней, только тебя мы и ждали! - Светлошерстая кошка
сокрушенно покачала головой. - Что-то рановато она начала, как думаешь?
Ежевичинка оставила ее вопрос без ответа.
- Что-то не так? Кровотечение было?
- Нет, слава Звездному племени, - ответила Туманинка.
- Вот и славно, - кивнула целительница, направляясь в детскую.
- Может, тебе нужны какие-нибудь травы? - мяукнула ей вслед
Туманинка.
- Боюсь, теперь ей может помочь только Звездное племя, - тихо

12.

ответила Ежевичинка.
- Все обойдется, вот увидите, - горячо прошептала Верболапка, нервно
облизывая усы.
- Воды ей принесите! - громко попросила Светловодная, высовывая
голову из детской.
- Я принесу! - Верболапка сорвалась с места и бросилась к реке.
Заряница побежала за ней, и вскоре они вместе притащили на поляну
огромную охапку мокрого мха, который передали не терпеливо
приплясывавшей на месте Светловодной.
- Мне нужен мед! - раздался из детской громкий голос Ежевичинки.
- Бегу! - отозвалась Заряница, бросаясь в палатку целительницы.
Криворот переглянулся с Желудем, проводил взглядом Верболапку,
бегущую в детскую с новым комком мха.
- Мед? Но зачем мед?
- Говорят, он придает силы, - прошамкала Верболапка, не выпуская из
пасти мох.
Криворот беспомощно посмотрел на брата, вздохнул.
- Может, пойдем собирать камыши для тренировок оруженосцев? предложил он.
- Не рановато? - промурлыкал Желудь. - Смотри, еще даже не
рассвело!
- Но надо же хоть чем-то заняться!
Чащобник покосился на него и тяжело вздохнул:
- Да уж, в Воинском законе ничего не говорится о том, что делать
воинам, когда королева в муках рождает на свет котят, - сказал он. - Нам
остается только ждать.
- Если, конечно, не хотите пойти в детскую и помочь, - съязвил
Волнорез.
- Нет, спасибо, - содрогнулся Криворот.
Со стороны леса послышался приближающийся топот лап, и вскоре в
лагерь вбежал Ракушечник, за которым появились Совокрыл, Жуконос и
Мышелов.
- Мы разминулись, так что бедолаги добежали до самых Четырех
деревьев и вернулись, никого не встретив по пути, - доложил глашатай
предводителю.
Криворот повел усами.
- По-моему, наш Жуконос разучился брать след, - громко заметил он,
как будто ни к кому не обращаясь. - Ему следует взять у старших воинов
несколько уроков выслеживания дичи.

13.

- Искать котов совсем не то же самое, что выслеживать дичь! разозлился Жуконос. - Коты умнее, чем мыши, - не все, конечно, но
большинство, - добавил он, злобно покосившись на Криворота.
- Да-да, конечно, - кротко ответил тот. - Это ты от большого ума всю
ночь без толку носился по лесу, так что глашатаю пришлось тебя искать!
Жуконос зарычал, оскалив зубы, но Криворот уже отвернулся от него,
молча торжествуя.
- Как она там? - спросила Туманинка, подбегая к стене детской.
- Все будет хорошо! - отозвалась Ежевичинка. - Где мед?
- Бегу, уже бегу! - промяукала Заряница, со всех ног мчась к детской. В
пасти у нее был зажат кусок сот, истекающий сладкими янтарными
каплями.
Жуконос с досадой дернул хвостом.
- Слушай, Криворот, может, поможешь Ежевичинке подарить нашему
племени котяток? Ты же обожаешь быть в центре внимания!
- А почему бы тебе самому не помочь ей? - огрызнулся Криворот.
Жуконос сморщил свой смешной черный нос.
- Я воитель, а не целитель!
Верболапка возмущенно повернулась к нему.
- Какие мы брезгливые! - насмешливо промяукала она. - Чего ты
испугался? Между прочим, ты сам появился на свет точно таким же
образом, и вообще, у всех котов когда-нибудь будут котята.
Мышелов с ужасом посмотрел на нее.
- У меня никогда не будет!
Жуконос медленно обошел вокруг Верболапки.
- Думаешь, я не знаю, почему ты так разошлась? Ты просто мечтаешь
завести котяток от Криворота! - прошипел он.
Криворот возмущенно отпихнул наглого кота от Верболапки.
- Не болтай попусту!
Тут из детской донеслось тоненькое мяуканье, а еще через несколько
мгновений Светловодная высунула голову из ветвей.
- Двойня! - объявила она. Ее глаза сияли в лунном свете. - Мальчик и
девочка!
- Бежим, Криворот! - позвала Верболапка, бросаясь к детской. - Давай
посмотрим на них!
Он нехотя побрел за ней, чувствуя спиной насмешливый взгляд
Жуконоса.
Услышав шум, Ежевичинка раздвинула ветки и недовольно
посмотрела на котов.

14.

- Чего вам?
- Можно мы посмотрим на котяток? - умоляюще промяукала
Верболапка. - Хоть одним глазком?
- Ладно, только быстро и ни в коем случае не трогайте их и не лижите!
- строго ответила целительница. - Они еще не пришли в себя.
Верболапка радостно протиснулась внутрь.
- А ты что застыл? - спросила Ежевичинка, глядя на Криворота,
растерянно переминавшегося на пороге. - Иди уж, раз пришел!
- Да я…
Она закатила глаза.
- Ох уж эти коты! Да иди же, здесь не страшнее, чем в бою!
Криворот с трудом протиснулся в узкий лаз. Как же он вырос!
Неужели еще совсем недавно он легко пролезал в эту щель?
Внутри было темно и душно, в нос ударил тяжелый незнакомый запах.
Когда глаза Криворота привыкли к темноте, он разглядел черную шерсть
Переливчатой и что-то темное, лежавшее под ее животом.
- Ты только взгляни! - воскликнул Щукозуб, сидевший над
гнездышком королевы. Глаза его сияли ярче звезд.
- А у нас новенькие котятки! - похвастался Лягушонок, поднимая
голову.
- И мы первые будем с ними играть! - добавила его сестрица
Солнышко.
Верболапка стояла над гнездышком Переливчатой.
Криворот подошел и испуганно посмотрел через ее плечо. Возле
живота Переливчатой лежали два крохотных котенка. Один коричневый,
весь в отца. Второй черный с серебристым отливом, как ночная река,
подернутая туманом.
- Знакомьтесь, это Пушинка и Черничка, - проворковала Переливчатая.
Пушинка приподняла головку с закрытыми глазками, разинула
розовый беззубый ротик. Она была такая маленькая и беспомощная, что
Кривороту вдруг захотелось обнять ее хвостом и защитить от всего на
свете.
Верболапка мурчала, как маленькое чудовище с Гремящей тропы.
- Добро пожаловать в Речное племя, котятки, - прошептала она.
Криворот смущенно переступил с лапы на лапу.
- Они ничего так… симпатичные, - пробормотал он.
«Неужели у меня когда-нибудь тоже будут собственные котята?
Позволит ли мне это Предназначение? - Он покачал головой, вздохнул. Нет, наверное. Кленовница все время твердит, что я должен думать только о

15.

племени».
Криворот устало свернулся на своей подстилке. Чистозуб уже храпел,
как барсук. Желудь начисто вылизывал лапы перед сном. Криворот накрыл
лапой нос, закрыл глаза. Еще недавно он с ног валился от усталости, а
теперь сон не шел. Что если Кленовница видела, как он любовался
котятами с Верболапкой? Наверное, опять будет его бранить, начнет
шипеть, что он воин, а не королева, и что нужно было пойти поохотиться,
вместо того, чтобы торчать в детской, воображая Верболапку на месте
Переливчатой…
Криворот с досадой отогнал эти мысли.
«Хватит! Не буду думать о Переливчатой. Я должен служить своему
племени и только ему одному!»
Но сказать, как известно, намного проще, чем сделать. И мысли не
хотели так просто уходить.
Почему он должен стыдиться того, что ему хочется иметь подругу и
котят? Разве племени не нужны котята? Разве они - не будущее Речных
воителей? Так почему же он не может радоваться их появлению на свет,
почему должен сторониться Верболапки?
«Я имею полное право дружить со своими соплеменниками! И даже
больше… Какой вред принесут Речному племени мои отношения с
Верболапкой?»
У него даже шерсть зачесалась от возмущения. Как смеет какая-то
Кленовница указывать ему, что чувствовать?
- Ты не заболел? - спросил Желудь, пихая его в бок.
Криворот замер, не отнимая лапы от носа.
- С чего ты взял? - пробурчал он.
- Тогда перестань вертеться, как будто лежишь на муравьиной куче, вздохнул Желудь. - Между прочим, некоторые спать хотят.
Криворот виновато замер, успокоился и вскоре уснул.
Когда он открыл глаза, в палатке было совсем светло. Выходит, этой
ночью Кленовница не приходила к нему! Он сел и невольно замурлыкал от
радости.
- Ты чего это такой веселый? - спросил Желудь, выбираясь из своего
гнездышка. - Верболапка приснилась?
Криворот выскочил из гнездышка и шлепнул брата хвостом.
- Мне вообще ничего не снилось! - громко объявил он.
Может, Кленовница услышала его вчерашние мысли и решила не
вмешиваться? Конечно, тренироваться под руководством такой опытной
воительницы было очень полезно, но как приятно проснуться поздним

16.

утром без царапин на шкуре и боли в растянутых мышцах! Криворот уже и
не помнил, когда в последний раз так хорошо спал.
Ракушечник распределял утренние обязанности. Увидев Криворота,
вылезающего из палатки, он кивком пригласил его подойти.
С удовольствием разминая лапы, Криворот прошел по залитой
утренним светом поляне к большой иве, поздоровался с Чащобником и
Заряницей. Совокрыл и Можжевельник нетерпеливо царапали когтями
землю, готовясь отправиться в патрулирование. Пачкун зевал и
почесывался, а Мышелов задумчиво выкусывал грязь, засохшую у него
между когтей. Жуконос, непривычно оживленный, следил за
покачивающимся кончиком хвоста Цветенницы. Глаза его сияли, и
Криворот сразу понял, что Жуконос едва сдерживается, чтобы не
наброситься на хвост сестры. Он поискал глазами Верболапку, но ее нигде
не был видно, зато из палатки оруженосцев доносилось сладкое
похрапывание.
Криворот улыбнулся. Бедные ученицы, наверное, так устали после
вчерашнего Совета и ночных треволнений, что теперь их разбудит только
рев чудища с Гремящей тропы!
- Выдрохвостая сегодня утром перебралась в детскую, - объявил
Ракушечник. - Выходит, у нас с вами стало на одного воина меньше. Но
сейчас в реке вдоволь рыбы, так что голодать мы не будем. Вода стоит
высоко, поэтому соседи вряд ли осмелятся перебраться на нашу
территорию.
- Если только летать не выучатся! - захихикал Мышелов.
- Да уж, воины Ветра точно скорее научатся порхать, чем плавать, замурлыкала Цветенница. - Они боятся воды еще больше, чем Грозовые
коты!
- Криворот, - Ракушечник посмотрел на сына, - возьми с собой Желудя,
Пачкуна, Заряницу и Мышелова, отправляйтесь вверх по течению и
хорошенько проверьте, нет ли запахов племени Ветра возле моста
Двуногих. Чащобник возьмет второй отряд и посмотрит, не шалили ли
наши Грозовые соседи возле каменной переправы.
«Я возглавлю патруль!» - запело от гордости сердце Криворота.
Но Ракушечник еще не закончил:
- На обратном пути проверьте ограды возле территории Двуногих.
Надо убедиться, что собаки сидят взаперти. Только будьте осторожны! крикнул глашатай вслед убегающим патрульным. - В прошлый раз мы
здорово припугнули глупую шавку, смотрите, как бы ей не захотелось
отомстить обидчикам!

17.

Криворот бросился в воинскую палатку, ткнул носом Желудя, который
неторопливо перетряхивал свою свалявшуюся подстилку.
- Идем! Нас послали на задание! - Он покосился на Чистозуба,
продолжавшего безмятежно посапывать в своем гнездышке. - Разбудим его
или пускай досыпает?
- Зачем же обрывать его сладкие сны? - хмыкнул Желудь. - Пускай
спит. А что за задание?
- Идем проверять мост, - торопливо ответил Криворот. Нужно было
торопиться, остальные уже собрались возле выхода из лагеря. - И изгородь
на территории Двуногих!
- Можно Лужелапка тоже пойдет с нами? - спросила Заряница,
помахивая хвостом.
- Конечно! - важно кивнул Криворот. Надо же, взрослая воительница и
наставница спрашивала у него разрешения!
Радость птицей затрепетала в его груди. Солнце сияло сквозь листву,
теплый ветерок пускал золотую рябь по реке. Не удержавшись, Криворот
замурчал во все горло. Радость и сила переполняли его. Сорвавшись с
места, он спрыгнул с тропинки в траву, пронесся через ольховую рощицу,
обогнул лагерь и снова догнал свой патруль возле реки. Теплый песок
приятно щекотал подушечки на лапах. Криворот обернулся на свой
патруль, напустил на себя солидный вид и засеменил вверх по течению.
Лужелапка зашлепала лапами по мелководью.
- Можно мы рыбу половим?
- Лови на здоровье, если хочешь таскать ее с собой все утро, - повел
усами Желудь.
- А можно было бы съесть ее прямо тут, - вздохнула Лужелапка,
покосившись на свою наставницу. - Неужели один крохотный карпик уже
считается нарушением Воинского закона?
- Еще как считается, - строго ответил ей Пачкун. - Ты не забыла, что
нас послали проверить мост? Так что забудь о рыбалке и смотри в оба, как
бы собака на нас не выскочила.
Лужелапка кивнула и побежала вперед, помахивая хвостиком.
За поворотом реки коты остановились и посмотрели на темневший
впереди мост, почти полностью скрытый деревьями. Криворот повел
ушами. В самом деле, было бы славно порыбачить тут, а потом без спешки
подкрепиться свежей рыбкой в тени ив…
- Стойте! - воскликнул он, поднимая хвост. - Кто-нибудь видит или
слышит Двуногих?
Пачкун насторожил уши.

18.

- Ничего не слышу.
Криворот осторожно ступил на тропку, ведущую к мосту.
- Тогда за мной!
Бесшумно переставляя лапы, он тенью прокрался по берегу к
деревянным ногам моста, глубоко врытым в землю. Поднявшись, Криворот
постоял немного, прислушиваясь к звукам реки, потом тихо ступил на
согретые солнцем доски переправы. Река тихо плескалась внизу.
Патрульные так же бесшумно последовали за ним, с любопытством
обнюхивая мост.
- Вернись немедленно! - раздался за спиной Криворота встревоженный
вопль Заряницы. Он вздрогнул и обернулся. Оказывается, серая Лужелапка
уже перебежала на другую сторону моста и теперь деловито вынюхивала
там что-то.
- Почему? - громко мяукнула она, подняв голову. - Это же наша
территория! Я знаю, что наше племя владеет всей землей отсюда и до
самого водопада!
Заряница грозно зарычала.
- У меня порой просто хвост опускается от этой ученицы! пожаловалась она. - Ума не приложу, почему Меднохвостка не научила ее
слушаться старших!
- Ученики вечно перечат наставникам, - сочувственно промурчал
Пачкун. - Они же считают себя умнее всех на свете! Правда, Криворот? спросил он, лукаво покосившись на командира патруля.
Криворот обиженно поджал хвост.
- Только рыбоголовые без вопросов следуют всем приказам! - важно
ответил он. Обернувшись, чтобы посмотреть, как Пачкун отреагировал на
его слова, Криворот вдруг похолодел от страха. Желудь припал к доскам
моста и напружинился, покачивая хвостом.
- Что такое? - Криворот проследил за взглядом брата, и шерсть на его
на спине сама собой поднялась дыбом.
За деревьями на другом конце моста мелькнуло что-то белое, потом
красное. Следом - пронзительно-зеленое и голубое.
- Двуногие! - Криворот оцепенел, его сердце пустилось вскачь.
Двуногие котята с громким визгом выбежали из-за деревьев и
бросились на мост, где застыла оцепеневшая от страха Лужелапка.
Заряница бросилась к ней, громко шипя:
- Беги!
Но Лужелапка будто приросла к доскам моста. Шерсть у нее стояла
дыбом, глаза выпучились, но она не трогалась с места.

19.

- Беги! - завизжал Пачкун.
Котята обернулись. И оглушительно завопили, заметив кошку на
мосту.
Сердце забилось в горле у Криворота.
- Беги, рыбоголовая!
Тяжелые лапы Двуногих котят загрохотали по мосту. Криворот
бросился вперед, за Заряницей.
- Скорее!
Мост задрожал. Один из Двуногих котят, обогнав своих товарищей,
протянул лапу к съежившейся от ужаса кошке.
Криворот, шипя от ярости, вихрем промчался между лапами
Двуногого. Тот вскрикнул от страха и попятился. В это время Заряница
успела подбежать к Лужелапке и, отвесив ей тяжелую оплеуху, чтобы
привести в чувство, схватила за шкирку и поволокла прочь, пока ученица
не заскулила.
- Не нравится? - пропыхтела Заряница. - Тогда сама беги!
Стряхнув с себя оцепенение, Лужелапка с такой скоростью помчалась
по мосту, только пятки засверкали. Заряница побежала за ней.
А Криворот остался один на один с Двуногими. Он взвизгнул от
страха, когда огромная неуклюжая лапа схватила его за шерсть на спине.
Дико брыкаясь, он с визгом вырвался, оставив в лапе у Двуногого котенка
толстый клок своей шерсти. Наверное, никогда в жизни он не бегал так
быстро, как в это утро! Гладкие доски моста мелькали под его ногами,
сливаясь в одну бурую полосу. Глубоко впившись когтями в древесину,
Криворот прыгнул - и очутился в траве на другом конце моста.
- Назад! - хрипло приказал он патрульным, бросаясь в сторону кустов.
Оглянувшись через плечо, Криворот убедился, что товарищи бегут следом,
и помчался еще быстрее.
Перепуганные коты, не останавливаясь, неслись до самого лагеря и
только завидев впереди знакомую стену камышей, пошли шагом.
Легкие Криворота рвались от напряжения. Он остановился и свесил
голову, жадно глотая воздух. Остальные обступили его, отдуваясь. Только
насмерть перепуганная Лужелапка бросилась в камыши и зашлепала по
воде, торопясь поскорее очутиться в безопасности родного лагеря.
Заряница проводила ее понимающим взглядом.
- Бедняжка, - вздохнула она. - Ничего, пусть немного успокоится.
Криворот кивнул, не в силах выдавить ни слова.
Не успели коты как следует отдышаться, как из лагеря выбежали
Ежевичинка и Ледозвезд.

20.

Лужелапка виновато трусила за ними.
- Лужелапка рассказала мне о том, что случилось! - воскликнул
Ледозвезд. Шерсть у него стояла дыбом, хвост угрожающе покачивался.
Меднохвостка прижалась щекой к щеке Криворота.
- Спасибо тебе, что спас мою дочку! - растроганно промяукала она. Что бы мы делали без тебя!
Он смущенно пошевелил усами, опустил глаза.
- Да ничего, пустяки. Но нам всем было бы гораздо легче, если бы
Лужелапка сама побольше сделала для своего спасения, - проворчал он.
Вскоре вокруг патрульных собралось все племя, коты сочувственно
вздыхали, приободряли друг друга и качали головами. Было видно, что
происшествие на мосту переполошило все племя.
- Почему эти Двуногие не могут сидеть на своей территории? возмущенно шипел Плавник. - Вот когда я был котенком, Двуногие к нам
не шастали, мы и знать не знали, какие они из себя. А теперь они являются
сюда каждую пору Зеленых листьев, да и ведут себя, как хозяева! Наглые
они, вот что я скажу!
Ледозвезд покачал головой.
- Тут уж ничего не поделаешь, - вздохнул он. - Нам нужно быть
осторожнее, вот и все.
Туманинка обняла хвостом дрожавшую Лужелапку.
- Может, нам стоит сократить свою территорию, хотя бы до конца
времени Зеленых деревьев? - озабоченно сказала она. - Наши воины
ежедневно рискуют свободой, патрулируя границы!
- Сократить территорию?! - взвыл Чистозуб, моргая сонными глазами.
Видимо, шум разбудил его, и теперь он весь трясся от негодования. - С
какой стати? Это не мы лезем к Двуногим, а они к нам! И вообще, мы их ни
капельки не боимся!
Криворот расправил плечи и гневно взмахнул хвостом.
«Я никого не боюсь! - подумал он про себя. - Я дам отпор всем, кто
посмеет угрожать моему племени!»

21.

22.

Глава II
- Ежевичинка! - взвыл Пачкун, выбегая из камышей.
Криворот опрометью выскочил из реки, вода ручьями стекала по его
бокам. Он потряс головой, выливая воду из ушей. Что еще стряслось?
Почему Пачкун так орет?
Целительница высунула голову из своей палатки.
- Что такое? Заряница все мучается?
Хвост Пачкуна мелко дрожал.
- Она все твердит, что пить хочет, а сама не пьет, - с мукой в голосе
прошептал он.
Ежевичинка снова нырнула в свою палатку.
- Жди меня здесь!
Криворот знал, что все племя тревожится за бедную Заряницу. Она
ждала котят от Пачкуна и, как положено, перебралась в детскую еще в
начале луны. Но, как назло, именно в детской Заряница подхватила острую
лихорадку с кашлем и проболела несколько дней.
Криворот побежал в лагерь. Почти все племя было на поляне,
разморенные зноем коты лениво валялись в теньке. Стояла такая жара, что
никто и не думал об охоте. Теперь Речные коты выходили на поиск дичи
либо по утрам, либо поздно вечером. От жары у всех разом пропал аппетит,
да и дичь тоже не спешила покидать прохладу своих гнезд и норок. Даже
камыши, всегда такие бодрые, теперь вяло склонились к реке, измученные
беспощадным зноем Зеленых листьев.
Криворот перепрыгнул через дремавшего Волнореза и остановился
возле Лужелапки. Серая ученица свернулась клубочком в тени поваленного
дерева и позевывала, собираясь вздремнуть.
- Где Верболапка? - спросил Криворот.
- Тренируется с Совокрылом, - ответила Лужелапка, испуганно косясь
на детскую. - Зачем я только побежала на этот мост! - пролепетала она,
подворачивая под себя лапки. - Тогда Зарянице не пришлось бы меня
спасать. Наверное, ей уже тогда нельзя было так бегать!
- Она заболела не от беготни, - вздохнул Криворот. - Заряница уже

23.

тогда знала, что ждет котят, но приняла решение как можно дольше
исполнять воинские обязанности. И все было бы хорошо, если бы не
лихорадка.
- Почему она мне не сказала? - тоненько пропищала Лужелапка. - Я бы
тогда ни за что не стала с ней спорить и сразу вернулась бы!
«Угу, а еще ежи бы над мостом полетели», - хмыкнул про себя
Криворот.
- Когда она должна окотиться? - спросил он у несчастной Лужелапки.
- Ежевичинка говорит, что когда половинка луны превратиться в
коготь.
- Так скоро? - поразился Криворот. - Ничего, все обойдется, - заверил
он.
Волнорез поднял голову и с сочувствием посмотрел на них.
- Все переживаете за Заряницу? - он со вздохом поднялся с земли,
потянулся. - Что ж Щукозуб не взял тебя на тренировку? - проворчал он,
косясь на Лужелапку. Щукозуб был назначен ее наставником после того,
как Заряница перебралась в детскую. - Охота да тренировки - вот лучшее
средство от пустых волнений. - Волнорез обвел глазами поляну, посмотрел
на Щукозуба и Мышелова, которые перебрасывались моховым мячиком с
Лягушонком и Солнышко и сами веселились, как котята. - Ладно, раз твой
наставник так занят, попробую-ка я научить тебя парочке приемов.
Лужелапка радостно вскочила и закивала головой.
- Ой, спасибо!
Волнорез отвел ее в тенистый уголок на краю поляны и принял боевую
стойку.
Криворот одобрительно кивнул головой - что ж, по крайней мере,
Лужелапка займется делом и перестанет терзать себя и его. Снова
зашуршали ветки, это Ежевичинка выбежала из своей палатки с охапкой
трав в пасти. Сгорбленный несчастьями Пачкун, как тень, шел за ней
следом.
Криворот зажмурился, не в силах смотреть на него.
«Великое Звездное племя, прошу тебя, сжалься над Пачкуном и
Заряницей! Не будь к ним жестоко. Пусть Заряница выздоровеет,
пожалуйста!»
- Спрячь меня! - раздался требовательный писк под лапами Криворота.
Он открыл глаза и увидел растрепанного маленького Черничку. - Спрячь
меня скорее, а им скажи, что не знаешь, где я!
Криворот подавил веселое мурлыканье и обнял малыша лапами,
закрывая собой. Вскоре показался поисковый отряд под командованием

24.

бурой Пушинки, сестры Чернички. Следом за ней ковыляли крохотные
котята Выдрохвостой, появившиеся на свет всего пол-луны тому назад.
- Ты его не видел? - пропищал Бубенчик, его нежная темно-коричневая
шерстка стояла торчком, как перышки у маленькой птички.
- Ой, а вдруг он свалился в реку? - испуганно мяукнул Камышонок.
- Совсем глупый? - набросилась на брата Травинка. - Да все Речные
воины бросились бы ему на помощь, если бы он упал!
- Его тут нет, - объявила Пушинка, тщательно обнюхав стену осоки.
- Ой, погодите! - взвизгнул Бубенчик, старательно морща носик. Кажется, я чую его запах.
- Где? - Камышонок распушил свой тощий хвостик и бросился к
Бубенчику. Отпихнув брата, он уткнулся носом в землю и громко запыхтел,
пытаясь принюхаться. Не отрывая носа от песка, он засеменил между
лениво развалившимися котами. - Сейчас я его выслежу!
- Осторожнее, - одними губами шепнул Криворот котенку, нетерпеливо
ворочавшемуся у него под животом. - Мне кажется, они напали на твой
след.
Криворот едва успел отпрыгнуть в сторону, как ватага котят бросилась
на то место, где он только что сидел. Визжа от восторга, котята обступили
Черничку.
- Ага, попался! Попался, который скрывался! - оглушительно пищал
Бубенчик.
- Все, теперь моя очередь прятаться! - объявила Травинка.
Но Пушинка решительно замахала своим коротким хвостиком.
- А вот и нет! Мне прятки надоели, я хочу играть во что-нибудь
другое! - Она покосилась на Щукозуба, который швырнул моховой мячик
над головами Солнышка и Лягушонка. Оба котенка одновременно
подпрыгнули, чтобы его поймать, но Мышелов молниеносно поднял лапу и
сцапал мячик в воздухе.
- Я с ними хочу играть! - взвизгнула Пушинка, бросаясь к взрослым
котам.
Чистозуб охнул, когда бесцеремонные котята табуном проскакали
прямо по нему, а осторожный Плавник предусмотрительно убрал с дороги
свой и без того тощий хвост.
- Да хранит их Звездное племя, - промурлыкала Трещотка,
залюбовавшись веселыми котятами. - а что ж Ракушечник, неужто еще не
вернулся? - спросила она, поворачиваясь к Кривороту.
Глашатай уже давно повел свой отряд в обход границ и что-то
задерживался. Обычно пограничные патрули возвращались в лагерь к

25.

полудню.
- Нет еще, - покачал головой Криворот. - Ничего, скоро вернуться.
Наверное, решили немного передохнуть в тенечке.
- Уж не знаю, отчего они так долго бродят, - проворчал Плавник,
садясь. - От территории Речного племени и так ничего не осталось, какие
там границы - слезы одни!
Чистозуб вскочил и отряхнулся.
- Ледозвезд уже решил, когда мы заново пометим Нагретые камни? спросил он, косясь на палатку предводителя, прячущуюся под корнями
старой ивы.
Светловодная, лежавшая возле детской, приподняла свою
хорошенькую серую мордочку с белыми пятнами и сонно похлопала
глазами.
- Ох уж эти коты! - зевнула она. - В такую жару даже думать не хочется
о битвах!
Зашелестели ветви ивы, Желудь тяжело спрыгнул с дерева на землю.
- А мне жара никогда не мешает думать о битвах или участвовать в
них! - весело воскликнул он, выбегая на поляну. - Ледозвезд сказал, что это
будет в ночь, когда луна превратиться в кошачий коготь, то есть уже совсем
скоро! - Он поднял глаза к знойному голубому небу. - Прошлой ночью луна
была не больше ломтика форельей чешуйки.
Моросинка лениво потянулась, прогнула спинку
- Ледозвезд не планирует сражаться, - промурлыкала она. - Он хочет
всего лишь переметить границу.
Криворот поскреб себя за ухом.
- Скорее бы он принял решение!
Щукозуб оторвался от возни с котятами и горячо закивал.
- Я тоже не могу дождаться! Надеюсь, меня включат в патруль.
Коты одобрительно замяукали. Еще бы, каждому хотелось оставить
свой запах на Нагретых камнях!
- Я тоже, - пропыхтел Волнорез, парируя неловкий замах Лужелапки. Так не пойдет, целься точнее! - велел он. - Ну-ка, еще разок.
Щукозуб скосил глаза на свою ученицу.
- Ох, - нехотя вздохнул он. - Ладно, малышня, поиграли и хватит. А
сейчас мне нужно позаниматься с ученицей.
Пушинка горестно повесила хвостик.
Лягушонок прыгнул на хвост Щукозуба, схватив его мягкими лапками.
- Не уходи! Мы лучше, чем Лужелапка!
Травинка возбужденно запрыгала на месте.

26.

- А можно… А можно мы тоже пойдем с вами? Мы тоже хотим
тренироваться!
Бубенчик, изловчившись, прыгнул на сестру и повалил ее на землю.
- Куда тебе тренироваться, хвастушка! Ты даже плавать не умеешь!
- Ты тоже не умеешь! - завопила Травинка, спихивая его с себя.
- Не вздумайте подходить к воде! - рявкнул Щукозуб, отпихивая
дерущихся котят со своей дороги. -Лужелапка, шевелись! Пойдем,
потренируемся рыбу ловить.
Криворот решил сходить к реке, чтобы смыть травяную сырость с
шерсти. Но не успел он и шагу сделать, как маленькие лапки зашуршали за
его спиной, оглушительный визг зазвенел в воздухе.
- В бой! - хвостики, лапки и носы забарабанили по его бокам. Трясясь
от беззвучного смеха, Криворот повалился на землю и задрыгал лапами в
воздухе.
- О-о-ой, я убит! - завыл он. - Меня победили отважные котята!
Малыши восторженно запищали.
- Ой, а патрульные-то уже вернулись! - вдруг взвизгнула Пушинка,
мгновенно позабыв о «побежденном» Кривороте.
Вытянув шею, Криворот увидел Ракушечника, Можжевельника,
Жуконоса и Цветенницу, которые смотрели на него, тряся усами от
сдерживаемого смеха.
- Неужели Светловодная назначила тебя предводителем детской? промурлыкал Ракушечник.
Криворот вскочил и невольно взвизгнул от боли, потому что глупые
котята и не подумали отцепить свои коготки от его густой и длинной
шерсти. Они висели на его боках как репейники.
- Ой, прости меня, Криворот! - прыснул Можжевельник. - Кажется, я
забыл научить тебя, как давать отпор котятам!
- Не падай духом, старина, я уже спешу тебе на выручку! промурлыкал Жуконос, Оказывается, он уже успел скатать их мха большой
мячик, который и бросил на поляну.
Котята, разом позабыв о Кривороте, с писком бросились за мячиком.
- Ох, спасибо, - с искренней благодарностью пропыхтел Криворот.
Коты направились на поляну и сразу увидели Ледозвезда, вылезавшего
из своей палатки.
- Ага, вернулись! - радостно воскликнул предводитель, выходя на
середину поляны. Густая шерсть Ледозвезда сияла под лучами солнца, усы
воинственно топорщились в стороны. - Пусть все коты, умеющие плавать,
соберутся на поляне, чтобы выслушать мои слова!

27.

- Бубенчик! Травника! Камышонок! - позвала Выдрохвостая. - А ну
марш сюда, не мешайте старшим!
Котята нехотя заковыляли в сторону кустов.
- А вы, озорники? - напустилась Переливчатая на Пушинку и
Черничку. - Вам что, особое приглашение нужно?
Лягушонок и Солнышко попытались спрятаться за спиной у
Жуконоса, но черный воин живо погнал их к детской.
- А мы умеем плавать! - заспорил было Лягушонок.
- Да что ты говоришь? Давай проверим! - мяукнул Жуконос и,
подхватив малыша зубами за шкирку, поднял его над берегом.
Светловодная немедленно вскочила на лапы и бросилась к ним.
- Опусти его! - что было сил завопила она. - Нет! Он же утонет!
- Без паники, - промурлыкал Жуконос, передавая ей оцепеневшего от
страха котенка. - Выше нос, малявка! Когда твоя мама разрешит, я тебя в
два счета научу плавать, - пообещал он.
- Я бы скорее согласился, чтобы меня учила змея, чем Жуконос, прошипел себе под нос Криворот и покосился на брата, ожидая его
поддержки.
Но Желудь не ответил. Он не сводил глаз с Ледозвезда, терпеливо
дожидавшегося, пока племя соберется на поляне.
- Спорим, он сейчас объявит о возвращении Нагретых камней?
Криворот выпустил когти.
- Хорошо бы!
Чащобник нетерпеливо бегал по краю поляны.
- Только бы меня включили в патруль!
Ледозвезд вскинул голову, обвел глазами племя:
- Коты Речного племени! Сегодня ночью мы переметим границу у
Нагретых камней!
Поляна взорвалась воплями и визгом. Потом снова наступила тишина,
напряженное ожидание охватило воителей.
- Кого ты пошлешь на задание? - первым не выдержал Волнорез.
- В патруль пойдут… - Ледозвезд сощурился. - Ракушечник,
Выдрохвостая, Туманинка,
Совокрыл, Чащобник, Мягкокрылая,
Волнорез… - неторопливо начал перечислять он.
И? Сердце Криворота тревожно забилось. Неужели Ледозвезд не
сдержит слово? Желудь, сидевший рядом с ним, тоже весь напрягся.
- Чистозуб, Криворот и…
Криворот, не сдержавшись, замурлыкал на весь лагерь.
- …и Желудь! - закончил Ледозвезд, взмахнув хвостом.

28.

- И все? - громко ахнул Жуконос.
Ледозвезд посмотрел на него.
- Поверь мне, Жуконос, отныне нам придется каждый день заново
помечать новую границу. Очень скоро и тебе выпадет честь оставить там
свой запах.
- Метить старую границу совсем не одно и то же, что устанавливать
новую! - обиженно прошипел Жуконос и с ненавистью покосился на
Криворота. - Почему он идет в патруль? Чем он лучше меня? Он и воиномто стал всего луну тому назад! Откуда мы знаем, что у него хватит силенок
забраться на Камни?
От такой наглости Криворот даже вскочил и выпустил когти.
- Да я взбирался на Нагретые камни, когда был оруженосцем! рявкнул он. - Я еще не стал воином, а уже сражался за наши Камни!
Ракушечник быстро встал между котами.
- Тихо! - приказал он. - Жуконос, ты старший, я ожидал от тебя
большей выдержки. Надеюсь, ты понимаешь, что в патруль нельзя
включить всех котов племени?
Жуконос пристыженно кивнул, но исподлобья метнул злобный взгляд
на Криворота.
Ракушечник наклонился к уху Криворота и шепнул:
- В следующий раз постарайся выяснять отношения с Жуконосом
словами, а не когтями.
Криворот сердито фыркнул. Легко Ракушечнику говорить! В
следующее мгновение в ушах у него снова раздался голос Кленовницы: «…
в любой ситуации и во всех случаях, интересы племени будут для тебя
важнее всего на свете». Он мгновенно пригладил шерсть и втянул когти.
Вероятно, он сошел с ума, если позволил себе наброситься на товарища по
племени, да еще тогда, когда бедняга так расстроен!
- Мне жаль, что сегодня тебя не будет с нами, Жуконос, - с усилием
выдавил Криворот. Каждое слово застревало у него в горле, но он заставил
себя произнести их все. Пусть Кленовница посмотрит, как он умеет ставить
интересы племени выше своего самолюбия! - Я бы хотел, чтобы все наше
племя сегодня ночью стояло на Нагретых камнях! - искренне добавил
Криворот, посмотрев на уныло сгорбившихся Моросинку, Щукозуба и
Можжевельника. Он посмотрел на своего бывшего наставника. - Ты научил
меня всему, что я знаю. - Криворота бросило в жар, подушечки на его лапах
зачесались от стыда. Он не умел произносить речи и не слишком верил
своим словам. Но если в будущем он хочет стать предводителем, то надо
привыкать обращаться к другим!

29.

Приободрившись, Криворот смело посмотрел в глаза Жуконоса, в его
голосе зазвучала твердая уверенность.
- Очень многому я научился, наблюдая за тем, как тренируются мои
товарищи, в том числе и ты, Жуконос. Ваша отвага давала мне силы, ваше
мастерство поощряло меня стараться изо всех сил.
Он склонил голову, пряча глаза.
«Конечно, Кленовница дала мне гораздо больше, а уж так, как она
меня гоняла, вы бы никогда не смогли!»
- И сегодня, когда я буду оставлять метку на новой границе, я сделаю
это в благодарность всем вам. - Он поднял голову, искренне надеясь, что
его слова пригладили взъерошенные загривки и успокоили обиженные
сердца.
Жуконос смущенно смотрел на него, царапая лапой землю.
- Ну ладно, - пробурчал он. - Спасибо.
Желудь пихнул брата боком и шепнул ему на ухо:
- Ты молодец! Все правильно сделал. Ведь мы одно племя - один за
всех и все за одного!
- Хорошо сказано, сынок, - промурлыкал довольный Ракушечник.
Криворот почувствовал прилив гордости. Неужели ему не почудилось,
и он в самом деле увидел тень уважения, мелькнувшую в холодных глазах
Моросинки?
Ледозвезд встал и взмахнул хвостом.
- Мы выступим, когда луна вскарабкается на макушку неба!
Коты начали расходиться.
Криворот покрутил головой и направился в детскую. Радость пела в
его груди. Сегодня ночью ему предстояло выполнить свое первое воинское
задание. Наконец он сможет проявить себя и как следует послужить своему
племени! Но сначала он, как настоящий воитель, обязан позаботиться о
лагере. Например, позволить королевам хоть немножко отдохнуть от
непоседливых котят.
- Ну, котятки, кто хочет поохотиться на лягушек?
***
Ночная цапля взлетела в ночное небо и бесшумно понеслась над
рекой. Патрульные тихо шли вдоль берега. Криворот невольно задержался
возле воды, посмотрел на черную гладь, бегущую мимо его лап. Звезды
качались в тихой бездне, тоненькая пушинка месяца трепетала на волнах.
Нагретые камни высились на противоположном берегу - черные, как небо,
древние, как Высокие скалы.
Ледозвезд бесшумно вошел в реку. Когда вода сомкнулась за его

30.

спиной, остальные патрульные последовали за ним. Криворот с
наслаждением окунулся в прохладную воду, чувствуя, как она успокаивает
его волнение, остужает усталые лапы.
Тише самой тихой форели патруль поплыл через реку. Патрульных
Грозового племени было не слышно и не видно. Возможно, они все
охраняли каменную переправу, ожидая нападения с той стороны.
Криворот рассекал воду быстрыми уверенными гребками. Вскоре
впереди показался берег, который со стороны Грозового племени больше
напоминал скалистый выступ Нагретых камней, круто уходивший в реку.
Криворот бесшумно выбрался из воды и вскочил на камень. Желудь встал
рядом с ним, а вскоре и Ледозвезд вышел из реки чуть ниже по течению.
Чистозуб забросил лапу на высокий выступ скалы, подтянулся и вскочил на
нижний уровень Нагретых камней, Волнорез и Мягкокрылая последовали
за ним. Туманинка и Совокрыл тихими тенями запрыгали по камням,
Ракушечник прикрывал отряд сзади, оглядываясь на замешкавшегося
Ледозвезда.
Предводитель отряхнулся, вода потекла с его мокрых боков.
- Ждите здесь! - шепотом приказал он. - Я полезу первый, посмотрю,
нет ли там патрулей.
Криворот запрокинул голову в ночное небо. Он снова вспомнил, как в
лютую стужу Голых деревьев сражался здесь с Синегривкой и Белогривкой.
Тогда Речные коты потерпели поражение, но сейчас никакая сила не
заставит их уйти со своей законной территории.
Голова Ледозвезда свесилась с камней.
- Все тихо! Поднимайтесь!
Ракушечник кивнул и первый вскочил на скалу. Следом потянулись
остальные. Криворот крепко цеплялся когтями за выемки в скалах,
подтягивался и лез вверх, наслаждаясь своей силой и ловкостью. Ему
казалось, будто он чувствует взгляды Звездного племени, одобрительно
следящего за ними с небес. Никогда в жизни он не забудет эту ночь! Не
забудет тишину, блеск черной реки внизу, гладкую прохладу камня под
когтями… И звездный свет, пролитый на голые скалы.
Ледозвезд остановился и махнул хвостом в сторону деревьев,
темневших за дальним краем скал. Это была настоящая территория
Грозового племени - темная, глухая, лесная.
- Ракушечник, ты начинай с той стороны, - приказал предводитель,
кивая на скалы. - Совокрыл, Чистозуб, Мягкокрылая и Волнорез пойдут с
тобой. Все остальные - за мной!
Криворот мелкими шажками засеменил по камням следом за

31.

предводителем, пробуя прохладный ночной воздух высунутым языком.
Когда они спустились с камней, он остановился и как следует принюхался:
«Воняет Грозовым племенем!» Он напрягся, напружинив лапы, но тут же с
облегчением выдохнул. «Старый запах!».
Судя по всему. Грозовые коты уже несколько дней не появлялись на
камнях. Видимо, иссушающая жара последних дней заставляла их
прятаться в прохладе леса.
«Жадные мышеголовые увальни! - презрительно повел усами
Криворот. - Зачем захватывать чужую территорию, если ленишься ее
защищать?»
Ледозвезд пометил первое дерево, до которого они дошли. Криворот
невольно поморщился от едкого запаха. Ничего, теперь Грозовые коты
поймут, с кем дело имеют!
- Пометьте здесь все, каждый кустик, каждый камень, - приказал
предводитель.
Криворот перебежал узкий участок травы и остановился перед стеной
ежевики. Мурлыча от удовольствия, он щедро и старательно пометил куст.
«Представляю, как вам будет приятно понюхать новую границу,
глупые Грозовые коты!»
Только после того, как граница была полностью восстановлена, коты
поднялись на скалы, где их ждал отряд Ракушечника.
- Четверо воинов пускай останутся на вершине Нагретых камней до
рассвета, - распорядился Ледозвезд. - Если Грозовые коты придут сюда,
объявите им, что мы вернули себе Нагретые камни, как и обещали. Не
думаю, что они захотят сражаться, но если завяжется драка, дайте сигнал, и
мы тут же примчимся вам на помощь.
Чащобник выскочил вперед.
- Я останусь!
- И я! - Криворот встал рядом с ним.
Но Ледозвезд покачал головой.
- Нет, первую стражу будут нести самые опытные воины. Я оставляю
здесь Ракушечника, Чащобника, Туманинку и Совокрыла.
Криворот даже зашипел от досады. Повесив голову, он запрыгал вниз
по камням и остановился, только почувствовав под лапами землю.
Фыркнув, он повернул голову и посмотрел на пыхтящего сзади Чистозуба.
Глаза молодого воина сияли, его шерсть стояла дыбом.
- Как здорово! - восторженно мяукнул Чистозуб. - Все оказалось
проще, чем я думал! Все равно что малька в реке поймать!
- Само Звездное племя помогало нам, - кивнул Ледозвезд. - А теперь

32.

давайте поскорее расскажем обо всем соплеменникам.
Когда мокрые Речные коты вышли на залитую звездным светом
поляну, племя уже ждало их. Жуконос нетерпеливо бегал вдоль камышей,
Верболапка под ивой сонно вылизывала грудку. Даже королевы высунулись
из детской и с надеждой смотрели на воинов.
- Ну? - не выдержала Светловодная. - Все сделали?
- Нагретые камни вновь принадлежать Речному племени! оглушительно объявил Ледозвезд.
Коты завизжали от радости, да так громко, что испуганные птицы с
писком и хлопаньем крыльев вспорхнули в ночное небо.
Верболапка подбежала к Кривороту, прижалась щекой к его плечу.
- Ты сражался?
- Нет, - покачал головой он. - Там никого не оказалось.
- Грозовое племя проспало Нагретые камни! - фыркнул Жуконос.
- Они там уже несколько дней не были, - добавил Мышелов.
- Видно, камни слишком горячие для их нежных лапок и жидких
шкурок, - захихикала Цветенница. - Боялись перегреться и остались без
Нагретых камней! Так им и надо!
Криворот обвел глазами свое ликующее племя. Неужели только ему
кажется, что победа досталась слишком легко, и за это очень скоро
придется расплатиться?
***
- Не могу поверить, что они даже не попытались отбить камни, промурлыкал Желудь, вспрыгивая на вершину Нагретых камней. - Целых
два дня прошло, а Грозовые коты так и не спохватились. Если так пойдет и
дальше, мы сможем приводить сюда наших старейшин, пусть греют
косточки на скалах.
Криворот заполз под выступ скалы, чтобы спрятаться от
испепеляющего зноя.
- Может, они выжидают, хотят застать нас врасплох? - предположил он,
кивая патрульным, которых они пришли сменить.
Цветенница и Можжевельник приветливо помахали им хвостами,
Жуконос лениво потянулся, а Пачкун с тревогой в глазах вскинул голову.
- Заряница чувствует себя хорошо, - поспешил успокоить его
Криворот. Он догадывался, что Ледозвезд нарочно посылает Пачкуна в
дальние патрули, чтобы избавить его от мучительной тревоги за подругу. К
сожалению, все было тщетно. Пачкун не спорил, он покорно отправлялся
на дежурства и в патрулирование, но всем было очевидно, что все мысли
кота только о Зарянице. Вот и сейчас он чуть ли не кувырком скатился с

33.

камней, рыбкой прыгнул в воду и поплыл на другой берег.
«Великое Звездное племя, неужели ты не можешь вылечить
Заряницу?» - с тоской и болью подумал Криворот.
Когда Меднохвостка и Чистозуб развалились на скалах, Жуконос,
Цветенница и Можжевельник начали неторопливо спускаться вниз.
- Пачкун, бедняга, уже на середине реки, - вздохнул Чистозуб.
- У меня сердце разрывается смотреть на него, - покачала головой
Меднохвостка. - Хоть бы Заряница поправилась до рождения котят! Эй,
Цветенница! - мяукнула она, свешивая голову вниз. - Подайте нам знак,
если там будут какие-то новости!
- Даже плохие? - спросила Цветенница, ее тоненький голосок
зловещим эхом облетел камни.
- Да… Даже такие.
Жуконос спрыгнул на землю и промяукал, задрав голову вверх:
- А вы зовите нас, если что!
Криворот отвернулся. Как же, станут они звать на помощь! Сами
справятся, без Жуконоса обойдутся. За два дня ни одна метка Речных котов
не была перемечена соседями, и это позволяло надеяться, что Грозовые
коты уступили без борьбы. Криворот обошел вершину Нагретых скал и
улегся на теплый камень.
Желудь устроился рядом с ним, глядя в лес, а Меднохвостка и
Чистозуб отправились проверить подножие скал. Белые облачка лениво
ползли по небу, вот они ненадолго закрыли солнце, бросив тень на камни.
Криворот потянулся и чуть подвинулся, наслаждаясь прохладой. Желудь
лениво начал умываться.
- До сих пор не верю, что все оказалось так просто! - промяукал снизу
Чистозуб. Судя по его голосу, он жалел о неслучившейся драке.
Криворот перекатился на другой бок.
- Подожди, все еще может быть.
Словно в подтверждение его слов внизу зашуршали кусты.
- Вы слышали? - встрепенулся Криворот.
Меднохвостка повела носом.
- Грозовое племя! - прошипела она.
Патрульные вскочили, вздыбили загривки и уставились в сторону леса.
Криворот сделал глубокий вдох, торопясь втянуть в себя побольше запахов.
Так и есть, к скалам приближались Грозовые коты, однако их было
явно меньше, чем надо для полноценной атаки. Через мгновение Криворот
узнал запах…
- Синегривка! - воскликнул Желудь, срываясь с места. Вот его рыжий

34.

хвост мелькнул среди камней и скрылся за краем скалы.
- Осторожнее! - воскликнула Меднохвостка.
Криворот покачал головой.
- Они пришли не воевать, - сказал он. - Это пограничный патруль.
Желудь остановился под скалой, вытянул шею. Его уши стояли
торчком, хвост подрагивал.
Вскоре снизу донесся злобный визг и голос Грозового кота,
подзывавшего свою соплеменницу.
- Синегривка! Сюда!
Вскоре Желудь вновь взбежал на вершину скалы. Стараясь ни на кого
не смотреть, он пригладил шерстку и расправил усы. Глаза его сияли.
Чистозуб в два прыжка очутился рядом с ним.
- Ну что? Кто там был?
- Да нет там уже никого. Подумаешь, какая-то молоденькая Грозовая
воительница прошла мимо, стоит ли шум поднимать? - громко ответил
Желудь, отходя в сторону. Он уселся на камень и принялся вылизывать
лапы.
- Всего лишь молоденькая воительница? - подозрительно сощурился
Криворот, припомнив, как его брат болтал с Синегривкой на Совете. - Ведь
это была Синегривка, да?
Желудь забросил лапу за ухо, почесался.
- И что с того?
- Что она сказала? Грозилась? Переживала из-за Нагретых камней?
- Наверное, переживала, - нехотя ответил Желудь. - Я ее не спрашивал.
С какой стати я стану разговаривать с чужой кошкой?
- По-моему, на Совете ты из шкуры лез вон, лишь бы поговорить с
ней! - ядовито заметил Криворот.
Желудь перестал умываться.
- И это говорит кот, который уже несколько лун подряд тенью ходит за
Верболапкой! - огрызнулся он. - Ты лучше за собой смотри, братец.
Криворота бросило в жар.
- И ничего я не хожу тенью! С чего ты взял?
- Ходишь, еще как ходишь, - кивнул Желудь. - Впрочем, это твое дело,
я вмешиваться не стану.
Криворот сощурился и прыгнул на брата.
- Ах ты болтливый шерстяной мешок! Да я просто помогаю ей
тренироваться!
Желудь обхватил его лапами, подмял под себя.
- Ага, теперь это так называется?

35.

Они с веселым урчанием покатились по теплым камням.
- Да уймитесь вы! - сердито мяукнула Меднохвостка, в которую едва
не врезались расшалившиеся братья. Она схватила Криворота за шкирку и
оттащила от Желудя. - Если вы забыли, то я напомню, что нас послали
сюда охранять территорию, а не показывать Грозовому племени, какие у
нас рыбоголовые воины! Вам обоим место в детской, а не в патруле!
Криворот сел, пригладил шерсть.
- Извини. Мы уже закончили.
- Меднохвостка! - позвал снизу Чистозуб. - Сюда идет целый отряд
Грозовых котов! - Он принял стойку и замер, напружинив лапы.
Меднохвостка, Желудь и Криворот вихрем сбежали по камням вниз.
Криворот всмотрелся в зеленые заросли. Он видел котов, мелькавших
за деревьями, но пока не мог хорошенько их рассмотреть. Гнев вскипел у
него в груди. Ни один Грозовой кот не посмеет царапать когтями
территорию Речных котов! Они будут сражаться насмерть за свою
территорию. Криворот растянул губы, зловещее рычание вырвалось у него
из пасти. Зашуршали ветки, тени стали отступать, а потом и вовсе растаяли
в зарослях.
Трусливые душонки!
Радостная сила запульсировала в его лапах. Сейчас он был готов
схватиться с любым котом, который посмел бы угрожать его племени.
Кленовница права: преданность - это все!

36.

Глава III
- Хвост ниже! - Криворот прижал хвост Верболапки к земле и слегка
подтолкнул вперед ее передние лапы. - Вот так. А теперь тянуть вперед изо
всех сил!
- О-о-о-ох! - пропыхтела ученица, вжимаясь в землю.
- Теперь прыгай! - приказал Криворот.
- Прыгать? - Бедная Верболапка распласталась на земле, как дохлая
лягушка. Она с трудом повернула голову и посмотрела на Криворота: - Ты
смеешься? Да в таком положении я даже пошевелиться не могу!
Криворот сел.
- Не злись, я хочу тебе помочь.
Солнце уже начало вылезать из-за верхушек деревьев на другом берегу
реки. Приближался рассвет, а вместе с ним - испытание Верболапки.
Маленькая кошечка вскочила на лапы.
- Спасибо! - растроганно мяукнула она, по очереди вытягивая
затекшие лапки. - Просто я не уверена, что ты хороший наставник.
- Не говори так! - обиженно воскликнул Криворот. У него даже шкура
зачесалась от горечи. Он так хотел помочь Верболапке пройти испытание! Я хотел тебе показать, что когда ты выслеживаешь птиц, нужно стараться
слиться с землей.
- Совокрыл не учит нас выслеживать птиц! - отрезала Верболапка. - Ты
ничего не путаешь, Криворот? Я хочу стать Речной воительницей, а не
Грозовой!
- Когда река замерзает, нам приходится питаться птицами, - напомнил
ей Криворот. - Настоящий воин должен уметь накормить свое племя не
только в щедрую пору Зеленых листьев, но и в голодные холода.
- Но я никогда не смогу поймать птицу! - с ужасом воскликнула
Верболапка, ее глаза испуганно забегали. - Что же ты мне раньше не
сказал? Думаешь, меня попросят это сделать? Но Совокрыл успел показать
мне только самые простые приемы охоты на земную дичь! Он говорил, что
когда река полна рыбы, незачем тратить время на лесных обитателей. - Она
снова приняла стойку, опустила хвостик и уткнулась носом в траву. - Так,

37.

показывай еще раз! Только… я все равно не могу прыгнуть из такого
положения! Ничего у меня не получится…
- Все получится, - твердо заверил ее Криворот. Он обошел вокруг
Верболапки, припоминая, чему его учила Кленовница. Только теперь он с
удивлением понял, что его наставница относилась к охоте с полным
равнодушием. Лапы у Криворота зачесались от огорчения. Почему
Кленовница уделяла так много времени боевым приемам и совсем не
интересовалась приемами ловли дичи, жизненно необходимыми любому
настоящему воину? Он стиснул зубы, подавил приступ тревоги. Так, а что
говорил Можжевельник? Они когда-нибудь охотились на птиц?
Да, конечно!
- Понял! - Криворот вдруг ясно увидел, какую ошибку допускает
Верболапка. - Мы с тобой все делаем неправильно. Передние лапки нужно
поджать под плечи, а не вытягивать вперед! Так тебе будет легче
оттолкнуться!
Верболапка послушно присела, подтянула лапы.
- Ого, так гораздо лучше! - Она с силой оттолкнулась от земли,
прыгнула вперед, на лету вытянув когти, и сцапала клок болотной травы.
- Отлично! - замурлыкал Криворот.
- Верболапка! - раздался из-за камышей взволнованный голос
Лужелапки. - Ты где? Совокрыл тебя ищет!
Глаза Верболапки превратились в две круглые испуганные луны.
- Великое Звездное племя! Бегу! - Она бросила отчаянный взгляд на
Криворота: - Только бы пройти!
- Быстрее! - заторопила сестру Лужелапка. - Щукозуб уже готов начать
мое испытание.
- У тебя все получится! - заверил Верболапку Криворот, но она уже
опрометью неслась прочь. - Удачи тебе! - мяукнул он ей вслед.
Когда Верболапка скрылась за шуршащими стеблями камыша,
Криворот побежал к реке. Он так волновался, что просто не мог заставить
себя вернуться в лагерь. Ловить рыбу было еще рановато, зато вполне
можно окунуться, чтобы успокоиться.
Криворот вошел в воду, лег на спину и, раскинув лапы, отдался
течению. За стеной камышей мелькали силуэты котов, из лагеря неслось
мяуканье просыпающихся котов и писк котят. Кривороту вдруг сделалось
грустно. Он вспомнил, как когда-то давно вот так же бегал по поляне
вместе с Желудишкой, Мышастиком, Жучишкой и Цветинкой. Как быстро
пролетело время, как сильно все изменилось!
Он отогнал эту мысль. Теперь он стал воином, ему ли жалеть о

38.

временах своего глупого младенчества? Тем более, что в будущем ему
обещана судьба самого замечательного предводителя Речного племени в
истории! Разве это не предел мечтаний? Разве не самое главное в жизни?
Криворот перевернулся и поплыл к берегу. Выбравшись возле
каменной переправы, он отряхнулся и почти сразу же услышал довольный
голос Трещотки, доносившийся с противоположного берега. Накануне
Ледозвезд решил, что отныне старейшины могут без страха загорать на
Нагретых камнях и, разумеется, шустрая Трещотка поспешила
воспользоваться этим правом.
- Как же хорошо погреть старые косточки на наших камушках! разнеслось над рекой ее надтреснутое мяуканье.
- И не говори, - промурлыкал Бурьяноусый. - Нет лучшего средства от
ломоты в суставах
Криворот улыбнулся и побрел по узкой тропке в сторону лагеря.
Солнце припекало, но чуткий кошачий нос уже улавливал слабые
изменения в воздухе. Ветер пах вереском с пустошей. Значит, приближался
дождь.
Впереди громко зашуршала трава. Криворот застыл. Вот за деревьями
мелькнула кошачья фигура.
Совокрыл!
Криворот присел и затаил дыхание, чтобы суровый воин его не
заметил. Что делает тут Совокрыл? Наверное, незаметно следит за
испытанием Верболапки! Значит, она тоже где-то рядом? Криворот
бросился за дерево, припал к земле и осмотрелся. Ага, вот впереди
раздался тихий топот быстрых лап. Сердце Криворота пустилось вскачь, он
вытянул шею и задрожал, ожидая, когда появится Верболапка. Вопреки его
ожиданиям, из-за деревьев показалась серенькая Лужелапка. Она бежала в
сторону реки, забавно хмурясь от старания.
Ничем не выдав себя, Криворот осторожно вскарабкался на ствол
дерева и осмотрелся по сторонам. Где же Верболапка? В следующее
мгновение знакомая серая фигурка выскочила из зарослей папоротников.
Пушистые зеленые листья гладили ее по спине, но взгляд Верболапки был
прикован к земле. Кажется, она кого-то выслеживала.
Дрозд!
Криворот замер, весь обратившись в зрение и слух. Вот Верболапка
сделала несколько мягких шажков вперед и снова остановилась, следя за
тем, как глупый черный дрозд с усилием тащит червяка из земли.
«Прыгай!» - беззвучно взмолился Криворот.
Но Верболапка не трогалась с места. Прошло еще несколько

39.

мгновений, потом ученица аккуратно приняла стойку, расправила хвост и
подвернула передние лапки под плечи, в точности, как учил ее Криворот.
Он чуть не замурлыкал от гордости, но удержался, чтобы не спугнуть
дрозда, который как раз в это время, наконец, выдернул извивающегося
червя.
«Ну же, пора!»
Верболапка прыгнула в тот миг, когда дрозд вспорхнул в воздух. Ловко
вскинув лапу, она сбила его в полете, прижала к земле и завертела головой,
словно искала кого-то.
Из-за куста высунулась круглая голова Совокрыла.
- Умница! - воскликнул он. - Можешь отпустить его.
Глаза Верболапки засверкали от радости. Она убрала лапу, и дрозд,
стрекоча во все горло, взлетел на ветку.
«Отлично! - пело сердце Криворота. - Ты лучше всех!»
- Это чем ты здесь занимаешься? - прогремел у него над ухом грозный
голос.
Кленовница!
Криворот виновато втянул голову в плечи. Как нехорошо, что она
опять застала его за тем, как он украдкой любуется Верболапкой! Криворот
обернулся - и увидел перед собой озадаченного Ракушечника.
- Ты зачем здесь прячешься? - спросил глашатай.
Криворот торопливо сполз с дерева.
- Да я… я просто… просто смотрел… ну, просто… как тут испытание
идет… - заикаясь, промяукал он.
Ракушечник задумчиво повел усами.
- Вот как? - судя по его тону, он не поверил ни единому слову
Криворота.
- Я хотел посмотреть, как Верболапка проходит испытание, - тихо
признался Криворот.
Веселые искорки заплясали в глазах Ракушечника.
- Я так и подумал, - проурчал он. - Ну, и как у нее дела?
- Прекрасно! - с нескрываемой гордостью выпалил Криворот.
- Вот и славно. - Глашатай решительно подтолкнул сына прочь от
дерева. - Вот что, пойдем-ка мы с тобой в лагерь. Мы же не хотим
помешать нашим ученицам проходить испытание, правда? - С этими
словами он погнал Криворота по тропке, ведущей к реке.
Когда они вышли на поляну, Криворот сразу увидел Пачкуна, нервно
расхаживавшего вдоль камышей. В груди у него похолодело. Что-то
случилось!

40.

Выдрохвостая подбежала к Пачкуну, прижалась щекой к его щеке,
запричитала:
- Не убивайся так, держись! Я уверена, все обойдется. Они будут живы
и здоровы, вот увидишь.
Криворот огляделся. Весь лагерь был погружен в напряженное
ожидание. Туманинка сидела под ивой, не сводя глаз с детской. Моросинка
с негромким ворчанием мерила шагами песчаный берег возле зарослей
осоки.
Криворот бросился к ней.
- Что случилось?
Моросинка на миг зажмурилась.
- У Заряницы начались роды.
- А почему нас выгнали из детской? - запищала Солнышко.
- По уму! - огрызнулась Переливчатая, помогавшая Светловодной
утихомирить орущих котят.
- Нет, ну почему-у-у?
- Идите сюда, проказники! - подозвала ноющих малышей Трещотка,
уже успевшая вернуться с Нагретых камней. - Идите, я покажу вам нашу
палатку. Вы же никогда раньше не были в гостях у старейшин, правда?
- Не хочу я в вашу палатку! - замотал головой Камышонок,
останавливаясь перед входом. - Фу, как там воняет!
Переливчатая шлепнула его хвостом по макушке и подтолкнула
вперед.
- Не груби старшим!
- Там жа-аарко! - заныл Бубенчик. - И душно! Можно мы лучше
поучимся плавать в камышах?
- Не сейчас, малыш, - вздохнула Светловодная. - Сейчас нам нужно
вести себя очень тихо, понятно?
Из детской донесся пронзительный визг.
- Ой, что это? - задрожала Солнышко.
Переливчатая ловко пропихнула ее в узкий вход палатки старейшин.
- Ничего страшного… У нашей Заряницы вот- вот появятся котята.
Криворот посмотрел на мать.
- Когда у нее началось?
- Сразу после рассвета, - глухо ответила Моросинка. - Ежевичинка
очень встревожена. Говорит, что Заряница очень слаба, она так и не успела
оправиться после лихорадки.
- Ничего, она у нас стойкая воительница, - упрямо возразил Криворот.
- Порой этого недостаточно, - вздохнула Моросинка и, сгорбившись,

41.

пошла прочь.
Проводив ее взглядом, Криворот подбежал к Выдрохвостой и Пачкуну.
- Может быть, Ежевичинке нужна какая-нибудь помощь? - спросил он.
- Воды принести или меда?
- Она все перепробовала, - еле слышно ответила Выдрохвостая. - И
малиновый лист, и мед и все остальное… - Она покосилась на Пачкуна и
прошептала на ухо Кривороту: - Ничего не помогает.
Из детской снова донесся протяжный стон, полный боли и муки.
- Она совсем измучилась, - вздохнула Выдрохвостая.
Трещотка подбежала к ним.
- Ну вот, Плавник нашел малышам занятие - сейчас они все охотятся
на блоху в его хвосте! - Старуха с тревогой посмотрела в сторону детской. Как там?
Вместо ответа Выдрохвостая скорбно вздохнула и покачала головой.
- Я пойду туда, - объявила старая кошка. Она решительно направилась
к входу в детскую, пролезла внутрь и исчезла.
Из воинской палатки, зевая во всю пасть, выбрался Желудь.
- Как дела? Все уже закончилось? - весело спросил он, но тут же
осекся и замолчал, поймав взгляд Выдрохвостой.
Трещотка выбралась наружу. Ее добрые янтарные глаза потемнели от
горя.
- Трое котят, - глухо сказала она. - Все мертвые.
Пачкун бросился к ней, он весь дрожал, слова с трудом вырывались у
него из горла.
- А… а что она? З-заряница?
Трещотка с невыразимой тоской посмотрела на него.
- Иди туда, - тихо сказала она.
Пачкун повернулся в сторону детской. Медленно, словно лапы у него
вдруг сделались каменными, он сделал шаг, другой и побрел вперед. Он
сгорбился, шкура у него вдруг обвисла и потускнела, словно молодой кот в
одночасье превратился в дряхлого старика. Все племя в скорбном молчании
смотрело, как он скрывается за ветвями детской. Затем оттуда донесся
душераздирающий стон.
Криворот посмотрел на Трещотку.
- Она умерла?
Старуха кивнула, часто-часто моргая. Криворот уставился в землю, не
зная, что сказать. Внезапно из-за ветвей донеслось тоненькое мяуканье.
Криворот вскинул голову. Что это? Неужели ему чудится?
Котенок?

42.

Тут из детской показалась голова Ежевичинки.
- Четвертый! - громко воскликнула она. - Девочка. Слабенькая совсем,
но дышит. - Целительница снова нырнула внутрь.
Ледозвезд вышел из своей палатки, остановился посередине поляны и
склонил голову.
- Великое Звездное племя, спасибо тебе за эту драгоценную жизнь!
- Приведи Переливчатую, - попросила Трещотка, поднимая глаза на
Криворота. - Малышке нужно тепло, да и молоко тоже.
Криворот сорвался с места, радуясь тому, что может принести хоть
какую-то пользу.
- Переливчатая! - завопил он, и кошка мигом выбежала на его зов из
палатки старейшин. - Идем скорее! Один котенок выжил, - торопливо
заговорил он, едва успевая за Переливчатой, опрометью помчавшейся к
детской. - Ты ей нужна!
Переливчатая резко остановилась.
- Выжил? - вскрикнула она и осеклась. Потом шепотом переспросила:
- Один?
- Что ты встала? Идем! - взмолился Криворот.
- Как Заряница? - спросила Переливчатая, в упор глядя на него.
Криворот опустил глаза. Никакая сила не могла заставить его ответить
на этот взгляд.
- Она… умерла?
- Мне так жаль! - со слезами в голосе выдавил Криворот. - Я… прости,
я должен был сразу сказать тебе… Просто… просто…
Переливчатая, как тень, прошла мимо него, на ходу дотронувшись
хвостом до его бока.
- Ничего, Криворот… Ты ни в чем не виноват… Ничего…
Криворот молча смотрел, как она входит в детскую. Вскоре оттуда
вышел Пачкун и побрел прочь, глядя перед собой сухими невидящими
глазами.
Чащобник бросился к нему, мягко развернул и направил в сторону
тихого тенистого места под ивой. Здесь убитый горем кот упал на землю и
застыл, уронив голову на лапы. Чащобник сел рядом с ним, прижался
боком и опустил голову. Вскоре к ним тихо подошел Волнорез.
Криворот почувствовал, что сердце у него сейчас разорвется от боли.
Не выдержав, он повернулся в сторону леса, но тут громко зашуршали
камыши и на поляну выбежали Верболапка и Искролапка.
- Мы прошли испытание! - глаза Верболапки сияли, как два янтарных
солнца. - Мы прошли!

43.

Лужелапка оглушительно замурлыкала, задрав хвост.
- Верболапка поймала дрозда!
- А Лужелапка поймала такую огромную форель, какую Совокрыл
никогда в жизни не видел! - похвасталась Верболапка. - Он сам так сказал!
- Она бросилась к Кривороту, прижалась щекой к его шее, замурлыкала. Спасибо тебе, огромное спасибо! - Верболапка лизнула его в нос. - Что бы я
без тебя делала? Ты не поверишь, сегодня на испытании я сделала все так,
как ты меня учил - и все получилось! Ах, как жаль, что ты меня не видел! Она вдруг замолчала, отстранилась и посмотрела на молчавшего
Криворота. - Что такое? - Он увидел страх, мелькнувший в ярких глазах
Верболапки. - Что случилось?
Моросинка подняла голову, посмотрела в их сторону.
- Заряница умерла, - ответила она. - И трое ее новорожденных котят.
В ее голосе звучала такая боль, что у Криворота снова болезненно
сжалось сердце.
Он прижался щекой к щеке Верболапки.
- Ты умница, - прошептал он. - Я горжусь тобой.
- Пусть все коты, умеющие плавать, соберутся на поляне, чтобы
выслушать мои слова! - разнесся над лагерем громкий голос Ледозвезда.
Ежевичинка уже вышла из детской и стояла рядом с предводителем прямая, строгая и молчаливая. Глаза Верболапки снова засверкали.
- Сейчас тебе дадут воинское имя! - промурлыкал Криворот.
- Я представляла этот день совсем по-другому, - тихо вздохнула
Верболапка.
Она вышла на поляну и остановилась, ожидая, когда все соберутся.
Пачкун, казалось, ничего не слышал и не видел. Он даже головы не
повернул в сторону предводителя и остался лежать под ивой, глядя в
пустоту. Чащобник и Волнорез тоже остались рядом с ним.
Притихшие котята выскочили из камышей и расселись возле королев.
Видимо, даже они чувствовали, что в лагере случилось что-то ужасное.
- Заряница умерла, - громко объявил Ледозвезд. - Трое ее котят тоже
погибли. - Он дождался, когда стихнут вздохи и тихие всхлипывания, потом
продолжил: - В живых осталась только одна дочка Заряницы. - Ледозвезд
посмотрел на Пачкуна. - Она еще не получила имя, ее отец сделает это
позже. Но я, предводитель Речного племени, клянусь перед Звездными
предками, что мы все заменим осиротевшей малышке ее умершую мать.
Она будет любимой дочерью нашего племени, вечным напоминанием о
прекрасной воительнице, раньше срока ушедшей в Звездное племя. - Он
вскинул голову, посмотрел на Меднохвостку. - Речное племя никогда не

44.

забудет самоотверженности наших королев. Однажды Меднохвостка
пожертвовала своими детьми ради безопасности племени. К счастью, мы
смогли не только вернуть их обратно, но с помощью Звездного племени
вырастили достойными Речными воительницами. - Ледозвезд улыбнулся. Верболапка и Лужелапка, подойдите ко мне!
Когда ученицы робко вышли на середину поляны, Ледозвезд повысил
голос и объявил:
- Верболапка, стремительность воинов Ветра сочетаются в тебе с
мужеством Речных котов. Ты самая шустрая кошка нашего племени,
поэтому я даю тебе имя Вербовейная - в честь ветра, который всегда будет
подгонять твои лапы!
Вместе со всем племенем Криворот строго и торжественно повторил
имя новой воительницы. Набежавшие облака скрыли солнце, тень упала на
поляну.
- Лужелапка, ты унаследовала храбрость, решительность и доброту
своей матери. Отныне тебя будут звать Лужицей, в память о воде,
окружающей наше племя!
- Лужица! Лужица! Лужица!
Когда Криворот поднял голову, капля дождя шлепнулась ему на нос.
Не успели коты опомниться, как на лагерь стеной обрушился ливень,
словно само Звездное племя оплакивало уход Заряницы и ее не увидевших
свет детей.

45.

Глава IV
Криворот, зевая, выбрался из своего гнездышка. Над горизонтом
светлела полоса рассвета. Река журчала в камышах, заглушая сопение
спящих котов. Он вышел на тихую поляну подумав, что после смерти
Заряницы и ее котят Речные коты стали дольше спать. Они гораздо позже
вылезали из палаток и нехотя исполняли свои обязанности, словно никак не
могли найти в себе силы жить дальше. Горе черной грозовой тучей стояло
над лагерем.
- Ой!
Криворот замер.
- Ты мне на хвост наступил!
На дальнем краю лагеря зашуршали камыши. Криворот вытянул шею
и всмотрелся в серые предутренние сумерки. Вскоре он увидел, как в гуще
зеленых стеблей мелькнул тощий хвостик.
Пряча улыбку, Криворот бесшумно пошел через поляну.
- Как мы туда доберемся?
- А я откуда знаю?
Криворот узнал голоса Лягушонка и Пушинки.
- Давай пойдем прямо через выход?
- А если нас поймают?
Криворот просунул голову в заросли и ловко схватил Лягушонка за
шкирку. Вытащив его на поляну, он усадил котенка себе под лапы и выудил
из камышей Пушинку.
- Отпусти! - запищала она, размахивая лапками.
- Куда вы направляетесь? - строго спросил Криворот, опуская
Пушинку рядом с Лягушонком.
Котята переглянулись. Криворот догадался, что они лихорадочно
соображают, говорить правду или нет. Со стороны лагеря послышался
тихий звук приближающихся шагов, и вскоре из осоки вышла заспанная
Ежевичинка.
- Привет, Криворот, - кивнула целительница. - А я как раз собралась
сходить за травами.

46.

- Ты очень вовремя, - кивнул ей Криворот. - Я тут поймал двух
озорников, они пытались тайком улизнуть из лагеря.
Ежевичинка пошевелила усами, пряча улыбку.
- Что я слышу? Неужели котята пытались тайком сбежать в лес?
Слыханное ли дело, никогда такого не бывало! - Она фыркнула и
насмешливо уставилась на Криворота.
Он замурлыкал, но тут же подавил смех. Какой пример они подадут
маленьким нарушителям, если будут весело хихикать над их проделками?
Кто-кто, а Криворот прекрасно знал, сколько опасностей подстерегает
малышей за стенами лагеря!
- Куда вы шли? - снова спросил он у котят.
Лягушонок покосился на Ежевичинку, потом отвел глаза.
- Мы хотели посмотреть на место, где похоронили Заряницу и ее котят,
- пролепетал он.
Ежевичинка разом посерьезнела и нахмурилась.
- Великое Звездное племя, что вам там понадобилось?
Пушинка нервно переступила с лапки на лапку.
- Мы хотели проверить, правда они умерли или нет…
Криворот даже поперхнулся от неожиданности.
- Почему вы решили, что это неправда?
- Потому что Звездное племя не может забирать котят! - тоненько
пропищал Лягушонок. Его редкая светлая шерстка задрожала от волнения.
- Разве наши предки могут такое делать?
Криворот обвил хвостом лапы, вздохнул. Он снова вспомнил ту
страшную ночь, когда обезумевший от горя Пачкун прогонял своих
соплеменников от тела Заряницы и все пытался подложить мертвых котят
под ее холодный бок. Он тоже не верил, что они покинули его… С тех пор
прошла уже половина луны, но Речное племя все еще не могло оправиться
от страшной трагедии.
- Звездное племя забирает котят, - тихо ответила Ежевичинка,
усаживаясь возле дрожащих малышей. - Оно уводит их на небо и там
заботится о них. Нашим малышам будет позволено охотиться в угодьях
Звездного племени. Знаете, как там хорошо? Там текут самые чистые реки,
растет самая высокая трава, а леса всегда полны дичи. Там маленькие
котята всегда будут рядом со своей матерью, с Заряницей…
Лягушонок взмахнул хвостиком.
- А Трещотка сказала, что смерть котят и Заряницы - это дурное
предзнаменование!
- Да-да. Моросинка и Туманинка тоже говорят, что нас ждут беды! -

47.

дрожащим голоском добавила Пушинка.
- А Щукозуб думает, что Звездные предки разгневались на нас и
наказали! - вставил Лягушонок.
- И Плавник тоже с ним согласен, я слышала, как он говорил, что это
Звездное племя не позволило тебе спасти Заряницу и ее котят! - со слезами
в голосе закончила Пушинка.
Ежевичинка сердито пожевала губами, Криворот видел, что ей хочется
сказать нечто очень резкое, но она сдерживается.
- Это не было предзнаменованием, - твердо сказала целительница
котятам. - Я сделала все, что было в моих силах. Я непременно спасла бы
Заряницу, но болезнь истощила ее силы и погубила ее котят. Их погубила
лихорадка, а не Звездное племя.
Криворот придвинулся ближе к целительнице.
- Если бы Звездное племя в самом деле рассердилось на нас, разве оно
оставило бы нам Оцелоточку? - напомнил он котятам. - Пачкун назвал свою
дочку в память о великом древнем племени могучих котов в надежде, что
это имя даст ей силы вырасти и выжить без матери.
- Наверное, Звездные предки хотели, чтобы мы о ней позаботились, подумав, сказала Пушинка.
- Вот именно! - кивнул Криворот. - Разве они оставили бы на наше
попечение крохотную Оцелоточку, если бы считали нас плохими или
готовили бы нам какие-нибудь несчастья?
Повеселевший Лягушонок замотал головой, было очевидно, что слова
Криворота окончательно развеяли все его страхи.
- А можно нам посмотреть, где они похоронены? - спросил он.
- Нет, - отрезал Криворот, подталкивая котят в сторону лагеря. - Бегите
скорее! Переливчатая и Светловодная, наверное, уже вас хватились. Вы же
не хотите перепугать все племя?
- Никто нас не хватится! - обиженно пискнула Пушинка. Переливчатая на нас и не смотрит, она только и делает, что кормит
Оцелоточку да мурлычет над ней!
Ежевичинка погладила ее хвостом по спинке, пощекотала ушко.
- А вы не хотите отнести своей маме мокрого мха? - спросила она. Выкармливать котенка дело непростое, королевам всегда очень хочется
пить. Представляете, как обрадуется Переливчатая, когда вы принесете ей
попить? Как она будет гордиться вами - надо же, такие маленькие, а уже
помогают племени!
Глазки Пушинки засверкали, она подпрыгнула и замахала хвостиком.
- Да! Бежим, Лягушонок!

48.

- Только в воду не свалитесь! - мяукнул Криворот вслед убегающим
котятам. Убедившись, что малыши скрылись в камышах, он повернулся к
Ежевичинке, вздохнул и спросил: - Ты уверена, что это не был знак?
- Уверена.
Криворот сощурил глаза.
- Как ты отличаешь знак от простого события?
- Так и отличаю, - уклончиво ответила целительница. - Чувствую, вот и
все.
- Скажи, предзнаменования меняют ход событий или только
предупреждают о неизбежных переменах? - задал Криворот вопрос,
который давно мучил его. Он прекрасно знал, что Ежевичинка поймет, о
чем он спрашивает. Его интересовали не стариковские сплетни и не страхи
глупых котята, он спрашивал о судьбе… и о себе.
Ежевичинка твердо выдержала его взгляд.
- Порой знаки говорят о том, что уже свершается.
- Значит, это предупреждение? Совет что-то изменить?
- Это предостережение. Знаки позволяют нам подготовиться к тому,
что нас ждет.
Криворот с раздражением выпустил когти. Досада обожгла его.
Ежевичинка не собиралась раскрывать ему свои тайны!
- Ладно, я спрошу начистоту, - твердо сказал он. - Почему ты
отказываешься рассказать мне о моем предзнаменовании - о том, которое
тебя так встревожило однажды?
- Нечего мне тебе рассказывать, - буркнула Ежевичинка,
отворачиваясь.
- То есть никакого предзнаменования не было?
- Как хочешь, так и понимай! Все зависит от тебя.
- От меня? - взорвался Криворот, взбешенный этой бесконечной игрой
в загадки.
- Ты волен сам выбрать путь, по которому пойдешь, - торжественно
ответила Ежевичинка. - Только ты знаешь, что у тебя на сердце, только ты
можешь решить, какой дорогой пойдешь по жизни - правильной или
неправильной.
- Может, хватит морочить мне голову какими-то путями и дорогами? зашипел Криворот. - Почему ты не можешь прямо сказать мне, что я, потвоему, делаю не так? Я так же предан Речному племени, как любой другой
кот!
- Если так, то я рада за тебя, - фыркнула Ежевичинка.
- Не веришь? Хочешь, я тебе докажу?

49.

- И как ты это сделаешь? - пошевелила усами целительница.
Криворот задумался.
- Не знаю! Например, помогу тебе собрать травы!
Возможно, если он будет проводить больше времени с Ежевичинкой,
она, наконец, поймет, что он хороший?
- Я уже попросила Жуконоса помочь мне, - холодно отрезала
целительница.
Криворот в гневе хлестнул себя хвостом.
- Замечательно! - рявкнул он. - Только потом не надо обвинять меня в
том, что я выбрал не тот путь! Ты - целительница племени, я обращаюсь к
тебе за советом, но вместо ответа на свои вопросы раз за разом получаю
только загадочные отговорки и непонятные предостережения. Нравится
туман напускать - на здоровье, но я в эту игру больше не играю!
Клокоча от гнева, он повернулся и пошел прочь. Уши у него пылали от
ярости.
Небо за ивами уже просветлело. Жуконос сонно выполз из палатки,
кивнул целительнице.
- Я готов, - уныло пробурчал, но мгновенно повеселел, увидев
выходившего из палатки Ледозвезда. - Ой, Ежевичинка, а может, ты
попросишь Вербовейную тебе помочь? - взмолился Жуконос, заглядывая в
глаза Ежевичинке. - Собирать травы - работа оруженосцев, а она вчерашняя
ученица, значит, почти оруженосец…
- Хватит препираться, идем, - оборвала его Ежевичинка.
Жуконос уныло вздохнул, бросил последний тоскливый взгляд на
Ледозвезда и поплелся к выходу из лагеря.
- Пусть все коты, умеющие плавать, соберутся на поляне, чтобы
выслушать мои слова! - громко объявил предводитель, выходя на середину
поляны.
Криворот насторожился. Что задумал Ледозвезд на этот раз? Будет
замечательно, если предводитель предложит что-нибудь такое, что
поднимет дух племени. Криворот видел, что день за днем племя все
сильнее охватывает страх, и что далеко не только котята боятся проклятия
Звездного племени.
Зашуршали ветки, коты со всех сторон побежали на поляну, собираясь
вокруг Ледозвезда.
Криворот обвел глазами племя.
Волнорез выглядел так, словно не умывался со дня смерти Заряницы,
его шерсть торчала клочьями, глаза потускнели. Щукозуб безучастно
смотрел в землю, словно его нисколько не интересовало, что может сказать

50.

предводитель. Даже Ракушечник устало горбился, уронив голову.
Желудь протиснулся поближе к брату, поморгал заспанными глазами.
- Что тут происходит? - зевнул он. - Зачем нас подняли в такую рань?
Ледозвезд медленно обвел глазами племя.
- Мы вернули себе Нагретые камни, и Грозовые коты даже пикнуть не
посмели. Сегодня мы захватим еще один кусок их территории!
Еще один? Криворот посмотрел на отца, сидевшего возле
предводителя. Он попытался поймать его взгляд, чтобы понять, что думает
Ракушечник о планах Ледозвезда, но глашатай бесстрастно смотрел прямо
перед собой.
Можжевельник поднялся со своего места.
- Зачем нам их территория? - спросил он. - Мы не живем и не охотимся
в лесу!
- Нам нужна река, - объяснил Ледозвезд. - Значит, мы должны владеть
обеими ее берегами, в том числе и лесом за Нагретыми камнями.
Совокрыл непонимающе склонил голову набок.
- Ты хочешь захватить лес?!
Ледозвезд спокойно кивнул.
Плавник сокрушенно покачал своей седой головой.
- Зачем Речным котам деревья? Мы их терпеть не можем!
- Но если мы захватим лес, то сможем спокойно ловить рыбку на
другом берегу! - возразил Волнорез.
Вербовейная с сомнением посмотрела на старшего воина.
- Грозовые коты никогда не нападали на нас в воде, - тихо сказала она.
- Они не мешают нам ловить рыбу.
Выдрохвостая встала, котята прижались к ее лапам.
- А вдруг они научатся плавать? - с вызовом спросила она, шлепнув
хвостом распищавшихся котят. - Ведь тогда у Грозовых котов круглый год
была бы дичь! Вдруг они последуют нашему примеру и станут плавать и
ловить рыбу?
- Хотеть легко, а вот сделать - совсем непросто, - хмыкнул Плавник. Для Грозовых котов что плавать, что летать - никак невозможно. У всякого
племени свои повадки, и всегда так было.
- Вот именно! - закивала Трещотка. - И потом, зачем нам чужое? Одно
дело - наши Нагретые камни, тут и вопросов никаких нет, но лес никогда не
принадлежал Речному племени!
- И как мы будем патрулировать такую территорию? - спросила
Меднохвостка.
- Боишься тяжелой работы, неженка? - хлестнул хвостом Чащобник.

51.

- Я ничего не боюсь! - прижала уши Меднохвостка. - Не путай
осторожность с трусостью!
- Зато покажем Грозовым котам, что мы сильны! - прорычал Чистозуб.
- Они не предприняли ни одной попытки захватить Нагретые камни, проворчал Щукозуб. - Может, они и за лес не станут цепляться.
- Значит, решено! - воскликнул Ледозвезд, выпуская когти.
Чистозуб подскочил к предводителю, воинственно выпустил когти.
- Когда выступаем?
- Сейчас же!
Криворот разинул пасть. Глаза Чистозуба засверкали воинственным
огнем. Волнорез так и рвался в бой, Щукозуб нетерпеливо рвал когтями
траву. Но Криворот видел, что Можжевельник настороженно щурит глаза, а
Меднохвостка с недоумением переглядывается с Совокрылом. Было видно,
что на этот раз далеко не все племя поддерживает планы предводителя.
Почему Ледозвезд не хочет удовлетвориться Нагретыми камнями?
Криворот отказывался понимать намерения предводителя. Как они, Речные
коты, смогут выиграть битву на чужой территории - на незнакомой,
пугающей лесной земле Грозового племени? Криворот хорошо помнил
заросли папоротников и колючей ежевики, обступавшие стволы деревьев за
Нагретыми камнями. Его густая шерсть невольно зашевелилась при
воспоминаниях об острых колючках.
Из размышлений его вывел негромкий голос Желудя
- Неужели Ледозвезд думает, что битва поднимет дух племени?
- Наверное, он просто хочет хоть что-нибудь сделать, - пожал плечами
Криворот. - Ты же сам видишь, как все приуныли. Даже котята лепечут о
проклятии Звездного племени и грядущих бедствиях! - Краем глаза он
увидел, что Выдрохвостая обняла хвостом котят и о чем-то негромко
шепчется с ними.
- Но такая битва - это риск, а нам сейчас меньше всего нужны новые
потери!
- Включи меня в патруль, Ледозвезд! - звонко мяукнула Выдрохвостая.
- С ума сошла? - всполошилась Переливчатая. - А как же твои котята?
- Ты ведь присмотришь за ними до моего возвращения? - с мольбой
посмотрела на нее Выдрохвостая.
- К-конечно, - пролепетала королева. - Но если ты…
- Чащобник идет рисковать собой! - перебила ее Выдрохвостая,
яростно хлестнув хвостом. - Как же я могу оставаться в стороне?
Ледозвезд решительным шагом направился к воинам.
- Я буду горд сражаться плечом к плечу с вами! - воскликнул он,

52.

обводя сияющими глазами свое племя. - Чащобник, Выдрохвостая,
Волнорез, Ракушечник, Щукозуб и Чистозуб - вы отправляетесь на это
задание! - Он по очереди кивнул каждому.
Впервые в жизни Криворот обрадовался, что его не выбрали. Впрочем,
его облегчение быстро сменилось жгучим стыдом.
- Отличный патруль, - прошептал он.
- Они все верят в необходимость этой битвы, - фыркнул Желудь.
- Что ж, пусть хоть кто-то в это верит, - еле слышно пробормотал
Криворот. Ему вдруг стало стыдно. - Можно я поведу патруль вдоль
границы по этому берегу реки? - вызвался он. - Мы уже несколько дней не
проверяли ни мост, ни изгородь!
Ледозвезд, уже бежавший в сторону выхода, обернулся:
- Конечно! Возьми с собой всех, кого захочешь!
Бубенчик заковылял следом за матерью.
- А когда ты вернешься? - захныкал он.
Она остановилась, наклонилась к малышу.
- Разве мама тебе не пообещала, что вернется до полудня? - ласково
промурлыкала кошка. - Ты уже забыл?
- Пообещала?
- Конечно! - Выдрохвостая прижалась щекой к макушке котенка. - Да
будет на то воля Звездного племени.
Бубенчик молча смотрел вслед уходившим котам.
- А Звездное племя не захочет забрать мою маму, как оно забрало
Заряницу? - прошептал он.
Криворот хотел успокоить его, но не нашел слов.
Он обогнул мост Двуногих и направился прочь от реки, стараясь
держаться в тени ив. Обернувшись, Криворот посмотрел на бегущий за ним
отряд. Мышелов, Желудь, Цветенница, Вербовейная и Лужица уверенно
шли через высокую траву, огибая серые стволы деревьев.
- Почему бы нам не поохотиться немножко? - предложил Мышелов.
- Потому, что мы в патруле, а не на охоте! - ответил Криворот.
- Если ты вызвался повести патруль, это еще не значит, что тебя
назначили предводителем, - прошипел Мышелов.
Цветенница пихнула брата носом.
- Это значит, что его назначили командиром патруля, рыбоголовый
склочник, - засмеялась она.
- Ш-шш!
Криворот замер и всмотрелся сквозь серые стволы ив. Солнце стояло
уже высоко, Двуногие, поселившиеся на лугу в своих разноцветных

53.

временных палатках, начали потихоньку вылезать наружу. Стены палаток
хлопали на ветру.
- Пригнитесь! - шикнул Криворот, увидев, как какой-то Двуногий
вышел из своей палатки и побрел по полю, оглушительно кашляя на ходу.
За ним бежал Двуногий котенок с ярким желтым мячом в руках. Вот
малыш бросил мяч и завизжал от радости, увидев, как он желтым
солнышком прокатился по траве и врезался в стену палатки.
- Давайте побыстрее пройдем мимо, пока они все не проснулись, прошептал Желудь.
Криворот посмотрел на серую изгородь, отделявшую луг от рощи.
Чтобы не привлечь внимание Двуногих, котам предстояло проползти под
ивами и обогнуть луг стороной.
- Идем!
Он первый пошел вперед, низко опустив хвост. Солнечный свет лился
сквозь кроны деревьев, бросал пестрые тени на землю. Немного осмелев,
Криворот потрусил быстрее, стараясь не спускать глаз с палаток.
Внезапно какая-то тень мелькнула среди разноцветных стен. Криворот
замер. Когда тень появилась снова, он с изумлением узнал знакомый
силуэт. Это была кошка. С очень знакомой посадкой головы и формой
хвоста.
Кленовница?
Криворот не видел ее почти целую луну. Она больше не посещала его
во сне и не приглашала тренироваться. Что ей понадобилось сейчас? И
почему она пришла именно сюда?
Желудь остановился за спиной у брата, втянул носом воздух.
- Что такое?
- Видишь ту кошку? - шепотом спросил его Криворот. Поймав взгляд
брата, он кивнул на щель между палатками, где стояла Кленовница.
- Какую кошку? - непонимающе переспросил Желудь. - Неужели
Двуногие стали брать с собой своих ручных кисок?
- Нет, это не ручная киска, - шепотом ответил Криворот. - Это
воительница!
- Где? - нетерпеливо дернул хвостом Желудь.
- Да вот же!
Кленовница в упор посмотрела на него и шмыгнула за угол палатки,
чтобы не попасть под ноги Двуногому котенку, топавшему мимо со своим
мячиком.
- Я никого не вижу!
- Почему вы встали? - прошипел сзади Мышелов.

54.

Вербовейная осторожно обогнула его и остановилась рядом с
Криворотом.
- Что-то случилось?
Криворот покачал головой.
- Нет, почудилось, - ответил он и хотел было отправиться дальше, но
тут Кленовница снова выскочила из-за угла палатки и неторопливо
направилась вдоль стены.
«Что она делает? И главное - зачем?»
Криворот фыркнул и пошел своей дорогой. В конце концов, он был
командиром патруля, а значит, на нем лежала обязанность не только хорошо
выполнить задание, но и сберечь патрульных и в полном составе привести
их обратно в лагерь. Если Кленовница решила загадывать ему загадки, то
выбрала крайне неудачное время!
- Неужели ты правда никого не видел? - спросил он Желудя.
- Совсем никого, - кивнул Желудь и потрепал брата хвостом по спине. Наверное, тебе стоит заглянуть к Ежевичинке и попросить у нее какихнибудь трав для возвращения остроты зрения? - промурлыкал он. - Слушай,
мне только сейчас пришло в голову, что наш Жуконос сегодня ухитрился не
попасть ни в один патруль - ни в боевой, ни в пограничный!
Представляешь, в какую ярость он придет, когда узнает, сколько всего
случилось в племени без него? Пока он рвал целебные листочки для
Ежевичинки, Ледозвезд отправился воевать с Грозовыми котами, а мы
выслеживали собак и невидимых котов!
- Стой! - перебил его Криворот. Сердце у него сжалось.
Призрачная Кленовница подошла к желтому мячику, посмотрела в
глаза Кривороту и подтолкнула мяч в сторону патрульных.
«Что ты делаешь? - ахнул про себя Криворот. - Перестань! Сейчас
Двуногие нас заметят!»
Желудь напрягся.
- Что это? Неужели ветер? Почему мяч катится к нам?
- Нет, это не ветер, - еле слышно ответил Криворот, умоляюще глядя на
Кленовницу. Она усмехнулась в усы и подтолкнула мяч еще ближе.
- Двуногие!
Громкое шипение Вербовейной заставило Криворота забыть о
Кленовнице.
Толстенький Двуногий котенок, громко лепеча, бежал к мячу,
растопырив розовые лапки.
Лужелапка оцепенела, рычание вырвалось у нее из груди.
- Он бежит прямо к нам!

55.

- Пригнитесь! - приказал Криворот. - И не шевелитесь! Он не увидит
нас в траве, он же совсем маленький.
Патрульные съежились, в воздухе запахло страхом. Криворот
пристально смотрел сквозь стебли травы на поляну. Глаза Кленовницы
полыхнули злой радостью, она оскалилась во всю пасть и снова пихнула
мяч, да так, что он резво покатился к краю луга. Двуногий котенок запищал
от восторга и заковылял к тому месту, где притаились коты. Внезапно он
запнулся пухлой ножкой за камень, упал и оглушительно заплакал.
В тот же миг огромный взрослый Двуногий выскочил из палатки и
бросился к малышу. Он подхватил его на руки, прижал к себе и принялся
трясти, обводя глазами луг. Вот взгляд великана упал на мяч, переместился
на деревья…
- Великое Звездное племя, пощади нас! - прошипела Вербовейная
сквозь стиснутые зубы.
Двуногий издал изумленный возглас.
- Все пропало, - прорычал Желудь. - Он нас заметил.
- Прячьтесь! - приказал Криворот, пятясь в траве. Он шмыгнул за ствол
дерева и затаил дыхание.
Двуногий великан посадил своего котенка на землю и решительно
зашагал в сторону притаившихся в траве котов. Двуногий котенок с
радостным писком махал своей розовой лапкой, только показывал он
теперь уже не на мячик… а на котов! Лужелапка с визгом прижалась к
Кривороту, Мышелов кубарем покатился в папоротники, а Цветенница
залезла под колючую плеть ежевики. Желудь скрылся за камнем. Криворот
обвел глазами деревья. Так, а где же Вербовейная?
Двуногий шагал по высокой траве, время от времени пригибаясь,
чтобы пройти под низкими ветками. Вербовейная! Сердце Криворота
тревожно сжалось, когда он увидел, что она вжимается в серую изгородь,
уходящую за деревья. Вот Двуногий остановился над ней, наклонился… и с
довольным хмыканьем схватил Вербовейную за шиворот свой огромной
безволосой лапищей!
Крик застрял в горле у Криворота. Содрогаясь от бессильной ярости,
он смотрел, как Двуногий тащит Вербовейную в свою палатку Маленький
котенок с веселым писком засеменил за ним.
Когда опасность миновала, Желудь опрометью бросился к брату.
- Что случилось?
Криворот, разинув пасть, молча смотрел на Вербовейную,
болтавшуюся в руках у Двуногого.
- Мы должны ее освободить!

56.

- Как? - заорал Мышелов, гневно сверкая глазами. - Зачем ты вообще
нас сюда притащил, рыбоголовый?
Цветенница выбежала из своего укрытия и в панике заметалась по
поляне.
- Что же нам теперь делать?
- Нужно срочно уносить отсюда лапы, пока они нас всех не
переловили, - прошипел Мышелов.
Криворот почувствовал на себе молящий взгляд Лужелапки.
- Мы спасем ее, - пообещал он, с трудом шевеля онемевшими губами. Даю тебе слово, мы ее спасем.
- Только не сейчас, - твердо сказал Желудь, кивая на толпу Двуногих,
обступивших похитителя Вербовейной. Они громко кричали, всплескивали
руками и разглядывали добычу. Некоторые смотрели в сторону деревьев и
махали руками.
- Давайте вернемся в лагерь и соберем спасательный отряд, - объявил
Криворот. - Пойдем самой короткой дорогой. Будьте осторожны, нельзя
допустить, чтобы Двуногие поймали еще кого-нибудь из нас.
Он первый бросился бежать через луг, остальные последовали за ним.
Вскоре Криворот услышал громкие возгласы Двуногих - очевидно, те
заметили бегущих котов.
- Вербовейная! - проорал Криворот, проносясь мимо. - Не дерись с
ними, не царапайся! Будь умницей! Не волнуйся! Я вернусь и спасу тебя!
Он птицей помчался через заболоченную низину, прислушиваясь,
бегут ли за ним товарищи. Петляя между кочками высокой болотной травы,
Криворот мчался в сторону лагеря. Сердце колотилось у него в горле,
легкие горели огнем, перед глазами все расплывалось. Не чуя под собой
лап, он с такой скоростью ворвался в лагерь, что осока больно хлестнула
его по глазам.
- Они похитили Вербовейную!
Слова застыли у него в пасти. Вся поляна была заполнена ранеными
котами. Выдрохвостая хрипло дышала, кровь алой струйкой бежала из ее
разодранного уха, подсохшей багровой коркой покрывала спутанную
шерсть. Чистозуб с расцарапанной мордой лежал рядом с ней, Щукозуб,
прихрамывая, ходил рядом, рыча от боли. Ледозвезд тихо беседовал с
Ракушечником, Чащобником и Волнорезом.
Криворот попятился, не веря своим глазам.
Они проиграли сражение!
Но как же Вербовейная? Ведь он должен спасти ее!
«Великое Звездное племя, помоги мне!»

57.

58.

Глава V
Цветенница и Лужица подбежали к Кривороту.
- Они проиграли! - ахнула Цветенница. Мышелов остановилась возле
брата.
- Что случилось?
- Об этом мы будем беспокоиться позже! - бросил Криворот,
устремляясь к Ледозвезду. - Двуногие похитили Вербовейную!
Ракушечник поднял голову, глаза у него были темные, как два провала
горечи. Шерсть у Ледозвезда встала дыбом.
- Где? - прорычал Чащобник, выпуская окровавленные когти.
- На поле с разноцветными палатками! Только что!
- Они ее обидели? Сделали с ней что-то плохое? - резко спросил
Ледозвезд. - Они злые?
Криворот нахмурился. Какая разница, злые Двуногие или добрые? Они
похитили Вербовейную! Она осталась у них в лапах - маленькая,
беззащитная, напуганная!
Ледозвезд вздохнул, посмотрел в сторону раненых.
- Сегодня у нас тяжелый день, - еле слышно прошептал он и тут же
окликнул пробегавшую мимо Ежевичинку: - Как Выдрохвостая?
Ежевичинка выплюнула из пасти комок паутины, выдернула из него
клочок спутанных нитей.
- Ничего опасного, раны не глубокие, - пробурчала она. - Все будет
хорошо.
- До чего же страшная ежевика у них там растет! - прошипел
Чащобник. - Она в сто раз опаснее когтей Грозовых котов.
- Они отлично знали, что делали, заманивая нас все глубже в лес, прорычал Волнорез. Его густая шерсть вся слиплась от крови. - А мы, как
дураки, позволили завести себя в чащобу, откуда еле лапы унесли.
Криворот нетерпеливо топнул лапой.
- Что же будет с Вербовейной?
Ледозвезд устало покачал головой.
- Судя по твоим словам, Двуногие не собираются причинить ей зло. До

59.

завтрашнего дня с ней ничего плохого не случится, а наутро мы пошлем
отряд освободить ее.
- Завтра будет слишком поздно! - воскликнул Криворот. - Что если они
ночью уедут и заберут ее с собой?
«Неужели тебе все равно? Как ты можешь быть таким равнодушным?»
- кричало его испуганное сердце.
Ракушечник погладил сына хвостом по спине.
- Возможно, ты не обратил внимание, но мы сегодня потерпели
поражение. В лагере раненые, наши воины едва стоят на лапах. Наберись
терпения и подумай, чем ты можешь помочь своему племени.
Криворот отшатнулся. Они все были против него - и против
Вербовейной!
Тут из толпы выскочила растрепанная Меднохвостка.
- Лужица сказала мне, что Вербовейную похитили Двуногие! замяукала она, обводя воинов перепуганными голубыми глазами. - Нужно
спасти ее!
- Мы спасем ее завтра, - мягко ответил Ледозвезд. - Даю тебе слово. Но
сначала наши воины должны оправиться от ран.
- Ты оставишь ее в лапах Двуногих? - ошеломленно переспросила
Меднохвостка. - Ты предаешь ее! Скажи, ты поступаешь так потому, что
она полукровка?
Ледозвезд покачал головой.
- Я понимаю, как ты расстроена, Меднохвостка, но ты сама знаешь,
что говоришь неправду. Ты так не думаешь. Потому что это не так.
- Правда? - оскалила зубы Меднохвостка. - В прошлый раз ты с
легкостью отказался от нее! А теперь делаешь это снова!
- В прошлый раз от нее отказалась ты, Меднохвостка, - спокойно
поправил ее предводитель. - Это было твое решение.
- А ты позволил мне это сделать!
- Хочешь сказать, что предлагая отдать своих детей в племя Ветра, ты
поступала неискренне? - сощурился Ледозвезд. - Выходит, на самом деле
ты разыгрывала спектакль, ожидая, что я не позволю этого сделать? Ты
понимаешь, что говоришь? К тому же хочу тебе напомнить, что я забрал
твоих детей из племени Ветра. За то, что твои дочери выросли в Речном
племени, ты должна сказать спасибо своим соплеменникам - тем, кто
сейчас страдает от ран. Опомнись и наберись терпения, Меднохвостка.
- Тогда ты просто хотел добиться уважения племени! - злобно
зашипела рыжая кошка.
Глаза Ледозвезда блеснули. Было очевидно, что его терпение подходит

60.

к концу.
- Я хотел, чтобы твои дочери остались в своем племени!
Чащобник встал и отпихнул Меднохвостку от предводителя.
- Хватит, - твердо сказал он. - Ты расстроена, поэтому говоришь то, о
чем потом сама будешь жалеть. Ты отлично знаешь, что никто в племени
никогда не относился к твоим дочерям не так, как другим котам. Так что
успокойся и потерпи. Завтра мы освободим Вербовейную.
Не дав Меднохвостке открыть пасть, он подтолкнул ее в сторону
палаток.
- Я присмотрю за ней! - вызвался Криворот, бросаясь следом за
Меднохвосткой. - С ней все будет хорошо!
Когда Чащобник вернулся к предводителю и старшим котам, Криворот
с жалостью посмотрел на дрожавшую всем телом Меднохвостку.
- Спаси ее! - взмолилась рыжая кошка, с болью заглядывая ему в глаза.
- Я не могу еще раз потерять ее!
- Мы не бросим ее там, - твердо пообещала подбежавшая Лужица. Она
ласково прижалась щекой к груди матери. - Мало ли, что Двуногие могут с
ней сделать!
Криворот кивнул.
- Я ее спасу, - твердо пообещал он.
- Прямо сейчас? - спросила Лужица.
- Нет, когда стемнеет. - Криворот уже все придумал. При свете дня он
на луг не полезет, зато когда Двуногие уснут в своих палатках, настанет
время исполнить свой план. Ему тьма не помеха, он разыщет Вербовейную
по запаху!
- Можно я пойду с тобой? - спросила Лужица.
- Нет! - распушилась Меднохвостка.
Криворот с жалостью посмотрел на добрую серую кошку.
- Ты лучше побудь с Меднохвосткой, - попросил он. - Я сам
справлюсь.
Он повернулся и побрел в камыши, чтобы немного успокоиться. На
душе у него было тяжело и неспокойно.
«Зачем Кленовница так поступила? Она же нарочно привела Двуногих
к Вербовейной! Неужели она ненавидит Вербовейную? Но за что? Разве
Воинский закон позволяет так поступать?»
Казалось, этот день будет тянуться бесконечно. Когда солнце наконец
начало медленно клониться к горизонту, Криворот был уже едва жив от
волнения. Меднохвостка нервно бегала вдоль камышей, что-то тихо
бормоча себе под нос, Лужица семенила за ней. Ежевичинка без устали

61.

обходила раненых, меняла повязки, смазывала раны, а котята с визгом
носились по поляне, играя в войну.
- Теперь ты будешь Грозовым котом! - пищала Солнышко, пихая
Лягушонка лапкой.
- Вот еще! Я не хочу быть Грозовым вонючкой! - ворчал он.
Совокрыл и Можжевельник натаскали полную кучу рыбы, но
Кривороту кусок не лез в горло. Река медленно текла вдоль берега, душная
жара стояла над лесом, припекала шкуру. Ни ветерка, ни колыхания.
Криворот в сотый раз с тоской посмотрел в небо, надеясь увидеть облака,
предвещающие смену погоды. Но небесная синева, расцветавшая
вечерними звездами, оставалась чистой. Белый коготь месяца показался
над верхушками деревьев.
Ежевичинка встала и направилась к выходу из лагеря. Этой ночью она
должна была встретиться с другими целителями возле Лунного камня,
чтобы, по обычаю, послать свои сны Звездному племени.
Криворот проводил Ежевичинку взглядом, гадая, какими словами
встретит ее злющий Гусохвост после сегодняшней битвы.
Ему тоже пора было идти.
- Ты поел? - спросил Ракушечник, когда Криворот проходил мимо кучи
с добычей.
- Позже поем, - отмахнулся Криворот. - Хочу сначала окунуться, соврал он. - Жарко очень!
Он протиснулся в отверстие входа и побежал по лесной тропке.
- Я знаю, куда ты идешь, - вдруг раздался у него над ухом спокойный
голос Ежевичинки. Она выбежала с берега реки и преградила ему путь.
- Откуда?
Глаза у целительницы были круглые и испуганные, будто она только
что увидела нечто страшное.
- Что с тобой? - осторожно спросил Криворот, с любопытством
разглядывая Ежевичинку. Какая блоха ее укусила?
Ежевичинка оставила его вопрос без ответа.
- Ты идешь освобождать Вербовейную! - прошипела целительница и
обошла его, помахивая хвостом.
- И что из этого? - ощетинился Криворот. - Кто-то же должен это
сделать!
- Да-да, конечно, - рассеянно кивнула Ежевичинка. - И этот кто-то разумеется, ты. Да, ты должен это сделать. Это твоя судьба.
Криворот насторожил уши. Судьба?
«Ага, вот ты как заговорила! Значит, ты все-таки что-то знаешь о моем

62.

предназначении! Может быть, поэтому Кленовница и очутилась на лугу
этим утром?»
- Что тебе известно о моей судьбе?
- Только то, что мне нужно знать! Вот и все. Я знаю, что это часть
твоей судьбы, - Ежевичинка замолчала, пристально разглядывая его. Значит, ты хочешь освободить Вербовейную? Ты выбираешь такой путь?
- Какой еще путь? - пролепетал Криворот, непонимающе хлопая
глазами. О каком выборе говорит Ежевичинка? Неужели он должен
выбирать между спасением Вербовейной и оставлением ее в лапах
Двуногих? Разве тут есть выбор?
- Ты знаешь какой, - прошипела Ежевичинка, снова обходя его кругом.
- Твое сердце знает. Надеюсь, Звездное племя не ошиблось!
- Слушай, может, хватит мне голову морочить? - взмолился Криворот. Ты понимаешь, что говоришь одними загадками? В чем Звездное племя не
ошиблось? Какой путь я знаю сердцем?
Вместо ответа Ежевичинка сорвалась с места и бросилась в кусты, да
так быстро, что Криворот даже опомниться не успел.
Некоторое время он стоял на месте, качая головой. Может, их
целительница сошла с ума? Или…
«Правильно ли я поступаю? - со страхом подумал он, но тут же
отогнал эту предательскую мысль. - Конечно, правильно! Я не могу
бросить Вербовейную! Она - моя соплеменница, долг и Воинский закон
велят мне спасти ее».
Он побежал вдоль берега, следуя запаху Ежевичинки, через редкую
рощицу в сторону заболоченной низины. Судя по всему, целительница шла
очень быстро, ее запах стремительно терял остроту. Через какое-то время
Криворот сбежал к берегу и пошел вдоль реки вверх по течению.
Серебряные звезды качались в черной воде. Тихо шуршали камыши,
ночная цапля низко летела над водой, высматривая добычу.
Криворот свернул и побежал в сторону луга, начинавшегося сразу за
мостом Двуногих. Здесь он остановился, спрятался в черной ногастой тени
деревянного помоста и перевел дух.
«Я ничего не боюсь!» - твердо сказал он себе. Чтобы придать себе
храбрости, он выпустил когти и посмотрел сквозь ветви ив на спящий луг.
Палатки Двуногих светились ненастоящим желтым светом, время от
времени среди них мелькали страшные силуэты Двуногих, отбрасывая
огромные тени на луг.
Внезапно Криворот услышал тихий шорох гальки, доносившийся
оттуда, откуда он только что пришел. Он оцепенел. Кто-то выследил его!

63.

Глубже забившись в тень, Криворот втянул в себя воздух, но не почуял
ничего, кроме запахов Двуногих. Тогда он припал к земле и пополз вперед,
прячась в густой траве.
На воду упала тень. Криворот выпустил когти и дугой выгнул спину,
изготовившись к прыжку.
- Криворот?
- Лужица?
Он выпрямился.
- Что ты здесь делаешь?
Серая кошка стремительно бросилась ему навстречу.
- Ох, как же тут жутко ночью! - еле слышно выдохнула она.
- Кажется, я просил тебя остаться в лагере с Меднохвосткой! - сердито
проворчал Криворот.
- С ней сейчас Туманинка, - ответила Лужица.
У Криворота даже лапы зачесались от раздражения. Навязалась на его
голову!
- Мало мне того, что я потерял Вербовейную! - не выдержав, зарычал
он. - Теперь я еще за тебя должен бояться?
- Ничего со мной не случится! - воскликнула Лужица, взрыв когтями
гальку. - Я пришла помочь тебе, а не мешать.
- Убирайся домой!
- Не уберусь!
Он зашипел от досады.
- Ну ладно, что с тобой поделать… Иди за мной.
Лужица с радостью запрыгала по гальке к деревьям.
- Я что тебе сказал? - окрысился Криворот. - Иди за мной, а не впереди
меня! И не отставай.
Он бесшумно вернулся к мосту, вскочил на темные доски и снова
попробовал воздух. Из разноцветных палаток неслись голоса и звуки
Двуногих.
- Когда же они спят? - тихо прошептала Лужица.
Криворот взмахнул хвостом, приказывая ей помолчать.
- Скажи спасибо, что они все убрались в палатки, а не шляются по
лугу, - прошипел он. - Давай попробуем выяснить, в какой палатке они
держат Вербовейную.
С бешено колотящимся сердцем Криворот вышел на луг и тихо
побежал по мягкой траве, щекотавшей живот. Лужица последовала за ним,
бесшумно переставляя легкие лапки. Вскоре коты остановились возле
ближайшей палатки и дружно принюхались. Потом Криворот наклонился и

64.

заглянул внутрь.
В палатке царила такая неразбериха, что он даже растерялся ослепительный ненастоящий свет, повсюду громоздятся кучи ярких вещей,
огромные Двуногие толкаются в тесноте. Волна резких и непонятных
запахов обрушилась на него, выжимая слезы из глаз.
- Она здесь! - донесся снаружи тихий шепот Лужицы.
Обернувшись, Криворот увидел, что она стоит возле соседней палатки.
- Кажется, я сказал тебе держаться рядом, - пробурчал он себе под нос,
бросаясь к Лужице. Надежда птицей забилась в его груди. Вербовейная!
Никакая вонь Двуногих не могла заглушить ее запаха - свежего, сильного, с
примесью страха и отчаяния.
Неожиданно из палатки вышел Двуногий, его огромная тень упала на
съежившихся в траве котов. Криворот окаменел, боком чувствуя, как
дрожит рядом Лужица. К счастью, тень качнулась в сторону и поплыла
прочь от палатки.
- Нужно лезть внутрь, - дрожащим голоском прошептала Лужица.
- Да.
Криворот просунул голову под обвисший край натянутой шкуры и
заглянул внутрь. Там царила еще большая неразбериха, чем в первой
палатке, цветные кучи громоздились еще выше и слепили глаза еще ярче.
Вот и хорошо, значит, здесь им будет легче спрятаться.
Криворот пробрался в палатку и спрятался за кучей вещей. Лужица
тенью проскользнула за ним. Она часто дышала, шерсть у нее на загривке
стояла дыбом от страха.
- Я не позволю им тебя поймать, - успокоил ее Криворот. Выждав
немного, он шмыгнул в угол палатки, протиснулся в узкую щель между
хламом и стеной. Двуногие собрались в кружок посреди палатки, обступив
что-то, стоящее на полу, и громко переговаривались, время от времени
хохоча и ухая по-совиному. Видимо, так они смеялись. Криворот вытянул
шею и выглянул из своего укрытия, насторожив чуткие уши.
Теперь он видел, что Двуногие зачем-то опускают длинную веревку в
квадратную коричневую палатку, стоящую на полу. Внезапно он вздрогнул
и попятился, с трудом сдержав вопль. Знакомые светлые лапки взметнулись
над коробкой, пытаясь поймать веревку, но Двуногие ловко убрали ее в
сторону, радостно гогоча и ухая.
- Я ее вижу! - прошептал Криворот, метнувшись в укрытие. - Они
посадили ее в какую-то коричневую ловушку и дразнят.
Лужица выпустила когти.
- Гадкие! Они ее мучают? Как она?

65.

- Мне показалось, она играет с ними, - растерянно признался
Криворот.
Лужица разинула пасть.
- Я не чувствую запаха крови. Значит, она не ранена…
- Выходит, они ее не обижают и не мучают, - подытожил Криворот и
вздохнул с облегчением. - Теперь нам нужно ждать.
- Прямо здесь?
Криворот кивнул. Где же еще? Он не собирался спускать глаз с
Вербовейной, вдруг Двуногие надумают снова утащить ее куда-нибудь?
Вздохнув, он растянулся на полу за грудой вещей. Лужица устроилась
рядом.
- Все будет хорошо, - пообещал он.
Она судорожно сглотнула и кивнула.
Криворот лежал и смотрел, как Двуногие играют с Вербовейной.
Шипя от раздражения, он слушал их гогот, но вот, наконец, Двуногие
отошли от коробки и стали разбредаться по палатке. Громко
переговариваясь, они перетряхивали свои разложенные на полу подстилки
и забирались под разноцветные шкуры.
Криворот напрягся.
- Берегись!
Две голые розовые лапы погрузились прямо в кучу, за которой
прятались коты. Схватив Лужицу за шиворот, Криворот подтолкнул ее к
стене палатки, протиснулся в щель и выбрался на траву. Лужица
последовала за ним.
- Чуть не попались! - пропыхтела она.
Дрожа от пережитого ужаса, коты съежились у стены. Знакомые
запахи ночи и травы успокоили Криворота, прохладный ветер остудил его
голову. Вскоре в палатке погас свет. Еще какое-то время изнутри
доносились голоса и звуки, потом все стихло. Кажется, Двуногие, наконецто угомонились.
- Теперь мы можем вернуться? - шепотом спросила Лужица. Ее
круглые глаза сверкали в свете луны.
- Давай еще немного подождем, - ответил Криворот. - Пусть уснут
покрепче.
За черными ивами блестела река, тихо плескались волны, с другого
берега донесся пронзительный крив совы. Криворот полной грудью вдыхал
мирные запахи ночи и ждал, пока разноцветные палатки одна за другой
погрузятся в темноту.
- Теперь пора.

66.

Он снова пролез под стену. Остановился, насторожив уши,
прислушался. Двуногие тихо лежали под своими шкурами в дальнем углу
палатки. Кругом стояла такая тьма, что Криворот не увидел, а только
почувствовал, как Лужица очутилась рядом с ним. Они бесшумно полезли
через груды вещей на середину палатки. Вскоре Криворот увидел
очертания коробки, стоявшей возле задних лап спящего Двуногого.
Изнутри доносился шорох кошачьей шерсти, острые коготки беспокойно
скребли по стенам.
- Она пытается выбраться, - ахнул Криворот, бросаясь к коробке. Вербовейная, мы здесь! Мы пришли за тобой! - прошипел он.
В ответ он услышал негромкое радостное мурлыканье.
- Я не могу дотянуться до крышки!
Встав на задние лапы, Криворот посмотрел на верхнюю часть коробки
и увидел, что она закрыта очень хитроумно - несколько клапанов заходили
друг на друга, внахлест. Он потянул когтями за верхний, но он не подался.
- Дай я помогу, - мяукнула Лужица, вскакивая рядом с ним. Вдвоем
они подцепили клапан с двух концов, но тот даже не шелохнулся.
- Вербовейная, толкай снизу! - прошипел Криворот.
- А я что делаю? - пропыхтела она.
- Раз-два - вместе! - скомандовал Криворот.
Клапан вырвался и откинулся. Лужица с писком свалилась с коробки.
Проснувшийся Двуногий сел и дико заорал басом, а Криворот в панике
завертел головой, не понимая, откуда ждать удара.
Двуногие гремели и вопили в темноте. Они пока не увидели, что
происходит, но уже поняли, что творится что-то не то. Подавив приступ
паники, Криворот наклонился в глубину коробки и увидел метавшуюся там
Вербовейную.
- Эй, помоги вытащить ее! - завопил Криворот, оборачиваясь к
Лужице. Сейчас ему было уже все равно, услышат их или нет.
Проснувшиеся Двуногие громко перекрикивались, кто-то вскочил и
захлопал руками в темноте. Чья-то лапа коснулась хвоста Криворота, и он
заорал от неожиданности. Вместе с Лужицей они ухватились за соседний
клапан, откинули его - и Вербовейная выскочила из коробки, как
перепуганный кролик из норки.
Луч света прорезал душную темноту палатки, упал на котов. Криворот
на миг ослеп и пошатнулся, едва не свалившись с коробки. Двуногие
заорали еще громче, что-то с грохотом свалилось и покатилось по полу
палатки.
- Сюда! - подтолкнула Криворота Лужица.

67.

Он слепо ринулся за ней, врезался головой в кучу хлама и визгом
замахал лапами, расшвыривая непонятные вещи. Ужас когтями стиснул его
сердце, паника затуманила рассудок. Не переставая визжать, он барахтался
под грудой вещей. Темные тени мелькали вокруг него.
Вербовейная скрылась за стеной, Лужица шмыгнула за ней. Вот он,
выход! Не чуя под собой лап, Криворот протиснулся в щель, выкатился из
палатки и понесся, куда глаза глядят. Смертельный ужас гнал его вперед,
вопли Двуногих заставляли нестись быстрее ветра.
Наконец он врезался во что-то мягкое и упал. Над ним стояла
запыхавшаяся, едва живая Вербовейная.
- Спаслись! - промяукала она. - Мы спаслись!
Подбежавшая Лужица грубо схватила сестру за шкирку и подтолкнула
вперед.
- Беги, рыбоголовая! Мы спасемся, только когда окажемся в лагере!
И они помчались по высокой мокрой от росы траве, так что ветер в
ушах засвистел. Обернувшись на бегу, Криворот увидел, как Двуногие
выбегают из палаток на темный луг. Лучи света бешено заплясали по траве,
громкие голоса и крики неслись вслед убегающим.
Криворот выпустил когти, чтобы крепче цепляться за землю, и
припустил еще быстрее. Кровь грохотала у него в ушах, лапы дробно
стучали по земле.
Они спаслись.
- Ш-шш!
Криворот замер от неожиданности. Перед ним высились
посеребренные луной камыши, палатки Двуногих остались далеко за
спиной.
Вербовейная остановилась и обернулась.
- Что такое?
Криворот покрутил головой, принюхался.

68.

- Ш-шшш!
Какая-то кошка махала ему хвостом со стороны берега. Щуря глаза,
Криворот всмотрелся в темноту и вскоре разглядел знакомую рыжую
шерсть.
- Идите дальше без меня, - быстро сказал он сестрам. - Я хочу…
проверить кое-что.
Лужица вернулась и подбежала к Вербовейной.
- Почему вы остановились?

69.

Глава VI
- Криворот что-то увидел, - шепотом ответила Вербовейная, с
любопытством косясь на Криворота.
- Ничего особенного, - поспешил заверить он. - Возвращайтесь в
лагерь, не ждите меня. Меднохвостка, наверное, уже все глаза выплакала.
Лужица нахмурилась.
- Тебе точно не нужна помощь?
Криворот нетерпеливо дернул хвостом. Неужели нельзя хотя бы раз в
жизни сделать так, как он просит?
- Прошу тебя, отведи Вербовейную в лагерь. Ей и так сегодня
досталось, не будем заставлять ее ждать на берегу.
Кажется, на этот раз он сумел найти нужные слова, потому что Лужица
кивнула и подтолкнула Вербовейную вперед.
Криворот проводил сестер взглядом и сердито повернулся к камышам,
в которых пряталась Кленовница.
- Чего тебе надо? - зло прошипел он. - Мало тебе неприятностей,
которые ты нам учинила?
Рыжая кошка оскалила кривые белые зубы. Криворот даже глазом
моргнуть не успел, как она вдруг сорвалась с места и со злобным
шипением бросилась на него, выпустив когти. От неожиданности он
пропустил первый удар и опрокинулся на спину, но тут же с такой силой
врезал Кленовнице задними лапами, так что она кубарем покатилась по
земле. Вскочив на ноги, призрачная воительница распушила загривок.
- Мышеголовый! - прорычала она. - Предатель!
- Я? - опешил Криворот. - Ты вообще в своем уме? Сегодня утром ты
выдала нас Двуногим, позволила им похитить Вербовейную, а теперь у
тебя хватает наглости обвинять меня?
- Я проверяла тебя, глупец! - Злобная ухмылка искривила губы
Кленовницы. - Я давно подозревала, что ты слабак! Я знала, что ты не
сможешь сдержать обещания! Ты никак не мог избавиться от своей
никчемной подруги, поэтому мне пришлось помочь тебе. Почему ты не
оставил ее у Двуногих?

70.

- Она мне не подруга!
- Она будет твоей подругой, - прошипела Кленовница, обходя вокруг
него. - Будто я не вижу, как ты на нее смотришь!
- А тебе какое дело? - оскалился Криворот.
- Какое мне дело? - передразнила его Кленовница. - Значит, мне не
должно быть дела до того, что мой ученик плюет на интересы племени и
думает только о хорошенькой кошке? Ты предал свое племя, чтобы спасти
эту беспомощную плаксу! - завизжала Кленовница, царапая когтями песок.
- Твои соплеменники лежали раненые в лагере, но ты все бросил и
рисковал своей жизнью ради спасения неженки! Кому нужна эта
Вербовейная, если она даже от Двуногих убежать не может? Будь она
преданной воительницей, она бы утопилась от стыда за то, что причинила
столько хлопот своему племени! Но я говорю не о ней, а о тебе! Как тебе не
стыдно? Предатель! Ты нарушил приказ своего предводителя! Разве
Ледозвезд не сказал тебе оставаться в лагере?
Криворот хотел возразить, но Кленовница не собиралась дожидаться
ответа.
- Молчать! - рявкнула она. - Тебе было сказано подождать до утра! Ты
нарушил закон, ты предал племя! Мне даже смотреть на тебя противно! Я
не понимаю, почему Ледозвезд терпит тебя в своем племени. Предателей
нужно изгонять, пусть живут, как бродяги или одиночки, раз не умеют и не
хотят подчиняться закону! - Плюясь от злобы, Кленовница замахнулась и
ударила Криворота когтистой лапой по носу.
Он сердито отшвырнул ее прочь и впервые почувствовал, что намного
превосходит свою бывшую наставницу силой и ловкостью.
- Кто ты такая? - Криворот бросился на Кленовницу и отвесил ей
такую оплеуху, что она кубарем покатилась по траве. В тот же миг он
бросился на нее сверху, вцепился когтями в ее плечи и прижал к земле. Разве Звездные коты могут говорить то, что говоришь мне ты? Разве они
могут призывать воина бросить в плену своего товарища? Разве они
бывают такими жестокими? Ни один наставник никогда не поднимает лапу
на ученика, но ты только что бросилась на меня с выпущенными когтями.
Кто ты?
Гнев в глазах Кленовницы погас, сменившись чем-то, похожим на
страх. Она расслабилась под лапами Криворота и обмякла, что он даже
испугался. Неужели он сделал ей больно?
Криворот разжал лапы и отошел в сторону. Кленовница с усилием
поднялась с земли, пригладила вздыбленный загривок и сгорбилась.
Внезапно она показалась Кривороту совсем не страшной, а старой и

71.

жалкой, как старейшина. Ему вдруг стало стыдно. Хорош воитель победитель старухи!
Кленовница со стоном приподняла голову.
- Ах, Криворот, как же ты не поймешь! - прохрипела она. - Ведь я
люблю тебя! Как только я увидела тебя, я сразу поняла, что из тебя
вырастет великий воин и прославленный предводитель! - Она упала на
живот перед Криворотом, униженно замахала хвостом. - Ты не помнишь
страшную грозу, разыгравшуюся в ночь твоего рождения, но я видела ее
своими глазами! Я видела, как небеса содрогались и рычали, приветствуя
твое появление на свет. Тебя ждет великое будущее, Криворот! Тебе
суждено стать не только величайшим предводителем своего племени, но
самым великим предводителем всех племен! - Она замолчала, судорожно
переводя дыхание. - Но чтобы твоя судьба исполнилась, ты должен
сдержать обещание.
Криворот присел рядом с Кленовницей, лизнул ее в голову. Жалость
охватила его.
- Конечно, - промяукал он. - Я непременно сдержу свое слово.
- Для этого тебе придется многим пожертвовать, - горячо зашептала
призрачная кошка. - Твоя жизнь отныне принадлежит не тебе, а твоему
племени! Помни об этом! Не позволяй себе отвлекаться на посторонние
цели - пусть даже самые приятные.
«Величайшим предводителем всех племен?»
Восторг охватил Криворота, словно зачарованный, он впитывал в себя
каждое слово Кленовницы.
- Ах, какие славные дела тебя ждут! - ворковала она. - Какие великие
победы ты отпразднуешь, если будешь слушаться меня. - Теперь
Кленовница уже не выглядела сломленной и слабой, казалось, с каждым
словом к ней возвращались силы. Ее горящие глаза впились в Криворота,
будто хотели прожечь его насквозь. - Я не случайно избрала тебя! Ты
великий! Ты могущественный! Ты даже не знаешь, какой ты сильный! Но
должен всегда помнить о том, что племя важнее любого кота. Даже если
однажды тебе придется пожертвовать всеми, кто тебя любит, ты должен
будешь сделать это спокойно и уверенно. Не задумываясь! Ты просто
стряхнешь этих котов со своего пути, как стряхиваешь капли воды с
шерсти. Коты приходят и уходят, а племя вечно, Криворот. И оно нуждается
в тебе. Ты это понимаешь?
Кленовница вскинула голову, глядя в глаза Криворота. Он увидел
надежду, теплившуюся на дне ее янтарных глаз.
«Пожертвовать всеми, кто меня любит? - прошептал про себя

72.

Криворот и нахмурился. - Но зачем? Ради чего?»
- Но зачем…
Он не закончил свой вопрос, потому что на Кленовницу упала тень и
поглотила ее, как туча глотает солнце. Тяжелые капли дождя застучали по
шкуре Криворота. Ветер зашелестел над его головой.
- Кленовница! - в смятении позвал он. - Вернись, не уходи! Я ничего
не понимаю!
Он подавил приступ раздражения. Перед ним была пустота.
Кленовница ушла.
Криворот вздохнул, покачал головой и побрел по топкой земле. Дождь
усиливался, громко шуршали камыши.
«Я стану величайшим предводителем в истории племен!»
Сердце Криворота запело от радости. Он сорвался с места и побежал.
Сила пульсировала в его лапах. Он спас Вербовейную от Двуногих! Он
избран Звездным племенем! Его ждет великое будущее!
Он может все на свете!

73.

Глава VII
В лес пришла пора Листопада. Покраснели листья ив, потемнела
осока. Криворот поежился от холодного ветра. - Эй, малышня! - весело
мяукнул он котятам. - Давайте-ка поиграем!
Котята, которым всего через месяц предстояло стать оруженосцами,
нехотя обступили его.
- Мы хотим разучивать боевые приемы! - пробурчала Пушинка.
- Ага! Берегись, в лагерь вот-вот ворвутся Двуногие! - зарычал
Камышонок, размахивая своим длинным прямым хвостиком, похожим на
стебель камыша.
- Боюсь, котята, размахивающие передними лапками, их вряд ли
остановят, - замурлыкал Криворот.
- А ты не смейся! - запальчиво мяукнул Черничка. - Погоди, мы еще
себя покажем!
- Мы их порвем! - похвастался Лягушонок, прыгая на Криворота. Покажи мне тот прием, о котором ты рассказывал? Замах передними
лапами!
Криворот почувствовал себя в западне. Он бросил взгляд в сторону
детской, где Переливчатая и Светловодная деловито перетряхивали
подстилки. Выдрохвостая только что притащила с реки целую охапку
свежей осоки, которой предстояло заплести щели в стенах. Скоро задуют
холодные ветры Голых деревьев, а в детской всегда должно быть тепло и
уютно!
- Выдрохвостая! - подскочил Криворот. - Хочешь, я натаскаю тебе
камышей и осоки?
«Я принесу тебе все, о чем ты только попросишь, лишь бы не
присматривать за твоими несносными котятами!» - мысленно добавил он.
- Спасибо, Криворот, - улыбнулась Выдрохвостая, бросая на землю
свою ношу. - Но они хотят играть с воинами, а с мамой сидеть
отказываются!
Криворот с тоской посмотрел на стену лагеря. Скорее бы вернулись
патрульные, пусть Можжевельник, Щукозуб или Чащобник сменят его и

74.

займутся развлечением пищащего патруля! Сегодня Вербовейная впервые
возглавила патруль охотников и повела свой отряд к Нагретым камням,
чтобы порыбачить в тени. Интересно, как там у нее дела?
- Ну что ты стои-и-и-ишь, как каменный? - заныла Пушинка. Показывай нам приемы!
- Светловодная говорит, что вы еще маленькие, - со вздохом объяснил
ей Криворот.
Пушинка бросила негодующий взгляд на мать, которая выбрасывала из
детской затхлые клочья мха.
- А Выдрохвостая не говорит, что нам рано! - тихонько прошептала
она, заглядывая Кривороту в глаза. - Она говорит, что мы скоро станет
оруженосцами и нам пора научиться чему-нибудь!
- Вот именно! - отозвалась Выдрохвостая из зарослей камышей. Учиться никогда не бывает рано!
Светловодная нахмурилась и с укоризной посмотрела на нее.
- Как ты можешь так говорить? Они же поранят друг друга! А если
глаза выцарапают?
- Нельзя же вечно держать их у своих лап, - возразила Выдрохвостая. И в перья нельзя закутать, чтобы не поцарапались.
Котята весело захихикали, видимо, представив друг друга в перьях.
Переливчатая неодобрительно покачала головой.
- Куда спешить-то? Вот станут оруженосцами, так всему и научатся, промурлыкала она. - Наставники их быстро выучат всем приемам!
Бубенчик возмущенно выпустил коготки.
- А если Двуногие прямо сейчас нападут на наш лагерь? - громко
промяукал он. - Кто тогда будет вас защищать?
Криворот сел на холодную землю.
- Никогда они на нас не нападут, - заверил он. С наступлением
Листопада палаток на поле стало гораздо меньше, холода прогнали
Двуногих по домам. - Желудь! - радостно воскликнул он, увидев брата,
который созывал охотников. - Скажи, что Двуногие не посмеют
вторгнуться в наш лагерь?
Желудь посмотрел на котят и покачал головой.
- Никогда! Мы ведь уже давно следим за ними, - успокоил он котят. Двуногие редко заходят дальше болотистой низины.
После происшествия с похищением Вербовейной Желудь взял на себя
патрулирование поля и делал это все лето. Каждый день он следил за
палатками Двуногих, наблюдал за перемещением непрошеных соседей и
даже придумал, как незаметно покинуть лагерь, если Двуногие вдруг

75.

появятся неподалеку.
Оцелоточка прижалась к боку Криворота. Она была младше остальных
котят, ее шерстка еще не утратила младенческой мягкости.
- Пожалуйста, научи нас ну хоть какому-нибудь боевому приему? попросила она, умильно глядя на Криворота своими круглыми темными
глазками.
Он пошевелил усами. Все племя отчаянно баловало рано
осиротевшую Оцелоточку, больше всех старался ее отец, для которого
после смерти Заряницы дочка стала смыслом всей жизни.
- Ну пожа-а-алуйста! - протянула Оцелоточка. Малышка прекрасно
знала, что ей никто не может отказать, и беззастенчиво пользовалась этим.
- Даже не думай учить ее! - завопила Переливчатая, бросаясь к
Кривороту и отгоняя от него Оцелоточку. - Пачкун с ума сойдет, если
узнает, что его сокровище дралось с кем-нибудь!
Добрая Переливчатая обожала Оцелоточку, которую выкормила и
вырастила с самого рождения, но при этом она далеко не так охотно
потакала ее капризам, как остальные коты.
- Давай! - запрыгала Пушинка. - Говори нам, что делать! Мы хотим
тренироваться!
- Давайте выследим Желудя? - предложил Криворот. - Кто первый
незаметно подползет к нему, тот выиграл.
Но Желудь отрицательно покачал хвостом.
- Прости, Криворот, но мы уже уходим. - Он весело подмигнул брату и
повел свой патруль к выходу. Цветенница и Чистозуб заторопились следом.
Черничка царапнул коготками землю.
- Тогда мы будем выслеживать тебя! - взвизгнул он, прыгая на спину
Криворота.
Криворот пошатнулся, поморщившись, когда на него со всех сторон
набросились котята. Он растянулся на земле и вскоре скрылся под морем
брыкающихся лапок и крутящихся хвостиков. Сопя от натуги, Криворот
забился, как пойманная щука. Котята завизжали от восторга и с новыми
силами набросились на него, цепляясь за шерсть.
- Ой, смотрите! - взвизгнула Пушинка, и лапки заработали еще
быстрее.
- Охотники возвращаются! - пропищал вдруг Лягушонок.
Котята горохом посыпались с Криворота и помчались к куче дичи.
- Я хочу карпа! - завизжала Оцелоточка, молотя лапками по земле.
Криворот с трудом сел, тяжело перевел дух.
- Слава Звездному племени!

76.

Вербовейная, Можжевельник и Чащобник тащили из камышей свою
добычу. Щукозуб бросил на землю форель и даже не успел выпрямиться,
как котята промчались мимо, разбросав всю кучу.
- Осторожнее! - громко воскликнул Можжевельник, подхватывая
форель, откатившуюся к реке. - Мы только ее поймали, а вы хотите
выпустить обратно?
Вербовейная подбежала к Кривороту, глаза ее сияли.
- Кажется, я вернулась вовремя, - промурлыкала она, шевеля усами. А то тебя бы тут слопали голодные котятки! - Она нежно дотронулась
носом до его щеки.
Криворот отстранился.
- Ты что? - спросила Вербовейная, в глазах ее промелькнула обида.
- Не здесь.
Криворот чувствовал на себе любопытные взгляды Переливчатой и
Светловодной и знал, что сейчас по лагерю снова поползут сплетни.
После освобождения Вербовейной из плена Двуногих они сблизились
еще сильнее, но Криворота невыносимо терзало жадное внимание, с
которым племя следило за их отношениями. Он устал от шуточек, взглядов,
перешептываний и вопросов. Он знал, что все племя ждет, когда он вслух
назовет Вербовейную своей подругой, и даже не раз представлял себе, как
Ледозвезд вслух объявит об этом на Совете.
Криворот громко фыркнул. Кому какое дело до их отношений?
- Ладно, - Вербовейная быстро пригладила шерстку и фыркнула.
Криворот виновато потупился.
- Давай прогуляемся? - предложил он. - Щукозуб и Можжевельник
вернулись, значит, есть кому присмотреть за котятами.
Вербовейная шлепнула его хвостом по носу и побежала к выходу из
лагеря.
Они молча брели по протоптанной в траве тропинке. Торжественная
тишина осеннего леса обступала их со всех сторон.
- Я не понимаю, почему ты так стыдишься, - с обидой в голосе
произнесла Вербовейная.
Криворот уставился себе под лапы.
- Я не хочу, чтобы меня считали слабым.
- Разве любовь - это слабость? - с вызовом спросила Вербовейная. - Ты
что, считаешь Ледозвезда слабым? Или Можжевельника? Или Чащобника?
Между прочим, у них всех есть подруги. И котята.
- Прости меня, - виновато пробормотал Криворот. Он обогнул куст
боярышника и побрел в сторону ольховника. Под деревьями было светло и

77.

печально, ветер свистел в голых ветвях.
- Ты помнишь свое испытание? - спросил Криворот, чтобы сменить
тему.
- Конечно, - улыбнулась Вербовейная. - Ты подглядывал, как я ловила
дрозда! - добавила она с нежностью в голосе.
- Я… я тогда не мог отвести от тебя глаз, - признался Криворот.
- А теперь можешь?
Он обернулся и посмотрел на нее.
- И теперь не могу. И это отвлекает меня от настоящих дел! - шутливо
проурчал Криворот, щекоча ее кончиком своего хвоста. - Ты доведешь нас
обоих до беды! - мяукнул он и, забежав вперед, вскарабкался на старую
ольху. - Иди сюда! - позвал он, устраиваясь на нижней ветке.
Вербовейная сощурилась. Не говоря ни слова, она подскочила к
соседнему дереву, взобралась на ветку, пробежала по ней и перепрыгнула
на следующую ольху. Ветка прогнулась и закачалась под ее тяжестью.
Криворот замурлыкал. Вербовейная была ловкая, как белка! Он тоже
перескочил на соседнее дерево и крепко впился когтями в кору, когда под
ним заплясали ветки. Вербовейная смерила его насмешливым взглядом и
легко, как птичка, заскакала по веткам. Криворот погнался за ней, и вскоре
они добрались до конца рощи, ни разу не коснувшись лапами земли.
- А так можешь? - Криворот запрыгал вверх по веткам, пока не
добрался до самой вершины.
- Осторожнее! - ахнула Вербовейная.
Ветка угрожающе согнулась под лапами Криворота. Раздался треск,
полетели щепки. Взвизгнув от неожиданности, Криворот сорвался и
камнем полетел вниз. Слава Звездному племени, он догадался в полете
вытянуть лапы и чудом уцепился за нижнюю ветку. Несколько мгновений
он висел на ней, болтая задними лапами, потом нащупал когтями ствол и
кое-как спустился вниз.
- Лягушачья твоя голова! - завопила Вербовейная, приземляясь рядом с
ним. - Я испугалась, что ты разобьешься!
- Ничего со мной не случится! - пропыхтел Криворот, распушая хвост.
- Откуда ты знаешь? - с беспокойством спросила Вербовейная. Никогда не пугай меня так, слышишь?
- Не надо за меня бояться, - тихо проронил он, но его сердце радостно
запело: «Она беспокоится за меня! Я ей не безразличен!»
- Я боюсь все время, когда тебя нет рядом, - призналась Вербовейная.
Криворот прижался носом к ее щеке, вдохнул теплый нежный запах.
Вербовейная задрожала.

78.

- Не надо, - зашептал он, - прошу тебя. Со мной ничего не случится!
- Что ты заладил одно и то же? - взорвалась Вербовейная, ощетинив
загривок. - Ты не можешь знать будущего!
Криворот преградил ей путь. На какое-то мгновение ему захотелось
рассказать ей про Кленовницу и славную судьбу, обещанную ему в
будущем.
«Нет, Вербовейная мне не поверит, - со вздохом подумал он. - Еще
решит, что я сумасшедший! И потом, зачем мне рассказывать ей о моем
предназначении, если ей предстоит увидеть это своими глазами?»
- Прости меня, - прошептал он, прижимаясь к вздрагивающему боку
Вербовейной. - Я не могу знать будущего. Просто… Просто, когда ты
рядом, я так счастлив, что мне кажется, будто со мной никогда ничего
плохого не случится!
- Правда? - еле слышно пролепетала Вербовейная.
- Да, - кивнул Криворот. - Правда. Все будет хорошо, клянусь тебе.
Потому что я люблю тебя!
Словно огромная гора свалилась с его плеч, когда он произнес слова,
так часто рвавшиеся у него с языка. Наконец-то между ними все будет
ясно!
- Я люблю тебя, - громко повторил Криворот. - Мы с тобой будем жить
долго-долго и счастливо! В окружении своих друзей и… - он смущенно
царапнул лапой землю, заглянул в добрые глаза Вербовейной, - и своих
котят, - еле слышно договорил Криворот.
Она громко замурлыкала, прильнув к нему всем телом.
- Я так люблю тебя, Криворот! - прошептала Вербовейная ему на ухо.
Ее теплое дыхание растопило его сердце, лапы Криворота вдруг ослабели,
сердце забилось, как пойманная птица.
Внезапно холодный ветер обдал его так. что он задрожал. На
мгновение воин почувствовал в воздухе душный запах Кленовницы и
услышал ее шипение: «Помни о своем обещании!»
Он закрыл глаза и отогнал от себя призрак Кленовницы. Нежный запах
Вербовейной вновь обступил его. Никто и ничто не разлучит их. Никогда.
Кленовница ошиблась. Она неправа. Даже у великих предводителей были и
будут подруги. У Ледозвезда есть Туманинка и дети, но разве кто-нибудь
посмеет упрекнуть его в недостаточной преданности племени?
- Ой, что это? - вдруг встрепенулась Вербовейная, насторожив уши.
Где-то чуть выше по течению громко залаяла собака. Потом
послышалось шипение, раздался визг. Кажется, собака натолкнулась на
патрульных.

79.

- Надо бежать на помощь! - воскликнул Криворот, бросаясь вниз по
склону.
- Осторожнее! - мяукнула ему вслед Вербовейная.
Продравшись сквозь колючий боярышник, Криворот увидел, что
Чистозуб и Цветенница гонятся за маленькой белой собачонкой. Он
сорвался с места и побежал за товарищами.
- Гоните ее прочь от лагеря!
Чистозуб свернул в сторону, забежал собаке в бок и погнал ее в
сторону. Визжа во все глотки, коты заставили перепуганную собаку
взбежать на вершину холма, откуда погнали ее в обход лагеря. Сердце
Криворота бешено колотилось от восторга погони, он мчался через кусты,
нырял в заросли папоротников и бежал, не чуя под собой лап. Чистозуб и
Цветенница ни на шаг не отставали от него. Так они загнали собаку в
болото. Когда они вылетели из рощи, собака затравленно обернулась. Глаза
у нее закатились, так что стали видны белки. Криворот понял, что она
насмерть перепугана. Так ей и надо, разбойнице! Собрав последние силы,
белая собака понеслась мимо буковой рощи в сторону низины.
- Не отставайте! - промяукал Криворот на бегу.
Чистозуб перелетел через куст осоки, Цветенница обогнула его. Земля
стремительно замелькала под лапами Криворота. Промчавшись через
болото, коты погнали свою жертву в сторону берега. Цветенница зашлепала
по воде, а собака вихрем бросилась вниз, так что камни градом полетели
из-под ее лап. Чистозуб побежал вдоль берега, грозно шипя всякий раз,
когда собака предпринимала попытку нырнуть в траву.
Криворот замыкал погоню, не позволяя жертве броситься назад.
- Двуногие! - промяукал он, первым заметив высокую фигуру на
мосту.
Чистозуб и Цветенница остановились, а собака, заливаясь счастливым
лаем, помчалась к своему спасителю.
Коты в изнеможении повалились на гальку, Криворот растянулся
рядом.
- Отличная вышла погоня, - пропыхтел он.
- Спасибо тебе, - отдышавшись, поблагодарила Цветенница.
Чистозуб поднял голову.
- Так, теперь нам нужно вернуться к патрулю, - заторопился он.
- Да, а где Желудь? - только сейчас Криворот понял, что его брат не
принимал участия в гонке.
- Разве вы его не видели? - удивленно захлопала глазами Цветенница. Он пошел в ту сторону, куда ушли вы. Сказал, что увидел Грозовых котов

80.

на берегу под Нагретыми камнями и решил проверить.
Криворот нахмурился.
- Один?
- Он сам так решил! - пожал плечами Чистозуб. - Думаешь, мы не
предлагали пойти с ним? Но он отказался и велел нам пока проверить поле
Двуногих. А там собака…
- Ладно, пойду, поищу его! - вызвался Криворот, прижимая уши.
Его брат совсем потерял разум, если решился в такое неспокойное
время в одиночку разбираться с нарушителями!
Он наткнулся на Желудя в ольшанике.
- Ты что тут делаешь? - опешил Криворот, глядя на брата, вылезавшего
из густой травы.
Желудь выглядел как-то странно. Во-первых, он явно растерялся. А вовторых… во-вторых, он был мокрый от ушей до хвоста. Но при этом на
рыжей морде Желудя блуждала счастливая улыбка, и он тихонько мурлыкал
себе под нос.
- Ты цел? - осторожно спросил Криворот. - Чистозуб сказал, ты видел
на границе Грозовых котов…
- Да нет, там был всего один воин, - с напускным безразличием
ответил Желудь, бочком пробираясь мимо брата. - Я его прогнал, вот и
все…
Криворот повел носом и почувствовал очень знакомый запах,
приставший к мокрой шерсти Желудя.
- Воин, значит? - прищурился Криворот, шевеля усами. - Кажется, я
узнаю запах этого… воина. Там была Синегривка?
Желудь резко обернулся.
- Откуда ты знаешь?
- Запах подсказал, - ответил Криворот, внимательно разглядывая брата.
Что творится с Желудем? Неужели он что-то скрывает? Может, Синегривка
угрожала ему чем-то? - Ты с ней дрался? Она тебя побила?
Он невольно поежился, вспомнив острые когти Синегривки.
Желудь решительно зашагал в сторону лагеря.
- Я же сказал, что прогнал ее в лес, - ответил он, не оборачиваясь. - Это
даже дракой назвать нельзя. Так, поговорили просто… С какой стати я
стану драться с тем, кто настолько слабее меня?
Криворот захлопал глазами.
- Ты не забыл, что тебя патруль ждет? Между прочим, пока ты гонялся
за Синегривкой, Чистозуб и Цветенница столкнулись с собакой и гнали ее
до самого моста! Они побежали тебя искать.

81.

Желудь остановился как вкопанный.
- Патруль! - взвизгнул он, бросаясь вверх по течению.
Криворот склонил голову набок и проводил его недоуменным
взглядом. Он никогда еще не видел брата таким рассеянным. Что могло
заставить Желудя забыть о патруле? И почему он так уклончиво говорит о
столкновении с Синегривкой? Наверное, стычка с ней была гораздо
тяжелее, чем Желудь хочет признаться. Хотя… почему тогда он вернулся
без единой царапинки?
Криворот пожал плечами. Желудь был замечательным воином. Он
предан своему племени и ничего плохого с ним не могло случиться!
Криворот снова втянул в себя воздух, гадая, ждет ли его Вербовейная в
роще. Только бы она не ушла, только бы позволила ему подольше побыть с
ней наедине!

82.

Глава VIII
- Кленовница!
Во сне Криворот снова очутился в уже знакомом лесу. Влажный туман
клубился под его лапами, впереди тянулась полоска чахлой травы, над
головой висело низкое беззвездное небо, глухое и черное, как омут.
Криворот устало потянулся и побрел в чащу.
- Кленовница!
Он должен был во что бы то ни стало разыскать ее и напрямик
спросить обо всем, что его мучило последние дни. Вопросы, как злые
муравьи, кусали его дни и ночи напролет, и настало время раз и навсегда
покончить с ними. Зачем Кленовница заманила Вербовейную в западню?
Почему она набросилась на него за то, что он спас свою соплеменницу? В
чем заключается его предназначение? Когда ему доверят первого
оруженосца? Когда его назначат глашатаем? И когда он станет
предводителем - после Ледозвезда или после Ракушечника?
После… Ракушечника?
Криворот запнулся и остановился. Если ему суждено стать
предводителем, значит, кто-то должен умереть, чтобы расчистить ему
место? Кривороту вдруг сделалось не по себе. Ему была отвратительна
мысль о выжидании, когда Ледозвезд потеряет свою девятую жизнь. И уж
тем более он не хотел считать жизни собственного отца, зная, что потеря
каждой приближает его к исполнению собственной судьбы… Криворот
любил отца и уважал Ледозвезда, он не мог даже думать о том, что его
великая судьба обернется участью падальщика, жадно дожидающегося
чужой смерти.
- Выше!
Громкое рычание вывело его из задумчивости.
- Быстрее! Ты что, хочешь стать падалью в чужих когтях?
Раздался натужный хрип, потом глухой звук падения. Что это?
Неужели Кленовница нашла себе нового ученика?
Сгорая от любопытства, Криволап пополз вперед, насторожив в уши.
Пригнувшись, он прополз под голой черной веткой и увидел на поляне две

83.

сцепившиеся тени. Когда туман расступился, он понял, что видит перед
собой двух котов: одного косматого, второго гладкошерстого.
Косматый вел себя, как наставник. И это была не Кленовница, а
совершенно незнакомый Кривороту кот. Зато его поджарый соперник
показался Кривороту смутно знакомым. Где же он видел эти широкие,
мускулистые плечи, эту темную полосатую шерсть?
- Еще раз! - прохрипел косматый. - Быстрее! Лучше!
Поджарый кот разбежался и прыгнул, на этот раз так высоко, что
Криворот невольно затаил дыхание. Неужели коты могут так скакать?
Взмахнув хвостом, полосатый кот перевернулся в воздухе, выбросил
задние лапы и вытянул вперед передние. В следующее мгновение он
тяжело грохнулся о землю, завалившись на бок. Криворот сморщился, как
будто у него самого вышибло от удара дух.
Косматый кот мгновенно бросился на своего ученика и осыпал его
градом ударов. Брызнула кровь, полетела шерсть. Полосатый кот вырвался
и, рыча от ярости, принялся полосовать наставника когтями.
Косматый отступил.
- Ага, вот так-то лучше!
Придвинувшись ближе, Криворот вытаращил глаза. Морды обоих
котов были располосованы кровавыми царапинами, кривые отметины
когтей украшали их бока.
- Позволь мне попробовать еще разок, Рванохвост! - прохрипел
поджарый полосатый кот.
Еще разок? Криворот поежился. А он-то думал, что Кленовница
тренирует его слишком жестко! Эта парочка пускала друг другу кровь с
таким удовольствием, словно не знала лучшей забавы.
Внезапно Криворот узнал полосатого кота. Это был Остролап,
известный задира и грубиян из Грозового племени!
Остролап снова разбежался, прыгнул и перекувырнулся. На этот раз он
приземлился на все четыре лапы и с торжествующим воем вскочил на
дыбы, рассекая когтями воздух.
- Получилось! - завизжал он, оборачиваясь к своему наставнику. - Все
получилось! Скоро я добьюсь своего!
- Упорство - это главное, Остролап, - пророкотал косматый Рванохвост.
- Ты умеешь когтями вырывать то, что тебе нужно.
- Это верно, я своего не упущу! - самодовольно приосанился
Остролап. - Еще до окончания этой луны я стану глашатаем!
- А ты не боишься, что Солнцезвезд предпочтет тебе Синегривку? прищурился Рванохвост.

84.

Остролап в бешенстве рванул когтями мокрую чахлую траву.
- Никогда! - проревел он. - Синегривка слабая! Жалкая! Да она уже
думать забыла о месте глашатая, сейчас эта слезливая шкура оплакивает
свою драгоценную сестрицу!
- Горе тоже может дать силы, - напомнил Рванохвост.
- Только не слабым, - усмехнулся Остролап. - Белогривка мертва, и ее
уже ничто не вернет. Нужно смириться с этим и идти дальше, а Синегривка
будет до следующих Юных листьев хныкать и вздыхать! Очень скоро
Солнцезвезд сам увидит, что лучше меня ему не найти!
- Но ведь Белогривка была твоей подругой, - напомнил Рванохвост,
прищурив глаза. - Разве ты не скорбишь о ее смерти?
- Скорблю! - рявкнул Остролап, царапнув когтями по поросшему мхом
стволу дерева. - Я любил ее. Она не должна была погибнуть! Лучше бы
чудовище растоптало Синегривку! Я никогда не прощу Белогривке, что она
бросила меня.
- Но она оставила тебе сына, - напомнил Рванохвост.
Остролап презрительно скривил губы.
- Он уродился весь в мамашу, - прошипел он. - Я уже сейчас вижу, что
в его глазах нет огня, а в сердце не кипит жажда битвы! - Остролап
посмотрел на своего наставника. - Но к чему эти пустые разговоры? Я
прихожу сюда не языком молоть, а тренироваться!
Он встал на задние лапы и подпрыгнул, полосуя воздух когтями.
Криворот попятился назад, кровь застыла у него в жилах. Никогда в
жизни он не видел такой откровенной жажды крови, как в глазах у
Остролапа. Такой ярости не было во время битвы у Нагретых камней,
такого остервенения не проявлял даже Ледозвезд, едва не убивший
Камышника.
Криворот повернулся спиной к дерущимся и побежал в другую
сторону, высматривая Кленовницу. Он огибал кусты и мчался под
деревьями, все быстрее и быстрее, торопясь разыскать ее до своего
пробуждения…
- Криворот! - кто-то с силой тряс его.
-А?
Над ним сидела Вербовейная, ее пушистая шерстка стояла дыбом
после сна.
- Ты лягаешься! - пожаловалась она. - Тебе снится кошмар?
- Д-да… - Криворот потянулся. В тесной палатке, сплетенной из

85.

тростника, было тепло и уютно.
Вербовейная наклонилась, прижалась щекой к его щеке.
- Все прошло, ты уже проснулся, - нежно промурлыкала она и вышла
из палатки.
Криворот сел. Почему Кленовница не вышла к нему? Он зашипел и
выпустил когти. Может, с ней что-то случилось? Но что может случиться в
Звездном племени! Звездные коты бессмертны, это всем известно.
Качая головой, Криворот вышел наружу и обвел глазами поляну.
Желудь лениво ворошил лапой припорошенные снегом остатки кучи с
добычей. Поглядев на брата, Криворот вдруг вспомнил Синегривку. Сердце
у него заболело от жалости. Бедная Синегривка! Что может быть страшнее,
чем потерять родного кота - сестру, подругу, котенка?
Ракушечник, стоя под ивой, собирал патрули. Можжевельник,
Чащобник, Пачкун и Цветенница нетерпеливо топтались возле него.
Жуконос умывался, но чутко поводил ушами, ожидая, когда назовут его
имя. Мышелов с тоской смотрел на пустую кучу с добычей, а Волнорез о
чем-то шептался с Лужицей.
Криворот повернул голову к отцу и громко промяукал:
- Можно я пойду охотиться?
Дыхание облачком пара вырвалось у него из пасти. Интересно, река
уже замерзла?
- Иди, возьми с собой Пачкуна и Цветенницу, - кивнул Ракушечник.
- А Желудя можно с собой взять?
Желудь вскинул голову:
- Куда взять?
- На охоту, рыбоголовый!
- О, здорово! - Желудь схватил в зубы рыбу и побежал к детской. Подождите меня, я сейчас вернусь!
Вербовейная вылезла из палатки старейшин и быстро посеменила вниз
по берегу. Внезапно лапы у нее разъехались на льду, и она смешно
плюхнулась на хвост.
- О-о-ой, - смеясь, охнула она. - То-то котятам будет радость! Они
обожают кататься на льду!
- На льду? - Лягушонок выкатился из детской и, пища от восторга,
кубарем покатился по склону.
Криворот замурлыкал, любуясь Вербовейной.
- Мы идем охотиться, - сказал он. - Хочешь с нами?
Вербовейная с сожалением покачала головой.
- Я обещала Трещотке поменять мох в ее гнездышке. Сегодня ночью

86.

она совсем замерзла, бедная.
- Идем, Криворот! - позвал Пачкун, нетерпеливо расхаживавший перед
входом. - Холодно стоять!
- Ладно, тогда до встречи! - Криворот потерся щекой о щеку
Вербовейной и побежал догонять Желудя и Цветенницу, которые уже
протискивались в лаз.
За стеной камыша, ограждавшей лагерь от ветра, было еще холоднее.
- Надеюсь, это всего лишь заморозки, - вздохнула Цветенница,
выдыхая облако пара. - Все-таки сейчас Листопад, а не Голые деревья!
Они прошли мимо каменной переправы, пересекли ольшаник и
спустились к той части берега, где густые заросли папоротников и
боярышника спускались к самой реке. Шлепая лапами по ледяной воде,
Криворот повел свой патруль к скалистому склону, вдававшемуся в реку.
Здесь скалы сменялись полосой плоских камней, почти скрытых водой.
Добравшись до самого края каменного языка Криворот всмотрелся в
быстро бегущую реку. С наступлением холодов она сделалась такой
чистой, что он без труда видел всю толщу воды до самого дна, до
качающихся водорослей. Вот мимо проплыла рыба, но на такой глубине,
что ее никак нельзя было достать. Ничего, настоящий воин должен уметь
ждать. Криворот продолжал смотреть в воду, и вскоре еще одна рыбка
вынырнула из водорослей, на этот раз гораздо ближе к поверхности. В
животе у Криворота запело от восторга, быстрее молнии он сунул лапу в
воду и даже охнул сквозь зубы от холода. Подцепив рыбу, он выбросил ее
на камни, прыгнул и прикончил одним укусом в спину.
- Отличный улов! - оценил Желудь, сидевший возле брата. Он тоже не
сводил глаз с бежавшей под лапами воды, мышцы на его плечах напряглись
от нетерпения. Через мгновение Желудь громко мяукнул, опустил лапу в
воду и выудил жирную форель.
Пачкун поднял голову.
- Я хочу поймать карпа для Оцелоточки, - промурлыкал он. - Она
обожает карпов!
Цветенница вдруг сунула в воду обе передние лапы и, сопя от натуги,
вытащила на камни бьющуюся щуку. Рыба оказалась длиной не меньше
кошачьего хвоста и извивалась, как бешеная. Криворот бросился на
помощь соплеменнице, но когда он ухватился зубами за щуку, Цветенница
оступилась и с визгом плюхнулась в воду. Через мгновение она вынырнула
на поверхность, хватая воздух разинутой пастью, а Криворот наступил на
щуку обеими лапами и прикончил ее.
Цветенница поплыла к берегу. Выбравшись из воды она отряхнулась,

87.

клацая зубами от холода.
- Ты ее не упустил? - первым делом спросила она.
- Нет, она уже готова, - успокоил ее Криворот.
Усы Желудя задрожали.
- Я не знал, что ты решила искупаться, - засмеялся он, глядя на
дрожащую Цветенницу.
- Я просто не ожидала, что эта щука окажется такая огромная!
Тут Пачкун с торжествующим воплем вытащил из реки карпа.
- Давайте отнесем наш улов в лагерь, - предложил Криворот. - А потом
вернемся и еще порыбачим.
Цветенница посмотрела через реку на берег Грозового племени.
- Не понимаю, почему они никогда не ловят рыбу?
- Они боятся воды, - фыркнул Пачкун. - Свалятся в воду да утонут,
какая уж тут рыбалка!
Желудь повел носом, принюхиваясь.
- Я не чувствую свежих меток на их границе. - Он вытянул шею. Интересно, куда они все подевались? Обычно, когда мы ловим здесь рыбу,
они дразнят нас и обзываются с того берега!
Криворот вдруг вспомнил свой сон.
- Наверное, они оплакивают Белогривку.
Желудь стремительно обернулся к нему.
- Что?
Криворот невольно съежился под его взглядом, «Рыбоголовый ты
дурень! - выругался он про себя. - Когда же ты научишься думать, прежде
чем болтать? Ты ведь не должен знать о том, что случилось в Грозовом
племени!»
- Это правда? - ахнула Цветенница.
Криворот разинул пасть, лихорадочно соображая, как выкрутиться.
Пачкун обнюхал своего карпа, довольно мяукнул.
- Кто тебе рассказал? - без особого интереса спросил он.
- Я… вчера услышал, когда охранял Нагретые камни, - пролепетал
Криворот. - Там внизу патруль проходил, воины говорили об этом.
Желудь изогнул хвост, шерсть встала дыбом у него на загривке.
- Почему же ты ничего не сказал?
Криворот покосился на Пачкуна.
- Мне… просто, я не хотел никого расстраивать, - вывернулся он. - Это
так грустно. - По крайней мере, хоть в этом он не соврал.
Цветенница сбежала вниз по камням и подошла к ним.
- Что с ней случилось?

88.

Криворот опустил глаза.
- Кажется, она погибла на Гремящей тропе…
- На Гремящей тропе? - переспросил Желудь.
Криворот вскинул глаза на брата. Желудь вел себя как-то странно, он
забыл о рыбалке и с тоской смотрел в сторону леса, как будто что-то звало
его туда.
- Не волнуйся, - неуклюже пробормотал Криворот. - На нашей
территории нет Гремящих троп.
Желудь проводил взглядом сухой лист, проплывавший мимо берега.
- Я переживаю за Синегривку, - еле слышно прошептал он. - Бедная,
как она? Боюсь даже думать о том, как она страдает.
Криворот вздохнул.
- Ну да.
Он подобрал с земли рыбу и побрел по камням на берег. Патрульные
молча последовали за ним.
Луна холодным белым глазом смотрела на поляну Четырех деревьев.
Серебряный пояс ярко полыхал в ночном небе. Криворот долго смотрел в
небо, гадая, какая из звезд смотрит вниз глазами Белогривки. После того
страшного сна прошла почти четверть луны, и Криворот немного удивился
увидев, что Синегривка все-таки пришла на Совет.
- Говорят, у вас рыба не переводится? - вопрос Остроцветик из
Сумрачного племени вывел Криворота из задумчивости. Он чуть не забыл,
что делился новостями с соседями.
- Да, река еще не скоро замерзнет.
- Неужели вы не боитесь промокнуть в такой холод? - поежилась
хорошенькая рыжая Лисохвостка.
- Да-да, конечно, - невпопад пробормотала молоденькая Златошейка,
совсем недавно ставшая Грозовой воительницей. Забыв о разговоре, она
пристально смотрела в сторону поляны. Криворот проследил за ее взглядом
и понял, что она следила за Синегривкой. Это показалось ему странным.
Грустная серая кошка о чем-то разговаривала с Желудем.
«Бедная, - сочувственно вздохнул Криворот. - Как хорошо, что Желудь
подошел к ней выразить соболезнования».
Златошейка резко встала.
- Пойду, посмотрю, как там Синегривка, - пробормотала она, бросаясь
в толпу.
- Криворот! - раздался громкий возглас Ледозвезда. - Где Желудь? Я
хотел попросить его сделать объявление насчет палаток Двуногих. Он
посвятил столько времени наблюдению за ними, что будет правильно

89.

поделиться этими сведениями с нашими соседями. Вдруг в следующую
пору Зеленых листьев Двуногие объявятся и на их территориях? Предводитель кивнул Остроцветик. - Молю Звездное племя, чтобы этого не
произошло!
«Желудь будет выступать перед Советом? - испуганно подумал про
себя Криворот. - С чего вдруг такая великая честь? Неужели Ледозвезд
выбрал моего брата себе в преемники?»
- Вон он, - буркнул он, махнув хвостом в ту сторону, где сидели
Желудь и Синегривка.
- Пойду, предупрежу его, - кивнул Ледозвезд. - Спасибо.
Когда предводители начали свои обращения к племенам, Криворот
смешался с толпой и устроился поближе к соплеменникам. Ежась от
колючего ночного холода он не мигая смотрел на Желудя. Но сколько
Криворот ни разглядывал брата, он так и не сумел заметить в нем ни
малейшего следа самодовольства или волнения. От этого его ревность
разгорелась с новой силой. Наверное, Желудь настолько уверен в своем
будущем величии, что даже не горд оказанной ему честью!
- Речному племени предки тоже были щедры, - начал свое сообщение
Ледозвезд. - Наша река полна рыбы, а по берегам не переводится дичь. - Он
перевел взгляд на свое племя и в упор посмотрел ан Желудя. - Лишь одна
туча омрачает наш горизонт. - Ледозвезд кивнул на рыжего воителя: Желудь расскажет вам об этом подробнее.
Коты изумленно зашептались, когда Желудь спокойно встал, прошел
через поляну и одним прыжком вскочил на Скалу.
- Он не имеет права стоять там! - услышал Криворот возмущенный
шепот Синегривки.
Судя по всему, остальные коты тоже так думали. Недовольный ропот
прокатился по поляне Четырех деревьев.
- Наша Скала предназначена для предводителей, а не для юнцов! прорычал кто-то из Сумрачных воинов. - У этого рыжего еще молоко на
губах не обсохло!
Криворот вскинул подбородок и смерил наглого воителя ледяным
взглядом. Ревность, еще недавно так жестоко терзавшая его, уступила
место гневу. Он не даст брата в обиду каким-то пожирателям лягушек!
- Ты сначала выслушай, что он скажет! - рявкнул он. - Вдруг
пригодится? Если у тебя болотная ряска вместо мозгов, то хоть послушай,
когда умные коты говорят.
Сумрачный воин полоснул когтями по мерзлой земле. Криворот
распушился и тоже выпустил когти. Он никому не позволит говорить

90.

гадости о Желуде!
- Я хочу попросить прощения у собравшихся, - прозвучал над поляной
звучный голос Желудя. - Мне не подобает стоять на этой Скале, но я боюсь,
что не все услышат меня, если я буду говорить снизу. - Он кивнул на клочок
земли под тенью Скалы. - Надеюсь, вы простите мне эту дерзость. Я не
хотел никого оскорбить.
Возмущенные голоса мгновенно стихли. Все коты, насторожив уши,
обратили морды к Скале, с нетерпением ожидая, что скажет им молодой
Речной кот.
Криворот приосанился, гордость за брата охватила его. Он видел, как
коты настораживают уши и вытягивают шеи, чтобы лучше слышать.
- Двуногие разбили лагерь на нашей территории. Гнезда у них
маленькие, но Двуногие в них постоянно меняются - одни уходят, но на их
место тут же приходят другие, - Желудь говорил спокойно и уверенно.
Сделав паузу, он обвел глазами толпу на поляне, добиваясь всеобщего
внимания. - Мы постарались выяснить, что означает это неожиданное
появление и не является ли оно началом большого вторжения на нашу
землю или строительства новой территории Двуногих. Насколько мы
можем судить, этот новый лагерь предназначен для Двуногих, у которых
нет настоящих каменных гнезд. Такие бездомные приносят с собой
палатки, сделанные из больших шкур, и забирают эти временные гнезда с
собой, когда уходят. Несмотря на то, что эти бездомные бродят по
окрестностям, распугивая дичь, они, в основном, ведут себя миролюбиво и
держатся в стороне от территории Речного племени. До сих пор никто из
них не приближался к нашему лагерю. Но мы, на всякий случай,
разработали специальный план, чтобы отвлечь их, если они подойдут
слишком близко.
Коты на поляне одобрительно зашумели.
- Мудрая политика, - заметил Змеезуб.
Лучехвост из племени Ветра кивнул своим товарищам и с уважением
заметил:
- Сразу видно, когда сказано по делу! Теперь я понимаю, что Речные
коты серьезно отнеслись к свалившимся на них трудностям и нашли выход.
У них есть чему поучиться!
Криворот заурчал, купаясь в лучах славы брата. Внезапно он заметил
Синегривку, которая шипела и сердито сверкала глазами, словно была чемто сильно возмущена. Ее хорошенькая соседка смотрела на Желудя
глазами, полными обожания, как будто перед ней был не обычный
соседский воин, а Звездный воин, сошедший с небес.

91.

Криворот насупился, тревога вновь сжала когтями его сердце.
«Желудь, конечно, прекрасный воин и мудрый кот, но ведь великая
судьба предсказана мне, а не ему!»
Обратный путь в лагерь показался Кривороту втрое длиннее обычного.
Цветенница так и льнула к Желудю.
- Все та-а-ак тебя слушали! - в сотый раз восклицала она. - Та-а-ак на
тебя смотрели! - Глаза ее сверкали. - Неужели ты ни капельки не боялся?
- Чего же ему было бояться в Ночь перемирия? - фыркнул Мышелов.
- Как ты не понимаешь! - возмущенно воскликнула Цветенница. - Ведь
ему пришлось говорить перед таким множеством котов! На его месте я бы,
наверное, со Скалы свалилась со страху.
Когда Речные коты проходили через рощу на территории Грозового
племени, Криворот нарочно замедлил шаг и отстал, чтобы не слушать, как
его соплеменники без устали восхваляют Желудя.
«Как у них только языки не отвалятся молоть всякую чепуху? сердито думал он, шагая по смерзшейся лесной земле. - Ах, какой Желудь
смелый, да какой Желудь умный, да как он чудесно выступил, просто
вылитый предводитель! Уши вянут слушать!»
Кто-то нагнал его сзади.
Ежевичинка.
- Жалеешь, что на Скалу пригласили не тебя, а твоего брата? негромко усмехнулась она.
Криворот воинственно распушился.
- С чего ты взяла? Ни капельки я не жалею!
- Ах, да брось ты! - фыркнула целительница. - Не волнуйся, твой черед
придет гораздо быстрее, чем ты думаешь, а до этого у тебя будет еще
немало поводов для переживаний! - с непонятной резкостью прошипела
она.
- Откуда ты знаешь? - опешил Криворот. - Ты получила знак от
Звездного племени?
Впрочем, зачем он спрашивает? Даже если Ежевичинка получит
десять знаков, она все равно ничего ему не скажет! Сколько раз он пытался
добиться у нее ответа на свои вопросы, но она только говорила загадками и
отмалчивалась. И все-таки любопытство, как полчища кусачих муравьев,
жгло его изнутри.
Криворот покосился на Ежевичинку. Она стиснула зубы и шла, глядя
прямо перед собой. Было видно, что она думает о чем-то, вот только о чем?
Не выдержав, Криворот снова повторил свой вопрос.
- Откуда ты знаешь, что скоро наступит моя очередь?

92.

Ежевичинка вдруг сорвалась с места, обогнала его и вскочила на
поваленное дерево, преградив Кривороту дорогу. Когда он в растерянности
остановился, целительница впилась в него горящими глазами.
- Ничего еще не решено, - пробормотала она, дрожа всем телом. Ее
глаза ее вдруг сделались чернее ночи. - В тебе заложена сила, которая
может сделать тебя великим. - Она вдруг повернулась, спрыгнула с дерева и
помчалась вдогонку за племенем. Криворот бросился за ней, сердце его
бешено забилось. - Достаточно просто взглянуть на тебя, чтобы увидеть ты станешь знаменитым. - Ежевичинка подняла глаза, посмотрела на
черные ветви деревьев. - Даже звезды не могут сделать выбор за нас… Не
они определяют нашу судьбу. Очень многое зависит от нас самих…
«Правда? - Криворот выпустил когти, борясь с раздражением. - Ты
просто ничего не знаешь! Если звезды не определяют нашу судьбу, почему
тогда меня обучает Звездное племя?»

93.

Глава IX
Легкий снежок тихо сеялся с серых небес, засыпая лагерь. Криворот
поморщился. Его сломанная челюсть, как всегда, ныла от холода, но сейчас
ему было не до этого. Шерсть потрескивала от радостного волнения. Он
сидел на поляне вместе с товарищами, смаргивал снежинки с глаз и
смотрел на Ледозвезда, который только что подозвал к себе следующего
будущего оруженосца. Криворот замахал хвостом, взметая снег.
- Травинка! - громко объявил предводитель, кивая коричневой
кошечке, храбро вышедшей к нему навстречу. Чернолапник, Солнцелапка,
Звонколап и Камышик возбужденно зашептались за ее спиной, глазенки у
них сияли, их новые имена только что отзвучали над поляной. Ледозвезд
немного отложил церемонию посвящения котят в оруженосцы, решив
дождаться, когда Оцелоточке исполнятся положенные полгода. Разница в
возрасте между котятами была совсем небольшая, они выросли вместе и
очень крепко сдружились.
- Зачем разлучать их, пусть даже ненадолго? - сказал Ракушечник, и
Ледозвезд прислушался к совету своего глашатая.
Криворот был рад, что маленькой Оцелоточке не пришлось остаться в
детской одной - пусть даже на одну луну. Ему ли не знать, что такое быть
брошенным, оставленным… Конечно, Переливчатая непременно осталась
бы с Оцелоточкой, она бы никогда не бросила ее, как Моросинка когда-то
бросила его. Черная Переливчатая всем сердцем полюбила золотистую
пятнистую Оцелоточку, и как бы сильно ей ни хотелось поскорее вернуться
к своим воинским обязанностям, она бы ни за что не смогла причинить
боль своей приемной дочери.
Криворот хмуро покосился на Моросинку. Его мать, как всегда, сидела
в сторонке, выдыхая облачка пара из пасти. Что ж, прошлого не
изменишь… Что толку жалеть о том, что Моросинка так и не сумела
увидеть за его сломанной челюстью того котенка, которого когда-то так
сильно любила. Тот давний несчастный случай не сделал его другим, он
лишь изуродовал его внешне, но для Моросинки это оказалось важнее
всего остального…

94.

Криворот отогнал эти мысли. Сказано же - что было, то было. Вот если
Звездное племя пошлет ему котят, он всегда будет их любить! Кошка,
которую он выбрал себе в подруги, никогда никому не причинит зла и уж
тем более никогда в жизни не бросит своих детей, что бы они ни
натворили.
Расчувствовавшись, Криворот теснее прижался к Вербовейной.
- Спасибо, - прошептал он.
Она удивленно подняла на него свои тихие янтарные глаза.
- За что?
- Просто… - Криворот влюбленно посмотрел на нее, не в силах
выразить словами переполнявшую его нежность.
Вербовейная замурлыкала и ласково стряхнула мягкой лапкой снег с
его плеча.
- Что же ты сидишь? - шепнула она, подталкивая Криворота вперед. Ледозвезд тебя зовет!
Вздрогнув, Криворот понял, что все племя сморит на него, а Ледозвезд
кивком приглашает его выйти на середину поляны.
«Что… неужели?…» - в смятении подумал он, не смея поверить
своему счастью.
- Да иди же! - подтолкнула его Вербовейная, горячо лизнув в щеку.
- Криворот! Я надеюсь, что ты поделишься с Траволапкой всем тем, за
что наше племя по праву гордится тобой - отвагой, мастерством и
верностью!
Криворот на подгибающихся лапах вышел на середину поляны и
остановился рядом с Травинкой и предводителем. Маленькая Травинка вся
дрожала от волнения, он наклонился и коснулся носом ее макушки.
- Не бойся, - прошептал Криворот. - Ты будешь замечательной
ученицей, вот увидишь!
Он поднял глаза и посмотрел на Желудя, стоявшего рядом со
Звонколапом, своим новым оруженосцем. Малыш приплясывал на месте от
нетерпения, помахивая хвостиком, было видно, что ему не терпится
поскорее дождаться окончания церемонии, чтобы о приступить к
тренировкам.
Желудь добродушно пощекотал его за ухом кончиком хвоста и
подмигнул Кривороту. Наконец-то они оба стали наставникам и как
замечательно, что это случилось в один день!
На краю поляны Пачкун лихорадочно приглаживал языком шерстку на
спинке Оцелоточки, удерживая приплясывавшую от нетерпения дочку
лапой.

95.

- Ой, перестань! - пищала золотистая малышка. - Мне же сейчас идти!
Ты меня задерживаешь!
Пачкун отпустил ее. Глаза его заблестели, он быстро-быстро заморгал
и отвернулся, пряча слезы. Оцелоточка, не дожидаясь вызова Ледозвезда,
птицей вылетела на поляну.
- Оцелоточка! - замурлыкал Ледозвезд, когда она остановилась возле
его лап.
Оцелоточка вскинула голову, моргнула. -Да?
- Отныне ты будешь зваться Оцелотницей.
Она весело подпрыгнула, размахивая пятнистым хвостом, а Ледозвезд
продолжал:
- Твоим наставником будет Чистозуб.
Оцелотница втянула голову в плечи и вытаращила глаза, глядя на
огромного белого кота, поднявшегося из толпы ей навстречу.
Чистозуб подошел к своей ученице и дотронулся подбородком до ее
макушки.
- А я тоже вырасту такая большая, как ты? - пискнула Оцелоточка.
- Непременно, - промурлыкал Чистозуб. - Только чуть-чуть поменьше.
Ледозвезд кивнул.
- Чистозуб! Передай юной ученице свою храбрость, ответственность и
доброту.
Речное племя радостными возгласами приветствовало новых
оруженосцев. Траволапка и Звонколап бросились к Выдрохвостой и
заплясали вокруг нее, а Чащобник от избытка чувств вылизал Камышика с
ног до головы. Переливчатая обняла хвостом Пухолапку, а Щукозуб, урча
от радости, погнался по поляне за радостно визжащим Чернолапником.
Оцелотница со всех лап бросилась к отцу и прильнула щекой к его мокрой
щеке.
Пачкун с тревогой посмотрел на нее.
- Я день и ночь молю Звездное племя, чтобы оно избавило тебя от
участия в битвах, - прошептал он, обнимая хвостом свою дочь.
- Не говори глупости! - возмутилась Оцелотница. - Я та-аак хочу
драться! Со всем лесом, со всеми бродягами и одиночками! Скорее бы меня
взяли на битву!
Криворот попятился, чтобы разошедшиеся оруженосцы не сбили его с
ног.
- Боишься? - засмеялась Вербовейная.
- Ни капельки!
- Воспитание оруженосца - это очень большая ответственность, -

96.

серьезно сказала Вербовейная, ее глаза мечтательно затуманились. - Ах,
скорее бы у меня тоже появился первый!
- Кто первый? Котенок или оруженосец? - фыркнул Криворот, пихая ее
боком.
- Оруженосец, рыбья твоя голова! - рассердилась Вербовейная, пихая
его лапой.
- Скоро появится! - пообещал он.
Стоявший рядом с ними Совокрыл весело шутил с Мягкокрылой.
- Ничего, новая ученица быстро тебе плешь проест, - смеялся он. - Ты
слишком добрая, одно слово - Мягкокрылая.
- Я с ней справлюсь, - фыркнула воительница.
Совокрыл посмотрел на шуструю бурую Пухолапку, кругами
носившуюся вокруг Можжевельника.
- Ты уверена?
- Ну что, мы идем?
Громкий визг Траволапки заставил Криворота подпрыгнуть от
неожиданности. Что за несносная манера орать прямо в ухо?
Его ученица нетерпеливо рыла лапкой снежок, ее короткий хвостик
задорно торчал вверх.
Криворот невольно улыбнулся, ему передалась радость ученицы.
- Конечно! Сейчас я покажу тебе нашу территорию.
Траволапка мгновенно сорвалась с места и помчалась к своим
товарищам.
- А я! - захлебываясь от восторга, мяукала она. - А я иду! Иду
осматривать территорию!
- Я тоже хочу! - немедленно объявил Лягушник.
- И я! - Чернолапник с надеждой посмотрел на наставника.
Солнцелапка завертела хвостом.
- Чур я первая перейду по каменной переправе!
- Только попробуй опередить меня! - возмутилась Пухолапка.
Звонколап решительно растолкал ощетинившихся кошек.
- Хватит спорить! Зато я первый заберусь на Нагретые камни!
- Я уже вижу, что очень скоро мы будем править этим племенем, замурлыкал Камышик.
Жуконос подошел к нему, потрепал лапой по ушам.
- Когда я закончу тебя обучать, ты у меня будешь править всеми
племенами в лесу! - весело промурлыкал он и покосился на Криворота. Как ты думаешь, твоя Траволапка сможет когда-нибудь стать
воительницей? Или будет ходить в ученицах столько же, сколько ты ходил?

97.

Криворот закатил глаза.
- Жуконос, если тебе не терпится с кем-нибудь поспорить или
посоревноваться, я не собираюсь тебе мешать. Но и участвовать в этом не
стану. Я просто постараюсь сделать из Траволапки отличную воительницу,
которой будет гордиться все племя.
Траволапка горячо закивала.
- Я буду очень стараться! Хочешь, я перед выходом поищу блох у
старейшин?
Криворот с улыбкой покачал головой.
- Я думаю, блохи подождут до нашего возвращения, - серьезно сказал
он и повернулся к Желудю: - Не хочешь пойти с нами?
- Да! Да-да-да! - запрыгал Звонколап. - Можно, Желудь? Давай пойдем
с ними? Пожалуйста!
- Идем, - с улыбкой кивнул Желудь.
Камышик умоляюще посмотрел на Жуконоса.
- Ты ведь не позволишь им уйти без нас, правда? - тихо спросил он.
Криворот почувствовал жалость к котенку.
- Жуконос, ты с нами?
Жуконос громко фыркнул, явно обрадованный приглашением.
- Что ж, пойдем, пожалуй, - пробурчал он.
Выдрохвостая сияющими глазами проводила своих котят, гордо
удалявшихся в сторону леса.
- Смотрите за ними хорошенько, пожалуйста! - попросила она.
- Будем беречь их, как собственных котят, - пообещал Криворот и со
всех ног помчался за котятами, опасаясь, как бы они не удрали без них к
каменной переправе. Желудь бросился за ним, и вот уже братья бок о бок
помчались по припорошенной снегом траве. Жуконос бежал следом.
Они догнали котят на берегу. Здесь снег лежал гуще, Нагретые камни
на противоположном берегу из серых сделались белыми, но лед еще не
сковал реку.
- Можно нам поплавать? - спросил Звонколап. - А то раньше нам
разрешали только в камышах плескаться, а разве это настоящая река? Так,
лужа какая-то.
- Сейчас слишком холодно для купания, - покачал головой Криворот. Вряд ли твоя мама обрадуется, если после первого занятия ты прямиком
отправишься в палатку Ежевичинки с Белым кашлем.
Траволапка вскочила на первый камень переправы.
- Мы пойдем на тот берег?
Желудь покачал головой.

98.

- Давайте сегодня исследуем наш берег, - предложил он. - Прогуляемся
вниз по течению, а ивняком выйдем на болота.
Камышик возбужденно завертел головой.
- Мы увидим палатки Двуногих?
- И Двуногих? - вытаращила глазки Траволапка.
- Вот и посмотрим, - загадочно ответил Жуконос и пошел вперед, на
каждом шагу стряхивая снег с лапок.
Оруженосцы потрусили за ним.
- Неужели мы когда-то были такими? - покачал головой Желудь.
Траволапка обернулась, сощурила глаза.
- Какими такими?
- Шустрыми и шумными, как белки, - пошутил Криворот.
Траволапка посмотрела на деревья. Маленькая птица скакала с ветки
на ветку, стряхивая снег на головы котам.
- Что это за птица?
- Дрозд деряба, - ответил Криворот.
- Речные коты на него охотятся?
- Охотятся, когда река замерзает.
- А на кого еще мы охотимся? - спросила Траволапка и тут же
затараторила, не дожидаясь ответа: - На мышей, как Грозовые коты или на
кроликов, как воины Ветра? Мы едим кроликов? А какие они на вкус?
Вербовейная ела их, когда…
- Смотри! - перебил Желудь, а когда растерявшаяся Траволапка
подняла на него глаза, кивнул на ее товарищей, которые уже скрывались за
поворотом реки. - Мне кажется, ты отстала. Скорее догоняй остальных, а то
пропустишь что-нибудь интересное.
- Ой! - Траволапка подпрыгнула и помчалась по берегу.
Криворот пошевелил усами.
- Я уже вижу, что скука нам теперь не грозит, - с улыбкой сказал он,
прибавляя шаг. Он уже чувствовал, что воспитывать Траволапку будет
увлекательным занятием.
- Смотри, как я умею выслеживать дичь! - похвасталась Траволапка,
поджидавшая котов за поворотом. Она запрыгнула на поросший травой
склон, опустила хвост и подогнула лапы, так что стала похожа на большую
неуклюжую лягушку.
- Неплохо, - похвалил Криворот.
Желудь догнал Звонколапа, который с визгом носился за Камышиком
по заснеженному берегу. Жуконос спокойно шел рядом.
- Когда ты научишь меня ловить рыбу? - спросила Траволапка, снова

99.

спрыгнув на берег. - А какая рыба считается самой-самой лучшей? Скажи,
какая была твоя первая рыба?
Криворот почувствовал, что у него голова идет кругом.
- Ш-шшш, передохни немного, - улыбнулся он. - Я не могу ответить на
столько вопросов сразу.
- Ой, прости, - прижала ушки Траволапка. - Я знаю, что ужасно много
болтаю, все говорят, что я болтушка и трещотка, но это неправда, просто я
очень хочу быть самой лучшей ученицей. Я так рада, что тебя выбрали
моим наставником! Потому что ты самый сильный кот во всем племени,
сильнее тебя только Волнорез, но он уже старый, конечно, не такой, как
старейшины, но все равно седой и не такой молодой, как ты, а это очень
важно, потому что наставник, по-моему, должен помнить, как сам был
оруженосцем, а если ты старый, то ты уже ничего не помнишь, а…
У Криворота зазвенело в ушах. И в то же время ему вдруг стало
стыдно за свое ученичество. Почему он никогда не относился к
Можжевельнику с таким восторгом, с каким относится к нему Траволапка?
Он уважал Можжевельника и, действительно, очень многому у него
научился, но Кленовница всегда стояла у него на первом месте. Всем, что
Криворот знал о битвах и боевых приемах, он был обязан именно ей.
Криворот посмотрел на Траволапку, тараторившую, как певчий дрозд.
Интересно, есть у нее Звездный наставник или нет?
«Нет, конечно! - он решительно отверг эту мысль. - В нашем племени
есть место только для одного избранника звезд!»
Криворот широко зевнул. Все племя уже разбрелось по своим
палаткам, готовясь отойти ко сну. Моховой полог, закрывавший вход в
палатку Ледозвезда, чуть подрагивал на ветру. Выдрохвостая, Светловодная
и Переливчатая перетряхивали свои подстилки. Старики о чем-то негромко
переговаривались в своей палатке.
Ветер стих, ночь была тиха и неподвижна.
Вербовейная подтолкнула Криворота в сторону палатки.
- Идем спать.
Он свернулся на своей подстилке, закрыл глаза. Вербовейная
прижалась теснее, уткнулась носом в его шерсть.
Криворот негромко замурлыкал от переполнявшего его счастья. «Я
стал наставником». Теперь уже ничто не может помешать ему стать
глашатаем. Он еще раз глубоко вздохнул и уснул.
- Значит, ты стал наставником! - раздался у него над ухом хриплый
голос Кленовницы. Знакомый темный лес сомкнулся вокруг Криворота.
Черные стволы со всех сторон обступили его, глухое серое небо низко

100.

висело над головой.
- Да, - расправил грудку Криворот.
- Теперь у тебя есть собственный оруженосец, - продолжала
Кленовница. - Но не думай, что на этом твое обучение закончено!
- Нет, конечно! - кивнул Криворот. - Я и сам знаю, что еще не готов
стать предводителем. Честно говоря, мне пока и глашатаем становится
рановато.
Неужели Кленовница не видит, как он рад ее видеть? Она так долго не
посещала его сны, он уже начал думать, будто звездная наставница
оставила его! Сейчас Кривороту, как никогда, нужна была помощь
Звездного племени. Он стал бояться, что теряет свою выучку. Вчера
Жуконос наловил рыбы больше, чем он, и целый вечер задирал нос!
- Я хочу, чтобы ты научила меня всему, что ты знаешь, - искренне
воскликнул Криворот. - Я хочу стать самым хорошим предводителем своего
племени! Мое племя заслуживает только лучшего!
Кленовница сощурила глаза.
- Это славно, - пробурчала она. - Теперь я вижу, что ты все еще
достоин моих уроков. - Она обошла его кругом, пристально разглядывая.
- Гляди! - Криворот весело сорвался с места, разбежался и,
перекувырнувшись в воздухе, ловко приземлился на все четыре лапы. Он
оттачивал этот прием с той самой ночи, когда впервые подглядел из-за
деревьев тренировку Остролапа и Рванохвоста. Кажется, он в точности
запомнил каждое движение.
- Неплохо, - промурлыкала Кленовница, не глядя на него.
Неплохо? Криворот считал, что это, по меньшей мере, восхитительно!
- Повтори свое обещание, - резко потребовала Кленовница.
- Опять?
- Скажи мне, что для тебя нет и не будет ничего важнее племени! Глаза Кленовницы грозно запылали.
Криворот насупился. Звездная наставница могла бы проявить чуть
больше интереса к его успехам!
- Ладно, - нехотя пробормотал Криворот и затараторил скороговоркой.
- Для меня нет ничего важнее…
- Нет, не так! - оборвала его Кленовница. - Скажи так, чтобы я
поверила каждому твоему слову!
Криворот послушно вздохнул и начал сначала:
- Для меня нет и не будет ничего, важнее моего племени, я буду всегда
заботиться о нем, чего бы это мне ни стоило!
- Обещаешь? - вся дрожа, прошипела Кленовница.

101.

- Обещаю, - вздохнул Криворот. Зачем она постоянно просит его
повторять эту клятву? Неужели именно из-за этих слов Кленовница едва не
отдала Вербовейную Двуногим?

102.

Глава X
В лес снова пришли Зеленые листья. Солнце сияло с голубого неба,
облака веселыми белыми рыбами проплывали над рекой, теплый душистый
ветерок раскачивал кроны зеленых буков.
Желудь и Криворот взяли своих учеников на луг, чтобы отработать
навыки охоты на наземную дичь.
Траволапка сидела под кустом, прижавшись грудкой к траве.
- Постарайся двигаться бесшумно, - сказал Криворот, приседая перед
ней. - Представь, что ты птичка. Ты помнишь, что слух у птиц гораздо
более чуткий, чем у котов? А еще они гораздо проворнее, чем ты. Криворот придвинулся ближе. - И очень-очень боятся охотников.
Траволапка сощурилась. Потом тихо, как змея, двинулась вперед по
траве.
«Она просто чудесна!» - восхищенно подумал Криворот. Траволапка
бесшумно подкралась к лежавшему на земле листу, напружинила лапы - и
прыгнула.
- Поймала? Нет, скажи, получилось? - пискнула она.
У Криворота упало сердце. Его ученица опять приземлилась на целых
полхвоста дальше цели.
- Очень неплохая попытка, - кивнул Желудь.
- Но Траволапка может прыгать гораздо лучше, - сказал Жуконос,
выходя из-за деревьев в сопровождении Камышика и Звонколапа. Котята
запищали, но Жуконос взмахом хвоста заставил их закрыть рты. Траволапка, у тебя очень сильные задние лапы, - сказал он и вопросительно
посмотрел на Криворота, молча спрашивая, не возражает ли тот, чтобы
чужой наставник давал советы его ученице.
Криворот кивнул.
- Говори, Жуконос.
Он понимал, что в таком важном деле, как воспитание оруженосца,
нельзя отказываться от любой помощи. Тем более, что Траволапка так
старалась все сделать правильно и до слез огорчалась, когда ей это не
удавалось.

103.

Жуконос подцепил лист лапой.
- Соизмеряй свою силу, когда прыгаешь на цель, - сказал он, снова
кладя лист перед Траволапкой. - Перед прыжком измерь взглядом
расстояние до цели и не отталкивайся с такой силой, поняла?
Траволапка с готовностью снова уселась в траву.
- Все поняла! Теперь-то я его сцапаю!
- Смотри, как бы он сам тебя не сцапал, - фыркнул Камышик.
Траволапка покачала задними лапами, собралась и прыгнула. На этот
раз она приземлилась прямо на середину листа, торопливо села и
вопросительно покрутила головой.
- Где же он? - пискнула она, моргая глазами. - Я что, опять промазала?
Камышик закатил глаза.
- Может, пойдем рыбу половим, - спросил он. - А то жарко!
- Настоящий воин должен уметь не только рыбачить, но и птиц ловить,
- напомнил ему Криворот.
Звонколап обиженно выпятил губу.
- А я хочу отрабатывать боевые приемы! Мы должны вернуть себе
Нагретые камни!
Сразу после окончания поры Листопада Грозовые коты вновь
переметили границу вокруг Нагретых камней, а Ледозвезд отказался
отвоевывать скалы силой в разгар холодов и голода.
- Если бы я был предводителем, я бы позволил Грозовым котам
охотиться на Нагретых камнях в пору Голых деревьев, а с наступлением
Юных листьев снова устанавливал бы наши метки, - вздохнул Желудь. Они забирают наши скалы только тогда, когда им нечего есть.
- Что ты сказал? - вытаращил глаза Жуконос. - Да если раздавать
соседям такие подарки, то не успеешь опомниться, как от нашей
территории останется только палатка старейшин!
- Вот именно! - пискнул Камышик, бросаясь на защиту своего
наставника. - У Грозовых котов есть целый лес, разве этого мало? Если они
не могут себя прокормить, значит, они плохие охотники!
Криворот покачал хвостом.
- Ракушечник еще в прошлом месяце уговаривал Ледозвезда вернуть
Нагретые камни нашему племени. Не знаю, почему Ледозвезд медлит. В
прошлый раз камни достались нам без особого труда.
Звонколап рванул коготками траву.
- Так мы будем учить боевые приемы или нет?
Траволапка прижала ушки к макушке.
- У меня до сих пор болит плечо после прошлой тренировки.

104.

- Это потому, что ты недотепа! - отрезал Камышик.
- Да я в три раза быстрее тебя! - возмутилась Траволапка.
«Так-то оно так, только ты прыгаешь не туда, куда нужно», - подавил
вздох Криворот. Он подошел к краю буковой рощи, посмотрел в сторону
луга.
- Давайте разучим приемы, которые Желудь разработал для того,
чтобы спасаться от Двуногих, - предложил он. Ничего, он потренирует
Траволапку чуть позже, когда Звонколап и Камышик не будут над ней
смеяться.
Камышик насторожил ушки.
- Какие приемы? - быстро спросил он. - Хитрости, при помощи
которых можно отвести Двуногих подальше от нашего лагеря? - Он с
готовностью повалился на траву, притворно застонал и пополз по траве,
приволакивая одну лапку. - О-оой, бедненький я раненый котеночек!
Помогите мне, добрые Двуногие! Ой, как больно!
- Замечательно! - восхитился Желудь, любуясь маленьким
притворщиком. - А теперь скажи, что на самом деле должен сделать умный
воитель, чтобы увести Двуногих от лагеря?
Звонколап сел и задумался.
- Я знаю! Я! - запрыгала Траволапка. - Если мы увидим, что Двуногие
ушли со своей территории и направляются в нашу сторону, нужно быстробыстро бежать в лагерь и увести оттуда стариков и котят! Лучше всего
спрятать их в камышах или отнести вниз по течению.
- Умница! - похвалил Желудь и посмотрел на стволы буков. - А теперь
давайте учиться лазать по деревьям.
Жуконос поперхнулся.
- Лазать? По деревьям?
Желудь ловко вскочил на торчащий из земли корень.
- С высоты удобнее всего следить за лагерем Двуногих, - объяснил он,
выпуская когти. - Помните, как прошлой луной Туманинка заметила, что
Двуногие притащили на болото свою глупую собаку?
Траволапка испуганно ощетинилась:
- Я тогда впервые в жизни увидела собаку! Ой, какая она стра-а-ашная!
Криворот пригладил ее шерстку своим пушистым хвостом.
- Если бы Туманинка вовремя не заметила собаку и не увела ее прочь,
эта тварь могла бы найти наш лагерь и ворваться внутрь.
- Ладно, - кивнул Жуконос и подошел к стволу. - Давайте
тренироваться. - Он поманил к себе Камышика: - Ты первый. Я за тобой.
Камышик подбежал к дереву, остановившись между корнями. Сопя от

105.

натуги, он подпрыгнул, вцепился когтями в кору и подтянулся на нижнюю
ветку. Та предательски закачалась, и оруженосец с визгом выпустил когти.
- Теперь твоя очередь, - Криворот посмотрел на Траволапку и кивнул
на соседнее дерево.
Она вытаращила глаза.
- А… Ой, прямо лезть? На дерево?
- У тебя все получится, - твердо сказал Криворот. - Не забудь
выпустить когти и цепляйся покрепче, поняла?
Она закивала, подпрыгнула и повисла на стволе.
- Лезь! - прикрикнул Криворот. - Помнишь, как ты забиралась мне на
спину, когда была маленькой? - Он поежился, вспомнив острые, как
иголочки, коготки.
Траволапка подтянулась и полезла вверх - сначала робко, а потом все
быстрее и увереннее. Окончательно осмелев, она белкой взлетела на ветку
и пробежалась по ней до конца, помахивая хвостом.
- Чудесно! - искренне воскликнул Криворот. Он быстро полез наверх,
глубоко вонзая когти в мягкую кору дерева. Выбравшись на ветку,
Криворот всмотрелся в густую листву и вскоре увидел мелькавшую среди
ветвей светлую шерстку Траволапки. Его ученица ловко лезла вверх. Остановись на следующей ветке, слышишь? - громко мяукнул Криворот. Чем выше, тем ветки тоньше, они могут обломиться под тобой.
- Хорошо! - донесся сверху веселый голосок Траволапки.
- Надеюсь, у тебя хватит ума послушаться, - пробурчал себе под нос
Криворот.
- Не волнуйся, - мяукнул с соседнего дерева Жуконос. - Я ее вижу! Там
ветки частые, она никуда не свалится.
Камышик посмотрел на своего наставника.
- Можно мне залезть на вершину?
- Нет.
Желудь все еще стоял внизу, пытаясь уговорить своего ученика.
- Ну давай же, Звонколап, ну хоть попробуй, - донесся до Криворота
ласковый голос брата.
- Не хочу на дерево, я Речной кот, а не Грозовой, - шипел Звонколап,
пятясь назад. - Мы плаваем, а не скачем по веткам, как белки!
- Настоящему воину никакие навыки не помешают, - наставительно
сказал Желудь. - У тебя сильные когти, а от лазанья они станут еще сильнее
и не раз выручат тебя в бою.
- Ой, Криворот! - вдруг запищала сверху Траволапка, свешивая голову
с ветки.

106.

Криворот вскинул голову, испуганно вздыбил загривок.
- Что такое? Что с тобой?
- Ой, Криворо-о-о-от! - снова запищала ученица.
- Да что такое?
Шипя от волнения, Криворот полез выше.
- Уже иду!
Неужели глупышка посмотрела вниз и застряла от страха? Он слышал,
что такое часто случается с котами. А может быть, она наткнулась на
пчелиный улей и ее покусали?
«Великое Звездное племя, спаси ее и сохрани! - взмолился Криворот,
быстро работая лапами. - Не дай ей упасть!» Земля скрылась из виду,
теперь вокруг него были только ветки и листья.
- Ой, а там собака! - испуганно пропищала Траволапка. - Огромная! Листья громко зашуршали над головой у Криворота. - Она бежит прямо
сюда!
Криворот весь ощетинился, как еж. Собака бежала в сторону лагеря!
Он вгляделся сквозь ветки и сначала не увидел ничего, кроме широкого
зеленого луга. В следующую секунду из зарослей выскочила здоровенная
рыжая псина. Она пробиралась сквозь высокую осоку, как рыбка через
заросли подводной речной травы.
Криворот приоткрыл пасть. Мерзкий запах защекотал его язык. Лагерь
Речного племени был хорошо замаскирован камышами и плакучими ивами,
но если собака продолжит бежать в ту сторону, то очень скоро выскочит
прямо на поляну, где отдыхали ничего не подозревавшие коты! Нужно было
ее остановить!
- Сиди тут! - грозно приказал Криворот своей ученице. - Не вздумай
спускаться, пока я тебе не разрешу, ты слышишь? Только попробуй
ослушаться, и я попрошу Ледозвезда вернуть тебя обратно в детскую!
Притихшая Траволапка крепче впилась когтями в ветку и закивала.
- Ты ее видишь? - мяукнул Жуконос. Он распластался на ветке и
смотрел вниз, свесив голову. Криворот догадался, что ветки загораживали
Жуконосу обзор.
- Да, - ответил Криворот. - Она бежит прямо сюда. Нужно немедленно
увести ее от лагеря.
- А как же оруженосцы?
- Скажи Камышику сидеть на дереве и не слезать, пока ты не
вернешься.
Камышик вытянул шею.
- Можно мы вам поможем?

107.

- Малы еще с собаками сражаться! - прошипел Криворот. Сейчас было
не время выбирать слова и беречь ранимые чувства оруженосцев!
Он спрыгнул на землю, огляделся по сторонам.
Желудь все еще уговаривал Звонколапа забраться на нижнюю ветку.
- Гони его на дерево! - рявкнул Криворот, подталкивая котенка к
дереву. - Живо наверх! Сюда бежит собака, очень большая и очень быстрая,
оруженосцам от нее ни за что не убежать. Лезь на дерево и пережди там,
если не хочешь стать падалью, понял? А мы попробуем увести ее от лагеря.
Звонколап взлетел на дерево с такой скоростью, которой позавидовал
бы любой Грозовой воитель.
- Выше! - подбодрил его снизу Желудь.
Звонколап еще быстрее заработал лапами и с торжествующим воплем
спрыгнул на толстую ветку, крепко вцепившись в нее когтями.
Желудь кивнул и посмотрел на брата.
- Куда побежим?
- Сначала на луг, чтобы попасться ей на глаза, - прошипел Криворот,
выпуская когти.
- А потом? - коротко спросил Жуконос.
- Поведем ее вверх по склону, подальше от лагеря, - решил Криворот. Прочь с нашей территории. - Она напрягся, взмахнул хвостом. - Одному из
нас придется побежать в лагерь и предупредить наших.
- Давайте я побегу! - пискнул Камышик с ветки.
- Где я велел тебе сидеть? - взревел Жуконос, оборачиваясь к дереву.
Но Камышик уже кубарем скатился с дерева и помчалась прочь, так
что земля брызнула из-под его лап.
- Он у меня шустрый, - пробормотал Жуконос, качая головой. - Я в нем
уверен, он все передаст. А уж потом я ему задам за непослушание, проворчал он.
- Отлично, - кивнул Криворот, обводя глазами луг. Собака
приближалась. - Идем!
Он промчался вниз по склону и нырнул в высокую траву. Теперь он
потерял собаку из виду, но хорошо помнил, где она была. Открыв пасть,
Криворот побежал вперед через траву. Желудь несся за ним, Жуконос
замыкал цепочку.
Мчась по узким проходам между сочными болотными травами,
Криворот молил Звездное племя не дать ему ошибиться и разминуться с
псиной. Он втянул в себя воздух и даже закашлялся от густой вони. В
следующее мгновение впереди послышался тяжелый топот лап.
- Готовы? - прохрипел Криворот.

108.

Стоило ему выскочить из-за кочки, как его оглушила собачья вонь.
Сбоку мелькнуло что-то черное. Криворот развернулся и бросился в
сторону, Желудь припустил за ним. На бегу Криворот поискал глазами
Жуконоса и вскоре увидел его впереди. Черный воин молнией вылетел из
куста осоки и с пронзительным визгом помчался навстречу собаке. Та
оглушительно залаяла.
- Ведем ее в буковую рощу! - проорал на бегу Жуконос.
- Она за тобой? - спросил Криворот, ничего не видевший из-за высоких
метелок болотной травы.
- Оглянись назад, рыбья голова!
Криворот обернулся - собака была в хвосте за его спиной. В первое
мгновение он увидел только огромную разинутую пасть, с которой капала
слюна. Потом разглядел широкую грудь и мощные плечи, на которых
ходуном ходили мышцы.
Жуконос помчался еще быстрее, Криворот бросился за ним. Собака,
заливаясь лаем, затопала ножищами позади них.
На бегу Криворот метался из стороны в сторону, зная, что на таких
поворотах неуклюжей собаке никогда не угнаться за шустрым котом.
Задыхаясь от напряжения, он влетел в рощу и помчался вверх по склону,
молясь Звездному племени, чтобы у оруженосцев хватило ума и выдержки
остаться в укрытии. Земля под его лапами сделалась тверже, топкая
низинка сменилась ивняком. Выскочив из густой травы, Криворот увидел,
что Желудь уже петляет впереди среди деревьев. В лесу бежать было
труднее, дорогу то и дело преграждали то стены папоротников, то колючие
кусты боярышника.
Услышав за спиной визг Жуконоса, Криворот впился когтями в землю
и прибавил скорость. Собака то лаяла, то выла на бегу.
- Разбегаемся в стороны! - проорал он на бегу.
В тот же миг Желудь помчался вверх по склону, а Жуконос бросился
вперед. Криворот побежал к реке, стараясь подальше обойти лагерь.
Обернувшись, он с ужасом понял, что собака решила преследовать именно
его. Пролетев мимо лагеря, Криворот ворвался в куст увядших голубых
колокольчиков. Кровь стучала у него в ушах, острые камни больно кололи
лапы, легкие горели, как обожженные. Собака настигала, ее рычание
слышалось совсем близко, горячее дыхание опаляло его хвост.
Криворот поскользнулся на влажном мху и едва не упал, но в
последний момент сумел устоять и побежал дальше.
Лагерь остался позади, а значит, главная задача была выполнена.
Теперь можно было подумать о собственном спасении.

109.

Криворот метнулся в сторону и помчался вниз по берегу, рассчитывая
набрать скорость на спуске. Собака бросилась за ним, но ее неуклюжие
лапищи разъехались на траве, и она неуклюже завалилась на бок. Криворот
взвизгнул от радости и припустил еще быстрее. За ветвями ив впереди уже
блестела река. Если он успеет добежать до воды, то сможет хотя бы
отдышаться. Но собака уже вскочила на лапы и снова бросилась в погоню.
Она уже почуяла близкую добычу и ни за что на свете не хотела отказать
себе в удовольствии порвать наглого кота в кровавые клочья.
Захрипев, Криворот вырвался из папоротников и спрыгнул на берег.
У края воды на камнях стояла Моросинка. Видимо, она только что
пришла сюда, чтобы напиться. Заслышав треск ломаемых кустов,
Моросинка обернулась - и ее глаза округлились от ужаса.
- Собака! - прохрипел Криворот. Он развернулся и снова побежал
наверх. Ни в коем случае нельзя было подпускать собаку к берегу. Когда
разгоряченная погоней псина вылетела из папоротников, Криворот
оглушительно завизжал, чтобы привлечь ее внимание. Собака хотела
развернуться и броситься за ним, но тяжесть тела увлекла ее вниз, и она
кубарем покатилась по берегу. Раздался душераздирающий кошачий вопль.
Моросинка!
Криворот обернулся на бегу, глубоко взрыв когтями песок.
Папоротники скрывали от него берег. Он лихорадочно бросился в них,
выскочил - и увидел, как его мать падает в воду. Собака в недоумении
остановилась, не понимая, куда подевался нахальный кот, за которым она
так весело гналась. Но вот глаза ее вспыхнули - она увидела другую кошку,
отчаянно барахтавшуюся на мелководье среди камней.
Криворот с громким воплем бросился на собаку. Стремительно
полоснул ее когтями по носу, отпрыгнул в сторону и бросился наутек.
Собака взывала от боли и ярости, галька захрустела под ее лапами.
Криворот жадно глотнул воздух и снова побежал вверх по склону. Лапы у
него подгибались, в глазах темнело. Кажется, на этот раз ему не уйти…
И тут из куста боярышника выскочил Желудь.
- Беги, помоги Моросинке! - проорал он на бегу, проносясь перед
носом у собаки.
- Мы ее уведем! - прохрипел выбежавший следом Жуконос.
Криворот нырнул под колючие ветки, упал на землю и закрыл глаза.
Его била дрожь, перед глазами колыхался туман. Тяжелые лапы
прогрохотали у него над ухом, погоня устремилась в сторону ивняка.
Передохнув, Криворот выбрался из-под куста боярышника и побежал
вниз, к реке. Выйдя из камышей, он остановился и огляделся. Моросинки

110.

нигде не было видно. Куда же она подевалась?
И тут он ее увидел.
Его мать лежала в воде возле большого острого камня. Волны тихо
качали ее тело, колыхали серую шерсть. Быстрее ветра Криворот слетел
вниз и зашлепал по воде. Наклонившись, он схватил мать за шкирку и
вытащил на берег.
«Брось ее! - Запах Кленовницы ударил в его ноздри. - Спасай своих
товарищей! Племя превыше всего!»
Мокрая шерсть Моросинки пахла кровью. Видимо, она ударилась о
камень, когда собака сшибла ее в воду. Криворот с ужасом заглянул в
пустые открытые глаза матери. Он выпустил ее тяжелое тело, и оно
безжизненно упало на гальку.
«Я… Надо привести Ежевичинку!»
Но тут прямо перед ним проступил призрачный силуэт Кленовницы.
Трава и камыши просвечивали сквозь ее рыжую фигуру.
«Не смей возвращаться в лагерь! - прорычала Кленовница. - Помоги
своим товарищам! Твое место не здесь, а рядом с ними! Ты помнишь свое
обещание?»
Но Криворот все равно медлил.
«Ты хочешь быть великим или нет?» - зашипела Кленовница,
приблизив оскаленную пасть к его носу.
Криворот снова посмотрел на мать. Она не шевелилась, вода ручьями
стекала с ее обмякшего тела. Чем он может ей помочь? Похоже, здесь даже
Ежевичинка уже ничего не исправит…
Он повернулся и побежал прочь от неподвижного тела Моросинки.
Криворот нагнал своих друзей за кустами боярышника. Собака уже
выдохлась, язык вывалился у нее из пасти, глаза закатились. Растеряв всю
свою свирепость, она вяло ковыляла следом за котами. Когда Криворот
поравнялся с Желудем, тот обернулся, кивнул и помчался дальше.
Вскоре деревья начали редеть, земля под кошачьими лапами
выровнялась, и впереди показались изгороди фермы. Речные воители
перебежали границу и очутились на чужой территории. Вот впереди
выросла высокая ограда, они ловко подлезли под нее и выбежали на
широкое поле.
Коровы медленно бродили среди высокой травы. Заливаясь
негодующим лаем, собака запрыгала с другой стороны забора. Она была
слишком крупная, чтобы подлезть под него, поэтому могла только в
бессильной ярости бросаться на твердую сетчатую паутину.
Ликующая радость победы затопила Криворота.

111.

- Мы победили! - завопил он, бросаясь к товарищам. - Мы ее
обманули! И удрали! Глупая шавка!
Тяжело дыша, коты уставились не беснующуюся за изгородью собаку.
Жуконос еле стоял на лапах, глаза у него закатились.
Желудь выгнул спину, зашипел.
Из ивняка донесся громкий крик. Криворот упал в траву и с
нескрываемым торжеством стал смотреть, как огромный Двуногий
подходит к собаке и хватает ее за загривок. Глупая пустолайка разразилась
обиженным тявканьем, но Двуногий потащил ее прочь.
Победа!
- Как Моросинка?
Вопрос Желудя заставил Криворота окаменеть.
- С ней все в порядке?
Криворот тупо уставился на брата. Потом шумно сглотнул.
- Я… я уже ничем не мог ей помочь, - выдавил он.
- Она… умерла? - Глаза Желудя заблестели. - Как? Ее убила собака?
Она ее порвала?
- Нет, она сбросила ее в воду, - прошептал Криворот, съеживаясь под
взглядом брата. - Она ударилась о камень.
Желудь сорвался с места и побежал к реке.
- Ничего, может быть, она просто потеряла сознание! - промяукал он
на бегу. В его голосе звенела надежда. - Наверное, она уже очнулась! Ты
привел Ежевичинку?
- Н-нет… Я побежал к вам…
- Ты ее бросил? - Желудь резко обернулся и посмотрел на брата так,
словно видел его впервые. - Ты не позвал Ежевичинку?
- У меня не было времени… Я должен был прогнать собаку.
- Собаку вели мы с Жуконосом! - ощетинился Желудь. - Я оставил тебя
с Моросинкой, я просил тебя позаботиться о ней!
Криворот никогда не слышал, чтобы Желудь разговаривал с кемнибудь таким тоном. Кровь застыла у него в жилах. Неужели он поступил
неправильно?
Криворот зажмурился.
«Нет! Я все правильно сделал! Я обещал защищать мое племя, и я его
защищал. Моросинка погибла. Она точно была мертвая… Или нет?»
Криворот открыл глаза. Желудь уже прополз под изгородью и мчался
через ивняк. Криворот с тяжелым сердцем побежал за ним.
Когда он выскочил на берег, его брат сидел возле тела матери. Глаза
Моросинки были пусты. Лужица крови медленно растекалась по песку

112.

вокруг ее головы.
- Она умерла, - глухо произнес Желудь, в упор глядя на брата. - Наша
мать умерла.

113.

Глава XI
Тело Моросинки лежало посреди поляны. Желудь сам принес
Моросинку в лагерь, злобно рыча на Криворота всякий раз, когда тот
пытался ему помочь. Теперь все племя в скорбном молчании сидело над
телом погибшей воительницы, а Криворот, застыв перед стеной палатки,
молча смотрел, как Речные коты прощаются с его матерью.
Туманинка дотронулась носом до шерсти Моросинки.
- Ты была преданной воительницей.
Щукозуб склонился к ее уху.
- Нам будет не хватать тебя.
У Криворота защипало глаза. Теперь уже он не добьется того, чтобы
мать им гордилась. Моросинка уже не признает его своим сыном, никогда
не полюбит, не станет уважать… Криворот не смел поднять головы, боль и
вина терзали его страшнее собачьих когтей.
Желудь сидел в дальнем конце поляны. Цветенница и Мышелов
прижимались к нему, но Желудь невидящими глазами смотрел прямо перед
собой. Криворот видел, как Переливчатая, отойдя от тела Моросинки, чтото тихо шепнула брату на ухо, но он даже не пошевелился. Чащобник тоже
молча склонил голову перед Желудем, соболезнуя его горю.
Гнев охватил Криворота. Правильно, пускай все жалеют Желудя, ему
нет до этого никакого дела! Сколько можно притворяться? Все знают, что
Моросинка обожала Желудя, но ни капли не любила его, Криворота,
который так жестоко растоптал все ее надежды, покалечившись в раннем
детстве!
«Ну и пускай горюют, пускай утирают слезы Желудю, - злобно
подумал Криворот, отворачиваясь в сторону. - Мне все равно!»
Но кого он хотел обмануть? Разве все эти злые мысли могли хоть
немного унять боль, сжимавшую его сердце?
- Все нормально, - сказала Вербовейная, подходя к нему после
прощания. Она нежно прижалась щекой к плечу Криворота. - Теперь она
будет смотреть на тебя с небес.
Криворот подавил горестный вопль. Ему вдруг захотелось завыть, как

114.

котенку: «Да захочет ли она смотреть на меня? Теперь она точно никогда
меня не простит!»
- Ты такой храбрый, - прошептала Вербовейная. - Ты не побоялся
броситься на собаку и увел ее от нашего лагеря!
«Я не храбрый. Я не добрый. Я должен был остаться с матерью, а не
показывать всем, какой я герой», - с отвращением подумал Криворот. Эта
мысль гремела у него в голове, но он знал, что никогда не посмеет
поделиться ею с Вербовейной.
Когда коты разошлись, из-под ивы вышел Ракушечник. Он
остановился перед телом бывшей подруги, с которой так давно расстался.
Глаза его блестели.
Глядя на отца, сгорбленного горем, Криворот вдруг понял, что
Ракушечник никогда не переставал любить его мать. Вот глашатай Речного
племени сел перед телом Моросинки, закрыл измученные глаза. Он
выглядел совсем старым. Криворот испуганно заморгал. Этой ночью он
впервые заметил, что шерсть отца утратила лоск и блеск, а усы поседели.
Желудь оставил Мышелова и Цветенницу и подошел к отцу. Он
прижался щекой к макушке Ракушечника, сел рядом с ним и уткнулся
носом в шерсть Моросинки. Тучи скрыли луну, погрузив в тень три
неподвижные фигуры.
Криворот туже подвернул под себя лапы, закрыл глаза.
«Прости меня, - заговорил он про себя. Криворот не знал, слышит ли
его Моросинка, добралась ли она до Звездного племени, но ему
необходимо было сказать то, что камнем лежало у него на сердце. - Я
поступил ужасно, бросив тебя одну на берегу. Я должен был сразиться с
собакой и спасти тебя».
Надежда затеплилась в груди Криворота. Может быть, Кленовница
встретит Моросинку в Звездном племени и передаст ей, как сильно
Криворот винит себя и как раскаивается в своем поступке?
«Прости меня за все, Моросинка, - просил Криворот. - Прости за то,
что тайком убежал из лагеря и сломал челюсть. Прости, что позволил тебе
погибнуть. Прости, что бросил одну на берегу, а сам побежал
геройствовать, забыв о твоей смерти. Мне будет очень тебя не хватать…
Мне очень жаль, что я так и не сумел добиться твоего прощения…»
Криворот открыл глаза, посмотрел на сверкающий в вышине
Серебряный пояс.
- Прости меня, пожалуйста, - тихо прошептал он.
Вербовейная повернула голову, лизнула его в щеку. Вскоре они уснули,
тесно прижавшись друг другу, под теплым небом Зеленых листьев, под

115.

тихий шелест ветерка, гулявшего над поляной.
Криворота разбудили шаги. Серый рассвет занимался над лагерем.
Старейшины выносили тело Моросинки, чтобы похоронить его за
пределами лагеря. Ракушечник и Желудь провожали их взглядами, глаза
обоих сухо блестели от горя и усталости.
Когда Трещотка и Плавник подняли тело Моросинки и положили его
на широкую седую спину Бурьяноусого, Желудь опрометью бросился
прочь и скрылся в воинской палатке. Ракушечник подошел к Бурьяноусому,
подставил тому плечо.
Из палатки целительницы тихо вышла Ежевичинка, склонив голову. Не
говоря ни слова, она перешла через поляну и остановилась перед
Криворотом. Он встал, стараясь не разбудить спавшую рядом с ним
Вербовейную.
- Она не страдала, - тихо сказала Ежевичинка. - Ударившись о камень,
она сразу потеряла сознание и умерла, даже не успев понять, что
случилось.
Криворот сгорбился.
- Ты просто хочешь меня утешить.
- Нет! - отпрянула Ежевичинка. - Я никогда не стала бы лгать, тем
более в таком случае!
Криворот поморщился. Ну вот, опять он сделал что-то не то, на этот
раз оскорбил целительницу!
- Я… я просто…
Почему он никогда и ничего не может сделать правильно? Почему от
него одни неприятности?
- Нам нужно поговорить, Криворот, - твердо сказала Ежевичинка.
- Пусть все коты, умеющие плавать, соберутся на поляне, чтобы
выслушать мои слова! - разнесся над спящим лагерем громкий голос
Ледозвезда.
Вербовейная вскочила на лапы.
- А? Что происходит?
- Не знаю, - процедила целительница и пошла прочь, оставив
Криворота хлопать глазами. Что все это значило? О чем она хотела с ним
поговорить?
Зашуршали стены палаток, коты выбежали на поляну и расселись
вокруг своего предводителя. Криворот и Вербовейная тоже
присоединились к толпе.
Пачкун посторонился, уступая место. Он кивнул Кривороту, прижался
боком к его боку.

116.

- Я соболезную твоей утрате.
- Спасибо, - пробормотал Криворот Уши у него запылали от стыда.
- Горе объединило нас, - начал Ледозвезд, окинув взглядом
собравшихся. - Но я хочу, чтобы мы объединились в радости победы. Вы
все знаете, что я говорю об участке земли, по праву принадлежащем
Речному племени! Там всегда тепло. Там всегда есть тень. Там наши коты
отдыхают, а старейшины греют косточки под солнцем. Речное племя!
Пришло время установить свои метки на Нагретых камнях. Пора преподать
хороший урок блохастым пожирателям белок!
- Нагретые камни! - завизжал Чащобник. - Да!
Криворот поискал глазами Ракушечника и Желудя. Захотят ли они
отвлечься от своего горя, отправившись в патруль? Но ни его отца, ни брата
нигде не было видно. Криворот уныло повесил хвост и вздохнул…
- Криворот! - громко выкрикнул Ледозвезд. - Ты отправишься на
Нагретые камни! С тобой пойдут Пачкун и Мышелов.
Криворот с удивлением покосился на него. Глубокая морщина
прорезала лоб Пачкуна. Траволапка выскочила вперед.
- А оруженосцев вы не возьмете? - пропищала она, распушая хвостик.
- Нет, - покачал головой Ледозвезд. - Сегодня мне нужны только самые
опытные воины. Я надеюсь, что мы не встретим сопротивления, но если
нам придется столкнуться с патрулем, наши соседи должны на своих
шкурах почувствовать остроту когтей и зубов Речного племени!
Чернолапник высоко задрал хвостик и оскалился.
- У меня очень острые зубы!
- Нам же нужна боевая подготовка! - запищала Солнцелапка. - Если
мой наставник идет воевать, то почему я должна сидеть в лагере?
Ледозвезд серьезно посмотрел на оруженосцев, кивнул.
- Впереди будет еще немало битв, - сказал он. - Надеюсь, сегодня все
пройдет быстро и без борьбы, так что тренироваться там точно не
придется. - Он посмотрел на племя. - Совокрыл, Щукозуб и Мягкокрылая!
Вы составите второй патруль и отправитесь к Нагретым камням не вплавь,
а по каменной переправе. Ждите нас у подножия камней. Если мы встретим
сопротивление, я подам вам сигнал.
Криворот одобрительно сощурил глаза. Что и говорить, план был
совсем неплох! Если Речным котам придется сражаться у подножия
Нагретых камней, то река даст им преимущество. Грозовым воинам
придется вести себя очень осторожно и постоянно сдерживать себя, чтобы
не свалиться в воду, а у Речных воителей лапы будут свободны!
- Молю Звездное племя, чтобы все обошлось без кровопролития, -

117.

закончил Ледозвезд. - Мы уже потеряли одну храбрую и преданную
воительницу, и я не могу допустить, чтобы в нашем племени прошла еще
одна скорбная ночь.
Коты одобрительно закивали. Когда все собрались расходиться,
Пачкун вдруг вышел вперед и остановился перед предводителем.
- Скажи мне, Ледозвезд, стоит ли снова рисковать жизнями наших
воинов ради этих скал? - громко спросил он.
Мертвая тишина воцарилась на поляне, все коты уставились на
Пачкуна.
Ледозвезд с искренним недоумением воззрился на старого воина.
- Я не понимаю тебя, Пачкун, - сказал предводитель, не скрывая своей
растерянности. - Ты возражаешь против битвы? Сколько я тебя помню, ты
всегда был первым в бою и последним в бегстве!
Криворот сощурил глаза. В самом деле, Пачкун всегда был одним из
самых храбрых и сильных котов в племени. Его преданность ни у кого не
вызвала сомнений. Почему же теперь он колеблется?
- Я просто не знаю, стоит ли снова и снова вести одну и ту же битву,
теряя кровь и жизни своих товарищей, - ответил Пачкун, твердо глядя в
глаза своему предводителю.
- Значит, ты готов наплевать на честь Речных котов и позволить
белкоголовым захватчикам топтать наши скалы? - завизжал горячий
Волнорез.
Ледозвезд взмахнул хвостом, веля ему замолчать.
- Ты отказываешься принимать участие в битве? - спросил он у
Пачкуна.
- Нет, я не отказываюсь, - сипло выдавил Пачкун. - Если ты отдашь
приказ, я буду сражаться не хуже других.
- Когда мы выступаем? - громко спросил со своего места Криворот.
Ему хотелось во что бы то ни стало сгладить возникшее напряжение и
отвлечь внимание племени от Пачкуна.
- Сейчас, - ответил Ледозвезд, поворачиваясь в сторону выхода.
Мышелов вприпрыжку побежал за ним, а Криворот подошел к Пачкуну.
Ему хотелось спросить старого кота, почему он не отказывается от участия
в патруле, если возражает против битвы.
Но Пачкун предупредил его вопросы.
- Не волнуйся, - тихо сказал он. - Я буду драться не хуже других. У
меня не рыбье сердце, а Ледозвезд по-прежнему остается моим
предводителем. Поверь, я знаю, что такое Воинский закон и никогда не
нарушу своей преданности.

118.

Когда они вышли на берег, Совокрыл, Мягкокрылая и Щукозуб уже
бежали к переправе.
Ледозвезд первый вошел в воду и поплыл через реку. Дымный шар
солнца медленно выползал из-за ив. Нагретые камни купались в розовом
сиянии рассвета, роса быстро высыхала на их гладких вершинах.
Криворот бросился в воду, зажмурился от приятной прохлады и
заработал лапами. Вскоре он уже вышел из реки, отряхнулся и с
наслаждением расправил плечи. Купание в прохладной воде освежило его,
придало сил для будущей битвы. Словно на крыльях, он взлетел на нижний
камень и устремился за Ледозвездом, Мышеловом и Пачкуном.
Сердце тревожно забилось в груди Криворота, когда он вскочил на
вершину и увидел расстилавшийся внизу лес. Боевой задор забурлил в его
крови, наполнил силой лапы, прогнал печаль. Наконец-то ему выпадет
возможность сразиться за свое племя! Смотрит ли Моросинка на него с
небес? Видит ли, как он хочет заслужить ее уважение?
Ледозвезд махнул хвостом в сторону опушки леса.
Криворот уже знал, что нужно делать. Подбежав к дальнему краю
Нагретых камней, он сделал то же, что в прошлый раз сделал Ракушечник.
Пока Ледозвезд и Мышелов размечали другой конец границы, Криворот
бросился к первому дубу, росшему на краю скалы, и щедро пометил его.
Пачкун оставил свою метку на соседнем кусте, после чего они двинулись
вдоль подножия скал, по очереди помечая все вокруг.
- Все равно не понимаю, зачем Грозовым котам Нагретые камни, вздохнул Мышелов, глядя в рассветную мглу леса. - Они же так любят
темноту!
- Может, у них в лесу так темно, что бедняги видят солнце только на
Нагретых камнях? - предположил Криворот. Внезапно он замер. За
стволами деревьев раздался тихий шорох. Кусты встрепенулись, задрожали.
В воздухе разнесся отчетливый запах Грозового племени. Криворот с
шипением попятился прочь от границы. Пачкун вцепился когтями в землю,
оскалил пасть. Мышелов вздыбил загривок.
- Не забывайте, - в последний раз тихо предупредил Ледозвезд, - если
они затеют драку, мы должны заманить их на берег и заставить принять бой
как можно ближе к воде.
Внезапно из леса выскочил распушившийся Змеезуб. Криворот
напрягся, приготовившись броситься на него.
- Мы так и знали, что рано или поздно вы захотите вернуть себе
Нагретые камни! - прошипел Змеезуб. Он взмахнул хвостом и из-за
деревьев вышли Вихрегон, Безух и Пестролистая. - Сколько раз мы должны

119.

обращать вас в позорное бегство, прежде чем вы поймете, что это наши
камни?
- А вы попробуйте, а потом посчитаете! - звонко мяукнул Мышелов,
выгибая спину. Он бросил быстрый взгляд на Ледозвезда. Криворот знал,
что молодой воин ждет сигнала начать притворное отступление, чтобы
увести Грозовых котов к реке.
Ледозвезд поднял хвост, открыл пасть… Но тут вперед вышел Пачкун.
- Довольно!
- Что? - резко повернулся к нему Ледозвезд. Змеезуб с любопытством
сощурил глаза, было видно, что ему не терпится стать свидетелем
перебранки между предводителем Речных котов и простым воином. Но
Пачкун лишь устало покачал головой.
- Слишком много крови пролито за эти камни, - тяжело вздохнул он.
- Я так и знал, что они сдадутся без боя, - прыснул Вихрегон.
- Нет, - покачал головой Пачкун. Криворот видел, что Ледозвезд
напрягся всем телом, однако не тронулся с места и не промолвил ни слова,
позволив Пачкуну договорить. - Нагретые камни издревле принадлежали
Речному племени и всегда будут нашими!
Змеезуб хлестнул себя хвостом.
- Никогда! - он припал к земле, изготовившись к прыжку.
- Постой! - остановил его Пачкун. - Мы решим этот спор прямо сейчас,
если ты, конечно, не струсишь!
Змеезуб пронзительно завизжал, выпустив когти.
- Нет, я не трус! Хочешь в этом убедиться?
- Хочу, - кивнул Пачкун. - Сразись со мной на этих спорных скалах.
Один на один.
Змеезуб отпрянул, хлопая глазами.
- Один на один?
- Ну да, - спокойно кивнул Пачкун. - Только ты и я. Каждый из нас
будет представлять свое племя. Кто победит - того и скалы.
Змеезуб громко фыркнул. Потом обернулся и посмотрел на своих
товарищей.
- Это будет слишком просто! - хвастливо воскликнул он, потом
посмотрел на Ледозвезда. - Ты согласишься с этим? - недоверчиво спросил
он. Было заметно, что предложение Пачкуна привело его в восторг.
Ледозвезд переступил с лапы на лапу, посмотрел на своего
строптивого воина. Потом сделал шаг вперед.
- Да, - коротко рявкнул он. - Ты хочешь спросить разрешения у
Солнцезвезда или мы можем решить все прямо сейчас?

120.

- Не стану я ничего спрашивать, - взвыл Змеезуб. Его желтые глаза
полыхнули жадным огнем, очевидно, он уже считал битву выигранной и
предвкушал, как доложит предводителю о своей быстрой и славной победе.
- Я временно замещаю глашатая, а глашатай - это все равно что
предводитель! Значит, решение принимать мне. И я его принял!
Пачкун вышел на середину каменной груды. Змеезуб бросился за ним,
крепкие мышцы перекатывались под его крапчатой бурой шкурой.
Вихрегон, Пестролистая и Безух заняли свои места, приготовившись
следить за ходом поединка. Криворот, Ледозвезд и Мышелов встали за
спиной у Пачкуна.
Страх забегал по шерсти Криворота. Сердце у него тревожно забилось.
Стоять и смотреть на битву было гораздо хуже, чем сражаться самому!
«А если бы все споры решались такими поединками? - неожиданно
подумал он, но прогнал эту мысль. - Нет, тогда все боевые навыки будут
бесполезны! Зачем нужно целое племя воителей, если достаточно
подготовить одного бойца?» Криворот чувствовал себя совершенно
беспомощным, он не знал, куда ему девать лапы и что делать с когтями.
Пачкун обошел вокруг Змеезуба, тот прижал уши и зашипел. Внезапно
Змеезуб встал на задние лапы и ударил обеими передними Пачкуна по
спине. Пачкун стремительно опрокинулся набок, увлекая за собой
Грозового кота. Коты сцепились, в ход пошли зубы и когти. Пачкун глубоко
впился зубами в плечо Змеезуба, тот с визгом вырвался и молниеносно, как
гадюка, бросился вперед. Пачкун отпрыгнул. Змеезуб куснул его за лапу.
Пачкун встал на дыбы и отшвырнул противника прочь, на мгновенное
открыв незащищенный живот. Змеезуб мгновенно воспользовался этим. Он
выбросил вперед переднюю лапу с выпущенными когтями. Пачкун с
визгом упал и покатился по камням.
Ветрогон и Безух бросились врассыпную, чтобы упавший не сбил их с
ног. Змеезуб бросился на него, чтобы добить, но Пачкун быстро вскочил на
лапы и встретил его ударом. Снова замелькали когти, снова кровь брызнула
на камни. Коты сражались с такой яростью, что Криворот испугался, как
бы они не убили друг друга. Пронзительный кошачий визг разнесся над
камнями, вспугнув стайку дроздов.
Когти заскребли по камням. Повернув голову, Криворот увидел
Совокрыла, Щукозуба и Мягкокрылую, которые торопливо взбегали на
скалы.
- Не подходите, - предупредил он, увидев, что коты готовы броситься
на помощь Пачкуну.
Щукозуб непонимающе захлопал глазами.

121.

- Змеезуб и Пачкун сражаются один на один, - быстро пояснил
Криворот.
Змеезуб с утроенной силой теснил Пачкуна к краю скал. Кровь текла
по морде Речного кота, заливала ему глаза.
«Как же он видит? - простонал про себя Криворот. - Хватит!
Заканчивайте этот поединок!»
Когда Змеезуб бросился вперед, намереваясь последним ударом
столкнуть врага со скал, Криворот понял, что долго уже не выдержит. Он
весь дрожал, каждая жилка в его теле рвалась в бой. В последний момент
Пачкун вдруг уперся и удержался на краю. А потом нанес свой удар. С
диким воплем он бросился вперед, встал на задние лапы и ударил Змеезуба
головой в грудь.
Не давая противнику опомниться, Пачкун впился зубами ему в плечо и
стащил вниз, подминая под себя. Змеезуб с визгом забился, но не смог
вырваться. Пачкун уперся лапами ему в горло и стал давить, прижимая
врага к камням.
- Сдаешься?
Змеезуб с ненавистью уставился на него, сверкая глазами.
Пачкун надавил сильнее.
- Сдаешься? - еще громче спросил он.
- Да, - еле слышно прохрипел Змеезуб. Пачкун отпустил его и отошел,
тяжело дыша и раздувая бока. Кровь стекала по его шерсти. Змеезуб
скорчился на камне, жадно хватая воздух разинутой пастью. Клочья
вырванной шерсти свисали с его боков.
Ледозвезд поставил лапу на вершину скалы и запрокинул голову в
небо.
- Нагретые камни принадлежат Речному племени! - оглушительно
завизжал он, и утреннее эхо разнесло его крик над рекой.
Грозовые коты обступили раненого Змеезуба и повели его в сторону
леса. Криворот проводил их взглядом. Сейчас в его сердце не было ни
капли жалости к побежденным. Змеезуб получил по заслугам, нечего было
бахвалиться своей силой и недооценивать противника! Правильно говорят «кто хвалится, тот с кочки свалится». Криворот посмотрел на старого
Речного кота, ожидая увидеть в его глазах радость победителя. Но Пачкун,
не говоря ни слова, повернулся и захромал в сторону берега.

122.

123.

Глава XII
- Почему ты вызвался сражаться один на один? - шипел Волнорез на
Пачкуна, который тихо лежал на поляне, подставив свои исполосованные
когтями бока Ежевичинке. Целительница суетилась вокруг, пытаясь втереть
в его раны третий слой мази.
Пачкун с досадой отстранил Ежевичинку.
- Зачем рисковать шкурами многих, если можно все решить поединком
двоих? Эти камни и так слишком щедро политы кровью, - с горечью
вздохнул он и посмотрел на поляну, ища глазами Оцелотницу. - Раньше я
тоже верил, что битвы решают все вопросы и в конце концов ведут к миру.
Но теперь я старый кот, я много всякого повидал на своем веку и могу
сказать одно - битвы несут с собой не мир, а новые битвы. Мало того, что
мы сражаемся сами, так еще и детей своих учим воевать, чтобы потом их
приводили в лагерь раненными… И это еще не самое страшное.
Криворот, сощурив глаза, смотрел на своих соплеменников. Все племя
высыпало на поляну, чтобы выслушать рассказ Ледозвезда об исходе
битвы. Все глаза были обращены на предводителя, все уши чутко ловили
каждое его слово, все брови задумчиво шевелились. Криворот с радостью
видел, что племя разделяет его сомнения по поводу поединков как способа
разрешения споров между племенами.
Поскольку Пачкун наотрез отказался идти в палатку целительницы,
Ежевичинке пришлось лечить его прямо на поляне, и она негромко шипела
себе под нос, пытаясь добраться до самых глубоких ран.
- Зачем ты позволил Пачкуну это безрассудство? - проворчал
Чащобник, недовольно глядя на Ледозвезда.
Предводитель твердо выдержал его взгляд:
- Я доверяю ему не меньше, чем всем вам.
- Он добыл для нас Нагретые камни! - воскликнула Мягкокрылая,
укоризненно поглядев на Чащобника. - Он наш герой, и мы все должны
сказать ему спасибо!
Бурьяноусый глубоко вонзил свои кривые когти в пыльную землю.
- Не нравится мне это, - прокряхтел он. - Раньше Речное племя никогда

124.

так дела не делало. Зачем эти новшества, когда есть старые добрые
схватки?
- Вот-вот, - подхватила Трещотка. - Не было у нас таких поединков,
нечего и начинать! От добра добра не ищут.
- Это трусость! - вдруг выпалил Криворот.
Пачкун резко повернулся к нему, едва не выбив листок с мазью из
лапы Ежевичинки.
- Нет, ты не трус, конечно! - поспешно заверил его Криворот. - Но я
чувствовал себя последним трусом, когда смотрел, как мой соплеменник
сражается из последних сил, а я ничего не делал, чтобы помочь ему.
Ракушечник вышел на середину поляны. Лапы у него все еще были в
земле после похорон Моросинки.
- Я понимаю твои чувства, Криворот. Что может быть страшнее для
воина, чем беспомощность перед врагом?
Ледозвезд растерянно посмотрел на Пачкуна.
- Почему ты принял такое решение? Ты усомнился в храбрости своих
соплеменников?
- Нет! - огрызнулся Пачкун. - Я никогда не сомневался в своем
племени! Просто… просто мне легче пролить свою кровь, чем подвергать
опасности других.
- Никогда так больше не делай! - воскликнул Можжевельник,
проталкиваясь через толпу к раненому коту. - Мы же племя! Один за всех и все за одного. Мы должны сражаться плечом к плечу.
- Можжевельник правильно говорит! - горячо закивала Выдрохвостая.
- Когда один кот сражается за всех, остальные чувствуют себя трусами и
предателями! Так нельзя.
Ледозвезд взмахнул хвостом, призывая всех к тишине.
- Сегодня Пачкун проявил огромную отвагу и доблесть, он одержал
победу в честном бою и вернул нам Нагретые камни. Речное племя
благодарит его за этот самоотверженный подвиг. Но в будущем мы будем
сражаться по-старому, как единое племя. Никто не пойдет в бой один. Если
воевать, так всем вместе!
- Речное племя! Речное племя! - хором завопили коты.
Криворот с облегчением перевел дух. Пачкун закрыл глаза, позволив
Ежевичинке колдовать над его ранами.
- А можно мы прямо сейчас пойдем на Нагретые камни? - умоляюще
промяукал Камышик.
Пухолапка забегала вокруг Мягкокрылой.
- Да, можно? Я никогда там не была! Пойдем, пожалуйста!

125.

- Пойдем, но позже, - улыбнулась наставница. - Ты не помнишь, кто
должен вычистить гнездышко Трещотки?
Солнцелапка выгнула спину и бешено зашипела на Лягушника.
- Берегись, Грозовой кот! - взвизгнула она, бросаясь на брата. - Никто
не отнимет у нас Нагретые камни! Ты поплатишься кровью за то, что
посмел поставить на них свою блохастую кривую лапу.
Они сцепились и покатились по траве, со смехом молотя друг друга
мягкими лапами.
Криворот подошел к Ракушечнику.
- Ты в порядке? - тихо спросил он, глядя на сломанные когти и грязные
лапы отца.
- Да, конечно, - кивнул глашатай.
Криворот покосился в сторону палатки, где спал Желудь.
- Я боюсь, что Желудь теперь никогда не захочет со мной
разговаривать, - признался он, со страхом глядя на отца.
Ракушечник погладил Криворота по спине своим длинным хвостом.
- Он просто сердится. Не волнуйся, его гнев пройдет вместе с горем. Глаза Ракушечника заблестели. - Ты, наверное, даже не помнишь, какой она
была нежной и доброй.
«Я помню», - подумал про себя Криворот. Боль снова пронзила его
сердце, он вдруг опять, пусть всего на долю мгновения, почувствовал себя
маленьким котенком, играющим на поляне под любящим взглядом матери.
Увидел гордость, светившуюся во взгляде молодой Моросинки.
- Она не была… - начал Ракушечник.
- Ледозвезд! - вдруг прогремел над поляной громкий голос Пачкуна.
Ежевичинка, обматывавшая паутиной заднюю лапу раненого, ахнула
от возмущения.
- Лежи тихо! Ты что, хочешь рассыпаться на кусочки в следующей
битве?
- Не будет никакой следующей битвы, - тихо сказал Пачкун. - Я
больше не хочу быть воином.
Что?
Бурьяноусый и Плавник обернулись, насторожив уши. Чащобник,
рывшийся в куче дичи, замер с поднятой лапой. Все племя будто
оцепенело, уставившись на воителя. Ледозвезд вытаращил глаза. Он еще не
успел уйти из-под ивы, откуда наблюдал за тем, как его соплеменники
разбредаются по своим делам.
- Ты говоришь серьезно, Пачкун? - с тревогой спросил Ледозвезд. Может быть, ты просто устал после сегодняшней битвы? Ты еще слишком

126.

молод, чтобы перебираться в палатку целителей, дружище!
Пачкун покачал головой.
- Я не хочу становиться старейшиной. Я хочу быть целителем.
Ежевичинка разинула пасть, да так и забыла ее закрыть. Клочок
паутины болтался в ее лапе.
- Ц-целителем? - переспросила она.
- Если ты согласишься взять меня в ученики, - тихо ответил Пачкун и
поклонился ей.
Все племя во все глаза смотрело на них.
Ежевичинка резко встала.
- Я надеялась, что кто-нибудь из оруженосцев проявит интерес к
моему делу, - пролепетала она. - У меня столько хлопот, что я едва
управляюсь одна. Конечно, мне очень нужен помощник!
Ледозвезд с невыразимой тоской смотрел на своего старого друга.
- Ты твердо решил? - тихо спросил он. Шерсть зашевелилась у него на
лопатках, плечи сгорбились.
Пачкун выдержал взгляд предводителя.
- Прости, Ледозвезд, но я потерял волю к битвам. Я больше не могу
служить моему племени, как воин. Попробую принести вам пользу иначе.
- Но ты так храбро сражался за нас сегодня!
- Я сражался, чтобы спасти от битвы других, - со вздохом ответил
Пачкун. - Но молодые хотят сражаться. Я ничего не могу с этим поделать.
Это у них в крови. Я помню, что тоже был молод и тоже любил по любому
поводу выпускать когти… Но теперь все закончилось. - Он посмотрел на
Ежевичинку: - Я хочу спасать жизни, а не губить их.
«Это он из-за Заряницы! - понял Криворот. Пачкун так и не смог
оправиться после смерти своей подруги. - Наверное, когда она умирала у
него на глазах, он чувствовал себя таким же беспомощным, каким я сегодня
чувствовал себя на Нагретых камнях».
Мягкокрылая посмотрела на Чащобника.
- Он может так поступить? Такое бывает? Разве воин может перестать
верить в то, во что верил раньше?
Чащобник вздохнул, пожал плечами.
- Не знаю. Раньше, насколько мне известно, такого не бывало. Но
Пачкун славный кот и великий воин, он может поступить так, как ему
подсказывает сердце.
- Но ведь он учился быть воителем! - хмуро процедил Жуконос. - Он
клялся защищать свое племя!
Ледозвезд встал и в упор посмотрел на молодого кота.

127.

- И он никогда не изменил своей клятве. Пачкун долго и преданно
служил своему племени. Теперь, если ему так хочется, он имеет полное
право оставить воинские обязанности и начать учиться целительству. Он
хочет служить своему племени, и я не могу запретить ему этого.
- Спасибо, - Пачкун поклонился предводителю и побрел прочь с
поляны.
- Подожди! - остановил его Ракушечник. - Я тоже хочу сделать
объявление.
Криворот напрягся. Какие еще сюрпризы их ждут?
- Я хочу перебраться в палатку старейшин, - сказал Ракушечник.
Его слова прозвучали, как гром среди ясного неба.
Ледозвезд отпрянул назад, потрясенный.
Волнорез вскочил со своего места.
- Великое Звездное племя, да что же это за день такой! - воскликнул
он. - Неужели сегодня нас решили покинуть все славные воины?
Пачкун подошел к Ракушечнику, встал рядом.
- Мы никого не покидаем! - твердо сказал он - Ледозвезд выберет
нового глашатая, такого же храброго, умного и преданного, как
Ракушечник. Речное племя - это не скала, а река. Всегда движется, всегда
меняется.
Ледозвезд сел и сгорбился, сразу постарев на много лун.
- Ракушечник, я уважаю твое решение, но знай, что мне тяжело и
больно расстаться с тобой, - тихо сказал он. - Ты так долго верой и правдой
служил нашему племени, защищал и укреплял его… Нам будет тебя не
хватать.
Криворот, вытаращив глаза, смотрел на отца. Почему Ракушечник его
не предупредил? Интересно, а Желудю он сказал?
Ракушечник почтительно склонил голову перед своим предводителем.
- Спасибо тебе, Ледозвезд. Я был горд служить тебе и нашему
племени. Но старые должны уступать дорогу молодым. Сильный молодой
глашатай сделает наше племя сильнее.
Вербовейная прижалась к боку Криворота.
- Твой отец имеет право поступить так, как считает правильным.
«Но что если он ошибается?»
- В последнее время он сильно исхудал и выглядит очень усталым, продолжала Вербовейная.
«Правда? Почему я этого не замечал?»
- Я думала, ты тоже это заметил, - прошептала подруга, словно угадав
его мысли.

128.

Кривороту вдруг стало страшно. Ему показалось, будто земля уходит у
него из-под лап.
- Думаешь, он заболел?
Вербовейная поежилась.
- Может, просто устал и состарился.
Бурьяноусый подошел к Ракушечнику, участливо потерся носом о его
плечо.
- Я рад, что ты будешь с нами, - сказал он. - Вот увидишь, у нас в
палатке полно места, тебе будет там хорошо.
Плавник поманил бывшего глашатая хвостом.
- Идем, сам посмотришь! - Он захромал через поляну, приволакивая
свою неразгибающуюся заднюю лапу. - Мы коты веселые, дружные, но
сразу предупреждаю - тебе придется свыкнуться с тем, что Трещотка
храпит, как барсучиха!
- С этим я постараюсь смириться, - проурчал Ракушечник.
- Чащобник, Волнорез, Совокрыл, Выдрохвостая, Щукозуб и
Можжевельник! - Ледозвезд перечислил всех старших воителей. Подойдите ко мне. Я хочу выслушать ваши советы насчет выбора нового
глашатая. - Он встал и направился в свою палатку.
- Криворот! Криворот! - заверещала Траволапка.
Криворот вскочил.
- Что?
- Плавник сказал, что у нас теперь будет новый глашатай! И что
Пачкун решил стать целителем! - Траволапка закатила глаза. - Нет, ну
почему все самое интересное происходит именно тогда, когда я ухожу на
поганое место?
- Я бы не назвал «самым интересным» уход двух славных и опытных
воинов, - бросил Мышелов, проходя мимо нее.
- Ой… - пролепетала Траволапка.
Вербовейная ласково погладила ее хвостом.
- Какая же ты болтушка, - промурлыкала она. - Ничего, все утрясется.
Перемены всегда пугают, но все будет хорошо. - Вербовейная посмотрела
на Криворота, и он понял, что его подруга сейчас обращалась к нему, а не к
его ученице.
Камышик и Звонколап подбежали к Траволапке.
- Он тебе уже все рассказал? - спросил Звонколап.
- Я не успела спросить…
- Тогда я спрошу! - подпрыгнул Камышик. - Криворот, расскажи нам
про битву Пачкуна со Змеезубом!

129.

- Пачкун совсем его порвал? - уточнил Звонколап, приплясывая от
нетерпения. - На клочки? Я тоже буду всех рвать, когда подрасту! И вызову
на поединок всех котов из всех племен!
Мышелов шлепнул его хвостом по макушке.
- Воины так не сражаются, - наставительно сказал он. - Ледозвезд
сказал, что это было в первый и последний раз. Так что готовься не к
поединкам, а к схваткам патрулей!
Траволапка закивала.
- Я тоже хочу сражаться рядом с товарищами, а не одна!
- Можно мы прямо сейчас займемся боевой подготовкой? - взмолился
Камышик. - Вчера из-за собаки мы пропустили тренировку!
Звонколап огляделся по сторонам.
- А где Желудь?
Вербовейная кивнула на палатку воинов.
- Отдыхает. Он всю ночь сидел над телом Моросинки.
Мышелов собрал оруженосцев вокруг себя.
- Мы с Солнцелапкой идем тренироваться, - объявил он. - Звонколап,
если хочешь, можешь пойти с нами. Криворот, вы с Жуконосом
присоединитесь?
Жуконос, пробегавший мимо, остановился и кивнул.
- Да, с радостью! - Он покосился на воинов, сидевших перед палаткой
Ледозвезда. - Что они там делают? Все такие серьезные!
- Они выбирают нового глашатая, куда уж серьезнее! - напомнил
Криворот.
Траволапка вытянула шею.
- Интересно, кого же они выберут!
- Кого-нибудь из старших, - пожал плечами Жуконос и побежал в
камыши. - Воинский закон велит выбрать глашатая до того, как луна
поднимется на макушку неба, а значит, у наших воинов еще куча времени.
Что-нибудь да решат, без глашатая не останемся. А мы займемся
тренировками!
В ивняке все еще пахло собакой. Запах был старый, но от него у
Криворота все равно шерсть вставала дыбом. Жуконос и Мышелов брели
впереди, оруженосцы стайкой бежали за ними, жарко споря, кого же
выберет Ледозвезд.
- Чащобник будет глашатаем, ясное дело!
- А почему не Волнорез?
- Он старый! Тогда уж скорее Выдрохвостая!
Жуконос остановился на дне оврага и повернулся к галдящим

130.

оруженосцам.
- Слушайте, ваше мнение, конечно, очень важно, но давайте
предоставим право выбора Ледозвезду? Насколько я знаю, еще сегодня
утром предводителем Речного племени был он, а не кто-то из вас.
Криворот втянул голову в плечи. Неужели глашатай обязательно
должен быть из старших воинов?
Мышелов поманил к себе Солнцелапку и Звонколапа.
- Давайте-ка посмотрим, где тут птички!
- Птички? - прижал уши Звонколап. - Зачем нам охотиться на птиц в
разгар Зеленых листьев?
- Затем, что когда придет пора Голых деревьев, ты должен будешь
уметь это делать, - назидательно объяснил Мышелов. - В холода птиц мало,
тренироваться будет трудно. Так что - за дело! - Он отбежал в сторону и
вскочил на поросший мхом поваленный ствол дерева.
Солнцелапка пожала плечами и засеменила к своему наставнику.
- Речной воин должен одинаково хорошо ловить и водную, и земную
дичь! - громко сказала она.
Звонколапу ничего не оставалось, как подчиниться.
Тем временем Жуконос повел Камышика к корням старой ивы.
- Поучимся взбираться на деревья, - сказал он. - По корявым старым
ивам лазить гораздо проще, чем по букам.
«Не говоря уже о том, что хотя ивовые ветки гораздо тоньше и гибче,
чем буковые, зато они гораздо ниже склоняются к земле, а значит - падать с
них не так страшно», - подумал про себя Криворот.
- Ладно, - пробурчал Камышик и, ловко вскарабкавшись по стволу,
побежал по ветке.
- А мы тоже будем лазать? - спросила Траволапка у Криворота.
- Не сейчас, - сказал он, потирая нос лапой.
Сейчас, пока другие оруженосцы занимались своими делами, было
самое время поучить Траволапку навыкам выслеживания дичи. Криворот
поманил свою ученицу хвостом и повел ее в гущу ивняка, где земля
пестрела пятнами солнечного света, пробивавшегося сквозь узкие
серебристые листья. Здесь Криворот остановился и насторожил уши.
- Кого ты слушаешь? - тут же спросила Траволапка.
- Птиц.
- Чего их слушать, они же тут повсюду? - удивилась Траволапка. И
правда, ивовая роща гремела от птичьего пения.
- Я слушаю не всех, а одну - ту, которую мы с тобой будем
выслеживать. - Криворот припал к земле, принял стойку. - Сядь! - Он

131.

махнул хвостом. Шустрый оранжевогрудый вьюрок скакал с ветки на ветку
у них над головой. Криворот слышал, как он задевает крыльями листья.
Обернувшись на Траволапку, Криворот бесшумно попятился в
папоротники. - Спрячься!
Траволапка шмыгнула ему за спину, выглянула из зарослей и впилась
глазами в ивы.
- Откуда ты знаешь, что он захочет спуститься на землю? - шепотом
спросила она.
- Оттуда, что вон там растет очень вкусная черника, - Криворот кивнул
на низенькие кустики, усыпанные крупными черными ягодами. - И этот
вьюрок очень хочет ее попробовать. - Не успел он договорить, как раздался
громкий шелест крыльев, и вьюрок спорхнул в черничник, так что хрупкий
кустик прогнулся под его весом.
- Как ты догадался? - восхищенно ахнула Траволапка.
- Меня Можжевельник научил, - признался Криворот. «И Веснушка», прибавил он про себя. Интересно, что-то сейчас поделывают его друзья?
«Наверное, Сажа уже выросла совсем большая…»
Он молча следил за вьюрком, выжидая, когда беспечный поедатель
черники увлечется своим делом настолько, что забудет об осторожности.
Через несколько мгновений н подтолкнул Траволапку. - Давай!
- Ты хочешь, чтобы я его поймала? - Глазенки Траволапки засверкали,
она вся распушилась от гордости.
- Хотя бы попробуй.
Она часто-часто задышала, потом присела и поползла из
папоротников, прижимаясь животом к земле.
- Чуть помедленнее, - шепотом подсказал Криворот. - И не волнуйся все будет хорошо.
Траволапка замерла, сделала несколько глубоких вдохов и выровняла
дыхание. Криворот с одобрением заметил, как ее напряженные мышцы
расслабились. Затем его ученица снова поползла вперед.
Траволапка не забыла, что хвост нужно держать высоко, чтобы не
шуршать им по земле, и двигалась совершенно бесшумно. Криворот
невольно пожалел о том, что остальные оруженосцы не видят ее сейчас. Он
наряженно следил за медленным продвижением своей ученицы. Вот
Траволапка остановилась перед черничником. Ее хвостик невольно
вздрогнул, но она быстро его успокоила. Глаза Траволапки были
устремлены на вьюрка. Криворот затаил дыхание.
Траволапка прыгнула - быстрая, как птица, и бесшумная, как рыбка.
Миг - и черный вьюрок забился у нее в когтях. Он еще успел в панике

132.

забить крыльями, но Траволапка быстро успокоила его укусом в шею.
Визжа от восторга, она бросилась к своему наставнику, волоча вьюрка в
пасти.
- Ты умница! Это был прыжок, которому позавидовал бы любой
Грозовой кот! - искренне похвалил ее Криворот, и маленькая ученица еще
громче замяукала от счастья. - Молодец!
Криворот хотел прибавить еще что-то, но тут какой-то серый комочек
выскочил прямо перед ними и юркнул к корням дерева.
Белка?
Криворот бесшумно побрел к дереву. Белки на этом берегу реки были
большой редкостью, поэтому ему вдруг нестерпимо захотелось поймать
хоть одну. Так и есть, шустрый зверек деловито сновал среди корней,
выискивая орешки. Криворот припал к земле, высоко задрал хвост и
подобрал живот.
Оттолкнувшись задними лапами, он молнией прыгнул на дичь,
прикончив ее одним укусом в шею.
- Добрая охота! - завопила Траволапка, выбегая из кустов. - Ничего
себе, ты даже белок ловить умеешь! А я их даже не пробовала никогда.
- Они совсем неплохи, для наземной дичи, конечно, - фыркнул
Криворот, обнюхивая свою добычу. Ее теплый и тяжелый земной запах был
совершенно непохож на аромат свежевыловленной рыбы, и Криворот очень
сомневался, что старшие воины захотят попробовать хоть кусочек белки.
Но ему этот запах напоминал о белках, которых он ловил в живой изгороди
вместе с Веснушкой, и о мышах, которыми он когда-то лакомился в амбаре.
Это было словно приветом из прошлого, и Криворот с радостью погрузился
в воспоминания.
Легкие тени камышей легли на поляну. Вербовейная сладко потянулась
всем туловищем.
- Наверное, они уже решили, - промурлыкала она, покосившись на
воинов, сидевших под ивой. - Скоро солнце сядет.
- У них еще много времени, - пожал плечами Криворот. - Он пытался
не думать о том, кто заменит его отца. Больше всего на свете он мечтал сам
стать глашатаем, но понимал, что его время еще не пришло. Он еще не
закончил обучение Траволапки, к тому же, в племени было много более
опытных воителей. Но голос сердца, как всегда, заглушал голос рассудка с
его доводами. Тревога пойманной рыбой билась в животе Криворота. Что
если Ледозвезд выберет глашатаем Желудя? Ведь не случайно он совсем
недавно попросил того выступить на Совете! Криворот отогнал эту мысль,
вздохнул.

133.

Вербовейная замурлыкала.
- Что такое?
- Траволапка глаз не сводит со своего вьюрка! Наверное, она будет
любоваться им до завтрашнего вечера.
Траволапка сидела в стороне от других оруженосцев и не сводила глаз
с кучи с добычей.
Усы у Криворота затряслись от сдерживаемого смеха.
- Она хочет знать, кто выберет ее добычу.
- Неужели она сама не хочет попробовать птичку?
- Мне кажется, ей будет гораздо приятнее, если вьюрка выберет и
похвалит кто-то другой, - промурлыкал Криворот, прижимаясь к
Вербовейной. - Ведь это ее первая добыча.
- Птицу поймать очень непросто, - зевнула Вербовейная. - Не говоря
уже о белках. Сегодня ты превзошел самого себя.
Пойманная Криворотом белка сиротливо валялась возле груды рыбы,
наловленной Светловодной и Переливчатой. Криворот покосился на нее,
пожал плечами.
- Не думаю, что кто-нибудь захочет ее попробовать.
- А мне кажется, что Лужица положила на нее глаз.
Криворот не ответил, потому что Ледозвезд вдруг резко встал со
своего места и вышел на середину поляны. Волнорез и Чащобник шли за
ним, Выдрохвостая, Совокрыл и Можжевельник плелись сзади.
Криворот сел. Зашелестели палатки, коты высыпали на поляну, чтобы
занять свои места на вечерней трапезе.
- Мы пока никого не выбрали, - сразу объявил предводитель,
предупреждая расспросы. Голос его звучал устало.
- Поешь, - бросилась к нему Туманинка. - Смотри, какая сегодня у нас
куча - просто загляденье!
- Хорошо, - равнодушно кивнул Ледозвезд. - После ужина мы примем
решение.
Он направился к куче, остановился над ней и вдруг замер. Шерсть на
его спине встала дыбом, мышцы напряглись.
- Ежевичинка! - оглушительно закричал Ледозвезд.
Целительница опрометью выскочила из своей палатки, все остальные
коты уставились на своего предводителя, оцепеневшего над кучей.
Взглянув туда, куда смотрел Ледозвезд, Ежевичинка попятилась.
- Что это? - прошептал Ледозвезд, когда Ежевичинка подбежала к
нему. - Что это значит?
Криворот бросился к куче. Что так напугало Ледозвезда? И почему

134.

шерсть Ежевичинки тоже встала дыбом? На какое-то мгновение Криворот
испугался, что Ледозвезда разгневала белка, оказавшаяся среди рыбы.
- Что это? - повторил Ледозвезд.
Криворот уставился на кучу. Его белка сиротливо лежала среди рыбы.
Пасть убитого зверька широко распахнулась, болтаясь на сухожилиях, и
слегка развернулась вбок. Изуродованная застывшая мордочка как будто
смотрела на испуганных котов.
- Это добыча Криворота, - пролепетала Туманинка.
Ледозвезд обнюхал белку, выпрямился и в упор посмотрел на
Криворота.
- Это знамение! - воскликнул он, сверкая глазами. - Это ты! Ты будешь
новым глашатаем Речного племени!

135.

Глава XIII
Трещотка растолкала оцепеневших котов, пробилась к куче. - Молод
он еще! - проскрипела она.
- Он уже давным-давно стал воином! - воскликнула Вербовейная,
бросаясь на защиту друга.
Ледяной взгляд предводителя заставил их замолчать.
- Звездному племени лучше знать, кто чего достоин, - отрезал он. - Не
нам спорить с волей предков. - Он низко склонил голову перед Криворотом
и тихо, без всякого выражения, повторил: - Воля Звездного племени для
меня закон.
Криворот почувствовал, как призрачная шерсть коснулась его шерсти.
Запах Кленовницы окружил его. Неужели это она послала знак? Его сердце
запело от счастья. Это настоящий знак!
- Иди к Ледозвезду! - подтолкнула Криворота Вербовейная. - Что ты
стоишь, как пень? Иди и прими свое назначение. Скажи, что готов стать
глашатаем!
Траволапка бросилась ему под ноги.
- А я буду ученицей самого глашатая! - завопила она, подпрыгивая на
месте. Грудка у нее распушилась, глаза сияли счастьем и гордостью.
Мышелов одобрительно кивнул Кривороту.
- Здорово!
- Подумать только, а ведь когда-то он был самым мелким котенком в
детской! - фыркнул Жуконос.
- А теперь он самый рослый кот в племени, - промурлыкал
Можжевельник. - Поздравляю, Криворот. Ты это заслужил.
Правда?
Криворот растерянно захлопал глазами, глядя на свое племя.
- Зеленый он совсем и неопытный, - прошипел Плавник, склоняясь к
уху Трещотки.
Чащобник недовольно взмахнул хвостом.
- Он принимал участие всего в одной битве. Не маловато ли у него
боевого опыта для глашатая?

136.

Переливчатая жадно посмотрела на кучу дичи.
- Можно нам съесть знамение или придется наловить еще рыбы?
- Давай спросим нового глашатая! - со смехом ответила ей Лужица. Поздравляю, Криворот!
- Криворот! - Громкий голос Желудя заставил Криворота вздрогнуть от
неожиданности. Брат вышел из палатки и решительно направился в центр
поляны. - Ты будешь прекрасным глашатаем и отличным предводителем. Он прижался носом к щеке Криворота. - Ты знаешь, что я буду предан тебе
до последнего дыхания.
Поляны вдруг расплылась перед глазами Криворота. Его оцепенение
прошло. В глазах брата он видел искреннюю радость и гордость, без тени
обиды или зависти.
«Он простил мне смерть Моросинки. Слава Звездному племени! растроганно подумал Криворот. - Насколько Желудь лучше и великодушнее
меня. На его месте я бы, наверное, не смог так искренне радоваться…»
Следом за Желудем к Кривороту подошел Ракушечник.
- Я горжусь тобой.
Криворот запрокинул голову к звездному небу.
«А ты гордишься мной сейчас, Моросинка?»
Когтистая лапка пихнула его в бок.
- Иди, поблагодари Ледозвезда и скажи, что согласен! - шепнула
Вербовейная.
Криворот на негнущихся лапах подошел к предводителю. Тень от
плакучей ивы сделалась гуще, моховой полог на палатке Ледозвезда
трепетал под ветром.
Криворот остановился, постарался успокоиться.
- Ты ничего не понял! - раздался у него за спиной истошный вопль
Ежевичинки.
- Что здесь можно не понять? - спросил Ледозвезд.
- Это не знамение Звездного племени!
У Криворота оборвалось сердце.
- Кто же еще может посылать племени знамения? - рявкнул Ледозвезд,
вздыбив загривок.
Глаза Ежевичинки испуганно забегали.
- Не принимай решения! - взмолилась она. - Позволь мне сходить к
Лунному камню!
- К Лунному камню? - удивленно переспросил Ледозвезд. - Нет,
Ежевичинка. Воинский закон велит назначать нового глашатая до того, как
луна взойдет на макушку неба. Я не нарушу закон. Знамение есть знамение,

137.

и я останусь верен воле Звездного племени. Или ты что-то утаиваешь от
меня? Если так, то говори.
Криворот выпустил когти и обернулся к Ежевичинке.
- В чем дело? - в бешенстве прошипел он. - Что не так? Ты не хочешь,
чтобы я становился глашатаем? Прекрасно, тогда скажи это перед всем
племенем и объясни, в чем дело! Хватит темнить, Ежевичинка.
Глаза целительницы заблестели.
- Это не так! Я хочу… Просто…- она осеклась и замолчала.
- Что просто, Ежевичинка? - строго спросил Ледозвезд. Он сидел
перед входом в свою палатку, его серая шерсть почти сливалась с
сумерками. - Если ты получила знак или предупреждение от Звездного
племени, то скажи мне об этом. - Он посмотрел на Криворота. - Скажи нам.
Криворот прав, нам всем нужна ясность.
- Не сейчас, - пролепетала Ежевичинка, закрывая глаза. - Возможно,
все правильно… Все так, как надо… - Она открыла глаза и посмотрела на
Криворота. - Ты силен, умен и храбр, как и все остальные Речные воители.
Если ты будешь принимать правильные решения, то все будет хорошо. Она повернулась и пошла прочь, прежде чем Ледозвезд успел ее
остановить. Кривороту вдруг стало жалко целительницу, он едва
удержался, чтобы не пойти за ней. Но он уже знал, что Ежевичинка все
равно не скажет ему, что ее тревожит. Опять начнет говорить загадками,
твердить о каких-то путях и дорогах, ничего не объяснит и только
расстроит.
- Ты согласен? - спросил Ледозвезд.
- Ч-то?
- Ты хочешь быть глашатаем или нет? - резкий вопрос Ледозвезда
мигом заставил Криворота позабыть о целительнице.
- Ты… ты все еще хочешь назначить меня? - срывающимся голосом
спросил он. - Ты не передумал?
- Нет, конечно! - улыбнулся Ледозвезд и с усилием встал. - Признаться,
знамение, явленное в виде белки с искалеченной челюстью, поразило меня.
Но это было знамение. Я знаю, Криворот, что ты еще очень молод. Но ты
молодец. Я давно слежу за тобой и вижу, как ты с каждым днем
превращаешься в воителя, которым по праву гордится все племя. Жизнь
была к тебе сурова, ты многое перенес, но испытания не пошатнули твоей
преданности племени. Сейчас я скажу тебе то, чего еще никогда никому не
говорил… - Предводитель помолчал, глядя в глаза Кривороту. - Я уже давно
думал о том, что однажды ты станешь глашатаем и предводителем. Ты
этого достоин. - Ледозвезд вздохнул. - Конечно, я не полагал, что это

138.

случится так скоро, но если ты согласен…
- Согласен? - перебил его Криворот. - Да как ты можешь даже
спрашивать! Конечно, я согласен! Я хочу этого больше всего на свете!
Он увидел, как взгляд Ледозвезда посуровел.
- Поверь, для меня не было и нет ничего дороже моего племени! Я
понимаю твое беспокойство, Ледозвезд. Да, я еще молод, но меня
окружают опытные и зрелые воины, которые всегда дадут мне совет.
Клянусь, что буду учиться и стараться, чтобы стать тебе надежным и
достойным помощником!
Внезапно в ушах у него загремело обещание, которое он дал
Кленовнице: «Для меня нет и не будет ничего, важнее моего племени, я
буду всегда заботиться о нем, чего бы это мне ни стоило… Мои желания
ничего не значат… В любой ситуации и во всех случаях, интересы племени
будут для меня важнее всего на свете».
- Значит, решено, - сказал Ледозвезд. - Идем.
Зеленые камыши поголубели в свете восходящей луны, серебристые
ивы загадочно зашелестели над головой Криворота. Вечер был теплый, в
воздухе пахло речной водой. Не чуя под собой лап, словно ступая по
облакам, Криворот вышел на поляну к своему племени.
- Ракушечник! - подозвал Ледозвезд своего бывшего глашатая.
Тот подошел. Криворот вновь поразился тому, как сильно сдал отец.
Костлявый хребет выступал из-под косматой шерсти Ракушечника, его бока
обвисли.
Ледозвезд низко склонил голову.
- Ракушечник! Речное племя благодарит тебя за мудрость, отвагу и
преданность. Ты всегда безупречно исполнял свой долг, ты верой и правдой
служил своему племени и стал примером для нескольких поколений наших
воинов. Мы желаем тебе покоя и отдыха в палатке старейшин. Ты заслужил
это, мой старый друг.
Траволапка бросилась к Ракушечнику.
- Честное слово, я всегда буду убирать твое гнездышко и приносить
тебе самый мягкий мох! И никакие блохи никогда не будут тебе досаждать,
потому что я всех их переловлю!
Криворот замурлыкал, любуясь своей ученицей, а Ледозвезд
торжественно продолжал:
- Я надеюсь, что ты еще долго будешь делиться своим опытом с
молодыми Речными котами и будущими котятами. Нам всем есть чему
поучиться у тебя.
Затем предводитель перевел глаза на молодого кота, стоявшего перед

139.

ним.
- Криворот! - Ледозвезд дотронулся кончиком хвоста до его плеча. Отныне ты будешь глашатаем Речного племени. Звездные предки
благословили тебя, и я надеюсь, что ты всей своей жизнью оправдаешь
доверие звезд и всех нас.
Криворот невольно покосился на Ежевичинку, с хмурым видом
сидевшую перед своей палаткой.
Она не поднимала глаз.
- Я проживаю свою последнюю, девятую, жизнь, - продолжал
Ледозвезд. Глаза его потемнели. - Ты еще слишком молод, чтобы оказаться
так близко к предводительству. Но я верю в мудрость Звездного племени и
молюсь, чтобы оно дало тебе силу и мудрость, столь необходимые в
будущем. Ибо может так случиться, что скоро тебе придется отвечать за
Речное племя перед небесами.
- Криворот! Криворот! - взорвалось племя.
Кривороту казалось, будто это сон. Он слышал искреннюю радость в
голосах своих товарищей, но больше всех ликовал, конечно, Желудь. В
глазах брата по-прежнему не было ни тени зависти или обиды, только
гордость. Вербовейная влюбленно смотрела на своего избранника, звездное
небо отражалось в ее прекрасных глазах.
Криворот глубоко вздохнул, вбирая в себя запахи реки, камышей и ив.
Он хотел навсегда запомнить это мгновение. Выпрямившись, он посмотрел
на звезды.
«Спасибо, Звездное племя! Клянусь, что никогда не подведу тебя».
Наверное, это был самый долгий день в его жизни. Криворот едва
шевелился от усталости. После церемонии товарищи обступили его,
поздравляли и болтали, пока луна не поднялась выше верхушек самых
высоких деревьев.
- Ты теперь такой большой и важный, Криворот, - засмеялась
Цветенница, когда он устало брел к своему гнездышку. - Наверное, нам
придется выстроить тебе отдельную палатку!
- Хочешь, я буду выстилать твою подстилку нежнейшим лебяжьим
пухом, - зафыркал Желудь, пихая брата боком.
Криворот весело заурчал. Что и говорить, это был великий день в его
жизни, но как же хорошо, что он все-таки закончился! Криворот с
наслаждением свернулся в своем гнездышке, прижался к теплому бочку
Вербовейной и закрыл глаза.
- Спокойной ночи…
Когтистая лапа ударила его в бок.

140.

- Что… Кленовница?
Деревья сухо шелестели над мертвым лесом. Густые клочья тумана
клубились в сумеречной чаще, обвивая бледные и гладкие стволы, похожие
на обглоданные кости. Над голыми ветвями зияло беззвездное и холодное
небо. Луны не было, а значит, не было и теней, но неестественный
призрачный свет просачивался меж стволами деревьев.
Рыжая кошка расхаживала по темной поляне, взбивая туман своим
косматым хвостом.
- Ну что, убедился? - Глаза ее горели радостным торжеством. - Разве я
не говорила, что умею держать слово? Ты прошел испытание, когда
перешагнул через смерть матери, чтобы помочь племени! Выбирая между
Моросинкой и племенем, ты выбрал своих соплеменников. Это был
правильный выбор, поэтому ты стал глашатаем.
Криворот сощурился. «Я ничего не выбирал!» Смерть матери не имела
никакого отношения к тому, что Звездное племя избрало его глашатаем. Он
открыл было рот, чтобы объяснить это Кленовнице, но она и слушать не
стала.
- Разве я не говорила, что вознагражу тебя за послушание? Теперь ты
убедился, что на меня можно положиться. Запомни этот урок и трепещи
перед моим могуществом!
- Значит, это ты послала Ледозвезду знамение?
Кленовница не ответила.
- Идем же! Я хочу, чтобы ты кое-кого увидел.
«Она отведет меня к Моросинке!» Сердце Криворота радостно
забилось. Значит, его мать здесь, в охотничьих угодьях Звездного племени!
Он со всех лап бросился сквозь туман за Кленовницей. Вскоре она привела
Криворота на другую поляну, больше похожую на крохотную прогалинку
среди мрачных деревьев.
- Где она?
- Она? - фыркнула Кленовница. - О ком ты говоришь?
Она кивнула на двух котов, вышедших из сухих папоротников на
дальней стороне поляны. Криворот мгновенно узнал одного из них.
Остролап!
Грозовой воин стоял возле своего наставника - того самого косматого
бледно-серого кота, который тренировал его в прошлый раз - и во все глаза
смотрел на Криворота.
- Это он? - хрипло спросил косматый.
- Продолжай тренировку, Соколятник, - резко приказала Кленовница.
Криворот резко повернулся к ней.

141.

- Зачем они здесь?
- Чтобы помочь тебе в обучении, зачем же еще! - фыркнула наставница
и шлепнула его хвостом по ушам. - Смотри же!
Послышался шорох шагов по мертвой земле. Два воина приподнялись
на задние лапы и закружили друг перед другом. Их глаза превратились в
узкие щелочки, тела извивались, как призрачные тени во мраке. Ветер
зловещее загремел неживыми ветвями, когда Соколятник вдруг сорвался с
места.
Остролап увернулся, челюсти Соколятника громко клацнули в воздухе.
- Ага, думал, это будет просто? - зашипел
Остролап.
Соколятник припал к земле.
- А это мы сейчас проверим.
- Уж не думаешь ли ты…
Остролап не успел договорить, как Соколятник прыгнул, глубоко
вонзив когти в его плечи. Криворот ахнул, увидев, как кровь брызнула на
серебристую шерсть косматого кота. Остролап взвыл от боли, заскреб
лапами по земле, пытаясь вырваться, но Соколятник навалился на него и
ловко подсек под ноги. Вопль застрял в глотке Криворота, когда он увидел,
что оскаленные клыки Соколятника сомкнулись на шее Остролапа.
«Нет!» Ведь он не убьет его? Не перегрызет Остролапу горло, как
воины перекусывают глотки добыче? Криворот хотел броситься на помощь
Остролапу, но Кленовница грубо отшвырнула его.
- Подожди! - приказала она.
Соколятник отпустил Остролапа.
Грозовой воин вскочил на ноги. Казалось, он не чувствовал боли и не
обращал внимания на кровь, пятнавшую его шерсть. Отряхнувшись,
Остролап бросился к Соколятнику.
- Давай попробуем еще разок! - взмолился он. - Кажется, я понял, что
нужно сделать!
Криворот в ужасе смотрел на него.
- Ты учишь его убивать! Но ведь это противоречит Воинскому закону!
- не выдержал он.
Остролап обернулся и смерил Криворота презрительным взглядом.
- Если ты хочешь добиться чего-то большего, чем прожить скучную
жизнь очередного скучного воителя, тебе следует научиться мыслить шире.
Воинский закон, знаешь ли, не единственный на свете. Бывают вещи
поважнее. И поинтереснее.
Соколятник кивнул.

142.

- Главное - победа! - прошипел он. - Горе побежденным!
Остролап склонил голову, сощурил глаза.
- Что ты так вытаращился на меня, Криворот? Хочешь, я покажу тебе,
как правильно делать смертельный укус?
- Нет! - отпрянул Криворот.
- Нет? - удивился Остролап. - Что значит - нет? Почему ты не хочешь
научиться такому сокрушительному приему?
Криворот попятился еще дальше. Шерсть у него на спине встала
дыбом.
- Я не думал, что Звездное племя такое, - пробормотал он себе под нос.
- Звездное племя? - моргнул Остролап. - Рыбоголовый вонючка! Кто
тебе сказал, что это Звездное племя? Разве эти беззубые слюнявые слабаки
могут научить таких, как мы с тобой, настоящему искусству войны?
Криворот так и сел на мокрую землю.
- Это… это не Звездное племя? - глупо пролепетал он. - А… где же
тогда я?
- В Сумрачном лесу, - прорычал серебристый Соколятник. - В мрачной
чаще, в которую попадают все, кого отвергают чистоплюи из Звездного
племени!
Земля закачалась под лапами Криворота. Туман клубился у него под
лапами, деревья обступили теснее, а тени сами поползли к нему, словно
хотели поймать. Голоса зазвучали из темноты, он услышал вой и визг,
крики боли и отчаяния.
Кровь застучала в ушах у Криворота, внезапно все звуки этого леса
стали ему понятны, все странности обрели смысл, все загадки исчезли,
обнажив безобразную правду. Он задрожал, гнев придал ему храбрости.
- Ты лгала мне! - прорычал Криворот, поворачиваясь к Кленовнице.
- Я никогда не говорила тебе, что прихожу из Звездного племени, спокойно ответила кошка. - Я просто не мешала тебе в это верить. Не
понимаю, на что ты сердишься. Разве я не учила тебя? Разве не заботилась
о тебе, когда твое драгоценное племя от тебя отвернулось? Я сделала для
тебя больше, чем родная мать.
- Не смей говорить о ней! - завизжал Криворот, выпуская когти.
Кленовница обошла его кругом. Она оставалась совершенно спокойна,
ее рыжая шерсть лежала гладко, хвост едва заметно покачивался.
- Но твоя мать не посылала знамения, которое сделало тебя
предводителем. Правда, Криворот?
- Значит, это сделала ты?
- Разумеется, это сделала я, - в голосе Кленовницы прозвучала угроза.

143.

- Неужели ты думаешь, что Ледозвезд сделал бы тебя глашатаем, если бы
не получил знак? Да кто ты такой, чтобы доверять тебе такую честь? Юнец,
не выигравший ни одной битвы!
- Он стал глашатаем? - зашипел Остролап и со злобой покосился на
Соколятника. - Почему ты не сделал того же для меня?
Соколятник молниеносно подсек его под задние лапы, так что
Остролап неуклюже плюхнулся на хвост. Не давая своему ученику
подняться, Соколятник бросился на него и зарычал:
- Тебе еще очень многому предстоит научиться! Твое время настанет,
когда я это решу, ученичок!
Криворот в отчаянии затряс головой.
- Я не хочу учиться убивать, - прошептал он.
Взгляд Кленовницы обжег его настоящей ненавистью.
- Ты дал обещание, Криворот, - тихо прошипела она. - Ты обещал во
всем меня слушаться. Ты дал слово пожертвовать всем, чтобы стать
величайшим воителем своего племени.
- Я знаю, - так же тихо ответил Криворот. Он вдруг понял, что должен
как можно быстрее уйти отсюда. Из этого леса. От Кленовницы. Уйти
навсегда. - Я дал слово и сдержу его. Мое племя всегда будет для меня
важнее всего на свете. - Он поклонился Кленовнице. - Спасибо, что сделала
меня глашатаем. Но больше я не нуждаюсь в твоей помощи. - Криворот
повернулся, скользкий ствол дерева коснулся его бока. - Теперь я буду жить
сам, без тебя. Я больше не приду сюда. Прощай, Кленовница.
Глаза Кленовницы вдруг провалились, превратившись в две глубокие
черные ямы.
- Ты не сможешь освободиться от меня, глупец! - незнакомым гулким
голосом пророкотала она. - Слишком поздно, Криворот! Ты дал мне
обещание, и я заставлю тебя его исполнить!

144.

Глава XIV
Поляна Четырех деревьев утопала в лунном сиянии, шкуры
собравшихся на ней котов отливали серебром. Скала призрачно светилась в
центре. Криворот, впервые стоявший среди других глашатаев, нервно
переступил с лапы на лапу. Тень огромной скалы падала на него.
- С чего это Ледозвезд вдруг сделал тебя глашатаем? - прошипел ему
на ухо Змеезуб. - Ты слабак! Ты еще не дорос, чтобы сразиться за свое
племя!
Криворот подавил гнев. Нет, он не позволит себе опозориться на
первом Совете, где присутствует в качестве глашатая! Он не выпустит
когти и уж точно не вцепится в наглую морду Змеезуба на глазах всех
четырех племен. Криворот поймал на себе взгляд Камнезуба, старого
глашатая племени Теней.
Камышник повернулся к нему спиной. Видимо, глашатай племени
Ветра еще не забыл, как Речные коты украли его дочерей.
Криворот обвел глазами толпу, ища брата. Где же Желудь? Он так
хотел пойти на Совет… Неужели он не хочет взглянуть на брата, на равных
сидящего под Скалой рядом с другими глашатаями?
Горькое разочарование омрачило радость Криворота. Вербовейная
тоже осталась в лагере, недавно она глубоко поранила подушечку на лапе.
Бедняжка поскользнулась на камне, когда пыталась вытащить из реки
огромную форель. Благодаря заботам Ежевичинки, рана быстро заживала,
но путешествие к Четырем деревьям пока было Вербовейной не под силу.
Ракушечник тоже остался в лагере, он лежал в палатке старейшин, страдая
от опухоли в животе. Он умолял целительницу дать ему каких-нибудь
укрепляющих трав, чтобы разделить с сыном ночь его торжества, но
Ежевичинка уговорила бывшего глашатая поберечь себя.
Криворот посмотрел в небо. Может, Моросинка смотрит на него
сейчас?
И вот Ледозвезд громко промяукал, заглушая шелест ветра в листве:
- Этой луной Ракушечник отправился на покой в палатку старейшин.

145.

Коты зашептались, многие посмотрели под Скалу. Криворот поднял
голову, сердце жарко забилось у него в груди.
- Нашим новым глашатаем стал Криворот.
И вся поляна Четырех деревьев, коты всех четырех племен, хором
повторяли его имя, приветствуя нового речного глашатая:
- Криворот! Криворот!
Конечно же, громче всех кричали Речные коты. Но и другие воины не
отставали, и Криворот радостно перевел дух, услышав в общем хоре голоса
Грозовых котов, Сумрачных воинов и котов племени Ветра.
- Криворот!
Радость охватила его, огонь пробежал по шерсти. Все племена
приветствовали его!
Два круглых янтарных глаза уставились на Криворота из толпы. На
него молча смотрел Остролап. Криворот напрягся. После того, как он узнал
об обмане Кленовницы, он больше ни разу не посещал Сумрачный лес и
часто просыпался среди ночи, обливаясь холодным потом. Стыд и
раскаяние жгли его, как полчища кусачих муравьев. Как он мог быть таким
глупцом? Как позволил обвести себя вокруг хвоста?
Он больше никогда туда не вернется. Никогда не станет разговаривать
с Кленовницей…
«Но почему же она сделала меня глашатаем? - снова подумал
Криворот. Этот вопрос, как заноза, день и ночь терзал его. - И что она
имела в виду, когда грозила заставить меня сдержать свое обещание?
Никакая Кленовница не может заставить меня сделать то, чего я не хочу
делать! - Криворот впился когтями в землю. - Я стану самым лучшим
глашатаем Речного племени! Если потребуется, я отдам за него жизнь!»
Немигающий янтарный взгляд Остролапа жег его, как огонь.
«Он знает, что я тоже был там!»
Остролап медленно кивнул, словно подслушал его мысли.
«Неужели он считает меня своим союзником? Не бывать этому!»
Криворот посмотрел на Змеезуба. Интересно, знает ли временный
глашатай Грозового племени, что один из его воителей по ночам
тренируется в Сумрачном лесу и учиться убивать себе подобных? Известно
ли об этом Солнцезвезду? Что если все Грозовое племя готовится убивать?
Но вот последние отголоски поздравлений стихли в серебряном
ночном воздухе, и предводители спустились со Скалы.
- Молодец! - сказал Ледозвезд, спрыгивая рядом с Криворотом. - А
теперь идем, я хочу познакомить тебя…
- Я должен разыскать Желудя! - перебил его Криворот.

146.

Предводитель вопросительно склонил голову.
- Все в порядке?
- Да, конечно! Я только найду его и сразу же вернусь. Извини меня.
Криворот бросился в толпу котов, плотно обступивших скалу. Ночь
была теплая, никому не хотелось расходиться по домам.
- Поздравляю! - кивнула ему хорошенькая Остроцветик, сидевшая в
окружении других воителей. - Только что был оруженосцем, а теперь глядика - уже глашатай!
Меднохвостка выросла за спиной Криворота.
- Звездному племени лучше знать, кто достоин, - тихо, но твердо
сказала она, глядя в глаза соседской кошки.
Остроцветик насторожила ушки.
- Значит, Ледозвезду было знамение?
- Да еще какое…
- Не совсем, - резко перебил Криворот. Не хватало только приплетать
сюда Звездное племя!
- Какое знамение? - спросил Лучехвост из племени Ветра.
Меднохвостка сощурила глаза.
- Криворот такой молодой, что всем хочется посудачить насчет того,
почему Звездное племя избрало его! - Она посмотрела на Криворота и чуть
наклонила ушки, давая понять, что понимает его смущение. - Не понимаю,
что тут удивительного? Он прекрасный воитель, мы все им гордимся.
Пусть он молод, но назовите мне кота, который в его возрасте успел бы
столько сделать для своего племени!
- Да неужели? - скривил губы Змеезуб, бесцеремонно вмешиваясь в
разговор. - А я думал, этот юнец еще ни разу не нюхал настоящей битвы!
Остроцветик насмешливо покачала хвостом.
- Ах, бедный Змеезуб никак не может оправиться после того, как его
побил целитель!
- Он тогда еще не был целителем! - прошипел Змеезуб, злобно косясь
на Пачкуна.
Ежевичинка представила своего нового ученика всем целителям.
Пачкун, не щадя сил, учился новому делу, и Речные коты частенько видели,
как он отрешенно бродит по поляне, твердя себе под нос названия растений
и способы их применения.
Два Сумрачных воителя, Хитроглазый и Вранохвост, подошли к
Кривороту.
- Поздравляем, - кивнул полосатый Хитроглазый.
- Приятно видеть, что молодые коты тоже могут многого добиться, -

147.

поддержал его Вранохвост. - Твой пример вдохновил многих котов в
разных племенах.
- Спасибо! - искренне поблагодарил Криворот. Он посмотрел поверх
голов воителей на поляну, ища Желудя. - Извините, мне нужно срочно
найти кое-кого, - извинился он, снова ныряя в толпу.
Желудь нервно расхаживал вдоль края поляны.
- Вот ты где! - обрадовался Криворот, взмахивая хвостом.
Желудь рассеянно посмотрел на него.
- А где я должен быть?
- Я просто потерял тебя из виду, - растерялся Криворот. Он вдруг
заметил, что шерсть брата стоит дыбом, загривок всклокочен. - У тебя все в
порядке?
- Конечно! У меня всегда все лучше всех. А почему ты спрашиваешь?
«Неужели он завидует мне? - подумал Криворот. Эта мысль не
оставляла его с той самой ночи, когда Ледозвезд нашел в куче дичи белку
со свернутой набок челюстью. До сих пор Желудь ничем не выдавал своей
ревности и горячо радовался за брата, но почему же сейчас он ведет себя
так странно?
- Ты слышал, как Ледозвезд при всех назвал меня своим новым
глашатаем? - спросил он, впиваясь глазами в морду брата.
Желудь посмотрел на кусты, окружавшие овраг.
- Да! Видел и слышал. Это было здорово!
Но Криворот все еще сомневался.
- Ты… ты не завидуешь? - выпалил он.
Желудь изогнул хвост.
- Завидую? - переспросил он, словно его мысли были заняты чем-то
другим. - Нет! - Он выпрямился, посмотрел на брата. - Да я горжусь тобой,
рыбоголовый ты дуралей! Мне ли не знать, как сильно ты этого хотел. Ты
заслужил эту честь. Ты будешь прекрасным глашатаем и замечательным
предводителем.
- Правда?
- Правда! - заурчал Желудь. - А я… я никогда не хотел быть глашатаем.
- Но ты же сам говорил, что хочешь стать предводителем…
- Нет, ты точно рыбоголовый! Когда я это говорил? Когда толькотолько вышел из детской? Покажи мне оруженосца, который не болтает,
что будет предводителем!
Криворот почувствовал, как с его плеч упала гнетущая тяжесть.
Облегчение было таким сильным, что ему захотелось петь.
- Смотри, наши уже уходят, - заметил Желудь. Речные коты вереницей

148.

потянулись вверх по склону. - Я… я вас сейчас догоню, - горячо заверил он.
- Просто мне… мне нужно еще кое-что сделать.
Криворот был так счастлив, что не стал спрашивать, почему его брат
вдруг хочет задержаться на поляне. Он со всех лап бросился догонять своих
и вскоре поравнялся с Пачкуном и Ежевичинкой.
- Любопытная выдалась ночка, - с улыбкой повернулся к нему Пачкун.
- Ледозвезд представил сегодня самого молодого глашатая и самого старого
ученика целителя. Что ни говори, а наше племя никогда не перестанет
удивлять соседей!
Криворот весело замурлыкал.
- Как тебе другие целители? - спросил он. - Со всеми познакомился?
- Больше всех мне понравился Пышноус.
- Ты когда-нибудь видел Гусохвоста, бывшего целителя Грозового
племени? - спросила Ежевичинка. - Он недавно перебрался в палатку
старейшин.
- Еще бы! - фыркнул Пачкун. - Он был стариком еще в ту пору, когда я
только-только стал воителем! И вид у него всегда был такой, словно он
только что выбрался из ежевичных колючек.
- Пачкун! - громко позвала Меднохвостка. -Скорее, помоги нашему
Жуконосу. На него икота напала!
Пачкун бросился вверх по склону, оставив Криворота наедине с
Ежевичинкой. Они зашагали дальше. Молчание, как третий воин, шло
между ними.
Криворот почувствовал, как Ежевичинка насторожилась, ступив в
сумрак Грозового леса. Ему очень хотелось разрядить возникшее между
ними напряжение, но после того, как он узнал всю правду о Кленовнице,
ему было страшно даже заговаривать о знамениях Звездного племени.
Вдруг целительнице известно о его тренировках в Сумрачном лесу?
«Но я всегда был предан своему племени! Я никогда никого не
обманывал, я сам обманулся… Вот только почему мне от этого не легче?»
Наконец, молчание сделалось настолько мучительным, что Криворот
не выдержал.
- У тебя есть травы, которые могут помочь Ракушечнику? - спросил он.
Вопрос был глупый, но ничего лучше ему в голову не пришло. Криворот
знал, что Ежевичинка уже перепробовала все средства.
- Я начну давать ему маковые зерна, - тихо ответила целительница. Ракушечник страдает от болей, они мучают его гораздо сильнее, чем он
хочет признать.
- Скоро он выздоровеет?

149.

Ежевичинка не ответила.
Криворот почувствовал холодную тяжесть на дне живота, как будто он
проглотил камень.
- Он… он уже не поправится, да?
- Нет, - ответ Ежевичинки был тих, как ветер. - Я уже видела такие
опухоли раньше. И никто из котов, страдавших ими, не выжил. Это
страшная болезнь, против нее нет лекарства. Эти опухоли вызывают боли и
тошноту, они иссушают кота так же быстро, как мороз иссушает цветы.
«Где Желудь?»
Сердце Криворота разрывалось, часть его существа хотела разделить
свой ужас с братом, другая часть стремилась подольше уберечь Желудя от
правды. За что? Сначала их покинула Моросинка, теперь настала очередь
Ракушечника…
Он почувствовал, как Ежевичинка прижалась к его боку.
- Мне так жаль, - прошептала она. - Я не знаю, почему тебе выпало
столько горя…
На мгновение Кривороту показалось, будто пропасть, возникшая
между ними, исчезла навсегда. Но потом он вспомнил, что белка с
искалеченной пастью была послана не Звездным племенем, а лживой
кошкой из Сумрачного леса. Если Ежевичинка еще не знала правду, то он
должен сделать все, чтобы она никогда ее не узнала. Испугавшись, что
целительница может угадать его мысли, Криворот отстранился от нее и
зашагал в ночь.
Еле переставляя лапы, он вышел на поляну лагеря. Траволапка и
Солнцелапка терпеливо ждали в темноте.
- Что там было? - пропищала Траволапка.
- Можно в следующий раз мы тоже пойдем? - мяукнула Солнцелапка.
Криворот прошел мимо них.
- Спросите Ледозвезда.
Вербовейная выбежала ему навстречу.
- Ну как все прошло? - широко зевнула она. - Хорошо?
- Иди, досыпай, - сказал Криворот. - Завтра все расскажу.
Он перебежал через поляну, вскарабкался по склону. Просунув голову
в палатку старейшин, Криворот вгляделся в полосы лунного света,
падавшие сквозь плетеную крышу.
- Ракушечник!
- Криворот! - охнула Трещотка, тяжело поднимаясь со своего места. Он будет так рад тебя увидеть. Он весь вечер себе места не находил, все
волновался, как-то ты там.

150.

Старуха подошла к Кривороту и повела его мимо гнездышка Плавника
вглубь палатки.
- Может, теперь он хоть немного успокоится и поспит, - сокрушенно
прошептал старый кот.
- Не обращай внимания на старого ворчуна, - ласково шепнула
Трещотка Кривороту. - На самом деле он обожает послушать рассказы
Ракушечника.
Бывший глашатай поднял голову.
- Криворот?
- Он пришел рассказать тебе о Совете, - сказала Трещотка и отошла, на
прощание крепко прижавшись щекой к щеке Криворота.
Криворот, не веря своим глазам, смотрел на отца. Ракушечник страшно
исхудал, шерсть облепила его тело, под шкурой выступали ребра.
- Или, приляг со мной, - хрипло выдавил он сыну. - Ночь такая
холодная…
«Неужели ты не чувствуешь тепла Зеленых листьев?»
Криворот забрался в гнездышко, свернулся рядом с отцом.
- Ледозвезд при всем Совете назвал меня своим глашатаем, - горячо
зашептал он. Ракушечник слабо замурлыкал.
- Как хорошо… Я так горжусь тобой, Криворот. Жаль, Моросинка не
дожила до этого дня. Она бы тоже гордилась…
«Нет, она бы не гордилась, - горько подумал Криворот. - Она нашла бы
какую-нибудь причину считать, что я снова ее разочаровал».
Он почувствовал на своей щеке слабое дыхание отца.
- Мне горько, что она была так жестока к тебе, Криворот…
«А как мне было горько! Ведь я был ее сыном…»
- Она… она была неправа, - в голосе Ракушечника прозвучала
нежность, смешанная с глубокой печалью. - Я слишком хорошо ее знаю.
Она всегда была такой, никогда не умела признавать свои ошибки. Не знаю
почему, просто не умела… Да так и не научилась. - Ракушечник помолчал,
видимо, вспоминая ссоры, которые случались между ними в далекой
юности. - Но в глубине души она все равно знала правду. А если не знала,
то узнала теперь. Я уверен, что она сейчас смотрит на тебя из Звездного
племени и горько жалеет о том, как многого лишила себя из-за
собственного упрямства.
Холодок пробежал по спине Криворота.
«Возможно, Моросинка смотрит на меня из Звездного племени… Но
кто смотрит на меня из Сумрачного леса?»

151.

152.

Глава XV
Ивы беспомощно раскачивали голыми ветками, с которых жестокий
ветер сорвал последние листья. Сухие камыши гремели и сгибались под
порывами ливня, черная река хлестала в берег, грохотала галькой. Криворот
смотрел на воду, бежавшую под его лапами. Ветер выл в трещинах и
провалах Нагретых камней, высившихся за его спиной. Съежившись под
камнем, чтобы спастись от ледяного дождя, Криворот клацал зубами и
дрожал всем телом. Внезапно он заметил мокрую кошачью голову,
приближавшуюся к нему по бурлящей реке.
Вербовейная!
Она выбралась из воды и отряхнула мокрую шерсть.
- Вот ты где! - Вербовейная прижалась щекой к его щеке. - А я
тревожилась, как-то ты здесь.
- Нормально, - прошептал Криворот. - Спасибо… Знаешь, он любил
сидеть здесь и смотреть на реку.
- Ракушечник?
Он кивнул, его сердце снова сжалось от боли.
- Может быть, его дух и сейчас приходит сюда… Посидеть, половить
рыбу.
Прошло три луны с той ночи, когда Криворот лежал рядом с отцом в
палатке старейшин. И две луны со смерти Ракушечника.
- Даже если он может сколько угодно рыбачить в теплых реках
Звездного племени?
Криворот зажмурился.
- Но ведь… он же все равно будет скучать по своей родной реке?
Вербовейная села рядом, прижалась к нему.
- Я не знаю, Криворот. Но одно я знаю точно - твой отец будет всегда
смотреть на тебя из Звездного племени. - Она изогнула кончик хвоста. - Он
непременно захочет знать, как дела у его сыновей.
Криворот раскатисто замурлыкал.
Вдруг рыже-белая кошка выскочила на берег из воды. Ее глаза метали
молнии, когти скребли по гальке.

153.

- Грозовые коты идут через каменную переправу!
- Сейчас?
Криворот всмотрелся сквозь серую завесу дождя.
- Они вот-вот будут в нашем лагере! - взвизгнула Выдрохвостая. Ледозвезд ждет тебя!
Криворот уже бросился в воду. Он стремительно поплыл через
взбаламученную реку, умело справляясь с бурным течением, и вскоре
почувствовал под лапами гальку берега. Выбравшись из воды, он убедился,
что Выдрохвостая и Вербовейная плывут следом, и побежал в лагерь. Даже
сквозь ливень он чувствовал отчетливый запах Грозовых котов. Они шли в
сторону их лагеря! Криворот со всех ног кинулся бежать по мокрой тропе.
Ледозвезд расхаживал по поляне, его мокрая шерсть стояла дыбом.
Травница и Лягушатник распушили мокрые грудки, обоим не терпелось как
можно скорее вступить в бой с наглыми соседями, чтобы делом доказать,
как правильно поступил Ледозвезд, недавно посвятивший их в воители.
Мягкокрылая, загораживала собой вход в детскую, обнимая хвостом своих
малышей. Ее друг Совокрыл сидел рядом с ней, его глаза превратились в
две узкие щелочки, грудь дрожала от низкого рычания.
Следом за Криворотом в лагерь ворвались Выдрохвостая и
Вербовейная.
- Вы их уже видели? Сколько их?
- Где они? - спросил Ледозвезд, поворачиваясь к Кривороту.
- Идут сюда!
- Да как посмели эти пожиратели белок вторгнуться на нашу
территорию? - зашипела Туманинка.
Волнорез хлестнул себя хвостом.
- Включи меня в боевой патруль, Криворот! Я им покажу, как топтать
наш берег своими грязными лапами!
- И меня тоже! - Чащобник пробился поближе к глашатаю,
Можжевельник не отставал от него.
Травница и Лягушатник бросились к ним, глаза их сияли
предвкушением скорой схватки.
Ледозвезд взмахом хвоста велел всем разойтись.
- Не торопитесь, - прорычал он. - Возможно, это не вторжение.
- Вот именно! - воскликнула Меднохвостка, подходя к предводителю. Не совсем же они белкоголовые, чтобы врываться на нашу территорию при
свете дня!
Криворот покосился на вход в лагерь.
- Хорошо, тогда я пойду им навстречу и попробую отправить обратно.

154.

Ледозвезд прижал уши.
- Одного я тебя не отпущу! Возьми с собой Волнореза и
Выдрохвостую.
- Где Желудь? - спросил Криворот, обводя глазами лагерь.
- Пошел ловить рыбу, - ответила Туманинка. - Они с Переливчатой и
Светловодной ушли рано, сразу как рассвело.
- Разыщи его и скажи, что у нас происходит, - приказал Криворот.
Туманинка кивнула и бросилась к выходу.
- Да не туда! - зашипел на нее Криворот. - Не хватало, чтобы ты
столкнулась с Грозовыми котами! Обойди рекой, через камыши.
Туманинка послушно вошла в воду и скрылась в камышах. Криворот
взмахом хвоста подозвал к себе Выдрохвостую и Волнореза.
- Идем. Поговорим с нашими гостями, - прошипел он, устремляясь в
осоку.
Криворот слышал, как Ледозвезд за его спиной продолжает отдавать
приказания.
- Передайте старейшинам, что я прошу их оставаться в палатке. И
сторожите их, слышите? Трое воинов пусть охраняют детскую. Встаньте
так, чтобы Грозовые коты вас видели и поняли, что легкой победы не будет.
Криворот сморгнул дождевые капли с ресниц. Судя по запаху, за
следующим поворотом тропинки они столкнутся с патрульными Грозового
племени. Криворот выпустил когти. Ни один нарушитель не пройдет мимо
него!
- Я их слышу! - резко остановилась Выдрохвостая.
Криворот насторожил уши. Странно, захватчики громко болтали, как
будто явились в гости! Он зарычал и выскочил из-за поворота, ощетинив
загривок.
Прямо перед ним был Солнцезвезд, предводитель Грозового племени.
Криворот выпустил когти.
- Что вы делаете на территории Речного племени?
Метнув быстрый взгляд за спину Солнцезвезда, он пересчитал котов,
которых привел с собой соседский предводитель. Синегривка, Буран,
Дроздовик и Львиногрив. Что же, не самый воинственный отряд.
- Мы пришли поговорить с Ледозвездом, - спокойно ответил
Солнцезвезд. Он держался так, словно не явился без приглашения на
чужую территорию, а сидел перед кучей дичи со своими товарищами.
- О чем это? - вытянула шею Выдрохвостая.
- Ты хочешь, чтобы я поделился с тобой тем, о чем пришел поговорить
с твоим предводителем? - сощурился Солнцезвезд.

155.

Выдрохвостая зарычала, оскалив зубы.
Криворот взмахом хвоста приказал ей отойти на шаг назад.
- И вы ожидаете, что я приведу вас в наш лагерь? - насмешливо
спросил он, криво усмехаясь в глаза Солнцезвезду. - Мы не забыли, что вы
устроили в лагере племени Ветра!
- Разве мы похожи на боевой отряд? - спросил Солнцезвезд,
оглядываясь на своих воителей. Шерсть у Грозовых котов лежала ровно,
глаза не выражали ничего, кроме любопытства. Синегривка прижалась к
Бурану и что-то тихо шепнула ему на ухо.
Криворот обвел глазами мокрых Грозовых котов и медленно протянул:
- Что ж, ты прав. Чтобы захватить наш лагерь, вам потребовалось бы
гораздо больше котов.
«Если только вы, лживые лисьи душонки, тайком не привели с собой
еще один патруль». Он втянул в себя воздух, но не почуял ничего
угрожающего.
- Мы пришли поговорить, - повторил Солнцезвезд.
Криворот кивнул. Глаза его стали похожи на два осколка блестящего
кремня. Что же, Речное племя было готов к визиту непрошеных гостей!
- Идите за мной.
С этими словами он повернулся и пошел в сторону лагеря, чувствуя
спиной взгляды Грозовых котов, шедших следом. Усилием воли Криворот
заставил себя пригладить загривок. Он не должен показать, будто хоть
сколько-нибудь опасается этих наглецов. Под проливным дождем коты шли
через мокрые камыши. Криворот свернул в сторону, протиснулся в узкий
лаз, проделанный в стене из переплетенных стеблей камыша, и первым
вошел в лагерь. Выдрохвостая и Волнорез проводили внутрь гостей.
Чащобник и Совокрыл сидели у стены камыша, грозно вздыбив
загривки. Можжевельник охранял палатку старейшин. Колокольчик,
Солнечная, Травница и Камыш цепью окружили детскую. Мягкокрылая с
котятами сидела за их спинами.
Львиногрив так вытаращил глаза, словно увидел ходячих рыб.
- П-почему они живут в таких ужасных палатках? - прошептал он,
гладя на сплетенные из камыша и тростника домики Речных котов.
- Потому что эти палатки плавают во время паводков, - рявкнул
Криворот, услышавший его слова. - А все, что не плавает - тонет или
заливается водой. Ждите здесь, - приказал он Грозовым котам и скрылся в
палатке Ледозвезда.
Предводитель сидел на своей подстилке, его глаза остро поблескивали
в темноте.

156.

- Что там?
- Они здесь. Их совсем мало, но патруль возглавляет сам Солнцезвезд.
С виду выглядят мирно. Вторым патрулем не пахнет.
- Хорошо, - кивнул Ледозвезд. - Идем.
Он вышел на поляну и остановился под ивой, молча глядя на
Солнцезвезда. Во взгляде предводителя Речных котов не было ни тени
тревоги, только холодное любопытство.
Солнцезвезд впился взглядом ему в глаза, но Ледозвезд продолжал
молчать, ожидая, когда гость сам объяснит свой приход.
Солнцезвезд почтительно поклонился.
- Нагретые камни принадлежат Грозовому племени, - без всяких
вступлений объявил он. - Мы забираем их обратно.
«Нагретые камни принадлежат Речному племени!»
Криворот с трудом подавил желание броситься на гостей, моля
Звездное племя, чтобы его товарищам тоже хватило выдержки. Лагерь - не
место для схватки.
Ледозвезд выпустил когти.
- Вам придется сразиться за них, - спокойно произнес он.
- И мы это сделаем, если дойдет до драки, - согласился Солнцезвезд. Однако нам представляется, что мы можем ограничиться этим заявлением.
Чащобник выскочил вперед, ощетинив загривок.
- Вы смеете угрожать нам в нашем собственном лагере? - рявкнул он,
оборачиваясь к своим товарищам.
- Мы вам не угрожаем, - тихо сказал Солнцезвезд.
Криворот сделал два глубоких вдоха. Это был поединок нервов, а не
когтей.
- Мы просто предоставляем вам выбор, - продолжал предводитель
Грозового племени. - Если вы без боя отдадите нам Нагретые камни, мы
оставим вас в покое. Но с сегодняшнего дня любой Речной кот, который
посмеет ступить на скалы, может распрощаться со своей шкурой.
- И вы думаете, что мы так просто откажемся от этих скал? - спросил
Ледозвезд, делая шаг вперед.
- Если вы хотите сражения, вы его получите, - ответил Солнцезвезд. Мы готовы. Но стоят ли Нагретые камни кровопролития? - Он склонил
голову набок, словно обдумывая ответ на собственный вопрос. - У вас есть
река, полная рыбы. Ваши лапы привычны к ходьбе по топким болотам, они
слишком широки, чтобы цепляться за трещины в Нагретых камнях и
добираться до самых вершин этих скал. Ваши шкуры слишком заметны,
чтобы выслеживать дичь среди голых камней. Иными словами, вы не

157.

можете использовать скалы для охоты. Так зачем вам сражаться за них?
Краем глаза Криворот увидел бурую шкуру Пачкуна, мелькнувшую на
краю поляны. Солнцезвезд сейчас сказал то же самое, о чем уже давно
твердил ученик Ежевичинки - Нагретые камни не стоят жизней котов,
отданных за голые скалы. Но согласится ли с этим Ледозвезд.
Предводитель Речного племени молча запрокинул голову, разинул
пасть и втянул в себя воздух, принюхиваясь.
- Я чувствую запах страха, - проронил он.
- Очевидно, он исходит от твоих воителей, - рявкнул Солнцезвезд.
- Ты действительно ждешь, что мы отдадим вам Нагретые камни? повторил Ледозвезд.
- Да нет, - покачал головой Солнцезвезд. - Я жду, что вы захотите
сразиться за них. Вы прольете кровь и потеряете своих соплеменников. Вы
проиграете - но это будет только ваша вина и только ваше решение.
Ледозвезд шагнул вперед и приблизил морду к морде Солнцезвезда.
- Речные воители сражаются когтями, а не словами!
- Хорошо, - кивнул Солнцезвезд. - Нагретые камни - наши. Завтра же
мы расставим там свои пограничные метки. После этого всякий Речной кот,
обнаруженный на скалах, должен будет принять бой, который закончится
его поражением. - Он обвел глазами лагерь Речных котов и повысил голос:
- Вы все слышали наше предупреждение! Отныне вся кровь, пролитая на
Нагретых камнях, будет на лапах Ледозвезда.
С этими словами он повернулся и пошел к выходу.
Криворот молча смотрел вслед удаляющимся Грозовым котам,
потрясенный их наглостью.
Чащобник бросился к предводителю.
- Как они смеют? - прорычал он, с ненавистью глядя вслед уходящему
патрулю.
- Убедитесь, что они покинули нашу территорию, - коротко приказал
Ледозвезд, кивая Выдрохвостой и Чащобнику. - Проводите их до границы.
Воины вихрем выскочили из лагеря.
- Когда будем драться? - спросила Травница, вырастая за спиной у
Криворота.
Лягушатник подскочил к ней.
- Ах, скорее бы! Это будет наша первая битва!
Колокольчик и Солнечная обступили их, Оцелотка и Пушистая в
визгом попытались оттолкнуть своих друзей, чтобы тоже пробраться
поближе к глашатаю.
- Тихо! - рявкнул Криворот, лихорадочно обдумывая ситуацию. Нужно

158.

было выработать план битвы. Он нисколько не сомневался в победе,
достаточно было взглянуть на рвущихся в бой молодых котов, чтобы
понять - схватка за Нагретые камни будет выиграна. Он посмотрел на
Ледозвезда. - Нужно опять разбиться на два патруля, - сказал Криворот,
поймав взгляд предводителя. - Или на три.
- Подожди, - остановил его Ледозвезд, медленно покачав хвостом. Возможно, нам не стоит ввязываться в эту битву.
- Ч-что? - пролепетала Солнечная, хлопая глазами.
- Еще как стоит! - взвизгнул Лягушатник. - Да как же…
- Тихо! - взмахнул хвостом Криворот. - Выслушайте своего
предводителя.
- Давай все обсудим в моей палатке, Криворот, - тихо сказал Ледозвезд.
Он обвел опешивших молодых воинов долгим внимательным взглядом и
скрылся за моховым пологом.
- Да что же это такое! - прошипел Колокольчик. - Почему он
раздумывает?
Криворот грозно посмотрел на него.
- Доверьтесь своему предводителю, - строго сказал он. - Его
поступками руководит опыт восьми прожитых жизней.
С этими словами он нырнул под низкие ветви ивы и вошел в палатку
Ледозвезда.
- Зачем нам Нагретые камни в пору Голых деревьев? - спросил
Ледозвезд, сидевший в темном углу палатки. - Солнцезвезд прав: зимой его
воины смогут там охотиться, а мы - нет. Нагретые камни нужны нам, чтобы
греться на солнышке, а разве зимой погреешься? Пусть Грозовые коты
пользуются нашими камнями в лютую стужу, дожди и холода, но как
только Юные листья вновь вернутся в лес, мы вернем себе то, что
добровольно уступим.
- Если так, то тем более нельзя отдавать им Нагретые камни! - выпалил
Криворот.
Ледозвезд поднял голову, удивленно моргнул.
- Почему? Ты хочешь, чтобы наши соседи голодали?
- Но ведь это ослабит их!
- Если нам не придется драться за Нагретые камни, то какая нам
разница - слабы они или сильны? Кроме этих скал мы никак не
пересекаемся с Грозовыми воинами. Нам не нужна их дичь, им - наша.
- А если они подумают, что мы настолько слабы, что можно отнять у
нас еще какую-нибудь часть территории?
- Ты в самом деле в это веришь? - спокойно спросил Ледозвезд. -

159.

Думаешь, что Солнцезвезд хочет отнять нашу землю?
Криворот задумался. На память ему вдруг пришли слова Желудя:
«Если бы я был предводителем, я бы позволил Грозовым котам охотиться
на Нагретых камнях в пору Голых деревьев, а с наступлением Юных
листьев снова устанавливал бы наши метки… Они забирают наши скалы
только тогда, когда им нечего есть».
Он пожал плечами.
- Нет, не думаю. Мне кажется, что Солнцезвезд просто хочет
прокормить свое племя в холода, когда лесная дичь прячется в норы и
дупла.
- Вот именно, - кивнул Ледозвезд. - У нас есть река и ивняк. У них только лес и больше ничего.
Но Криворот все равно не мог согласиться с доводами предводителя.
- Но ведь… они будут чувствовать себя победителями! - горячо
воскликнул он и невольно напрягся, вспомнив высокомерное поведение
Солнцезвезда. - Будут думать, что мы слабы!
- Они будут думать, что мы предпочли мир войне, - просто сказал
Ледозвезд. - Возможно, кто-то увидит в этом признак слабости, а кто-то проявление силы и мудрости.
Криворот подумал о Выдрохвостой и Чащобнике. О Траволапке и
молодых воинах. Как они примут это решение? Что скажут? Он глубоко
впился когтями в рыхлую землю палатки.
- Но Грозовые коты будут считать, что они в любое время могут
менять границы, как им заблагорассудится!
Ледозвезд пошевелился, крепче обвил хвостом лапы.
- Но разве мы поступаем иначе? Разве мы не так же отнимаем у них
Нагретые камни, когда наступает пора теплого солнца?
- Это другое дело! - взорвался Криворот. - Нагретые камни наши! Само
Звездное племя дало их нам!
Ледозвезд покачал головой:
- Я восхищаюсь твоей преданностью, Криворот, - тихо сказал он. Звездное племя не ошиблось, избрав тебя моим глашатаем.
Криворот съежился, смущенно потупив голову, но Ледозвезд еще не
закончил.
- Из тебя выйдет прекрасный предводитель. Мне не страшно оставлять
племя в твоих лапах, Криворот.
Моховой полог на входе в палатку всколыхнулся под чьей-то
нетерпеливой лапой. Потом показалась голова Чащобника.
- Ну что, решили? Когда выступаем? - бодро воскликнул он. - Все

160.

племя рвет и мечет!
Ледозвезд кивнул, а когда Чащобник удалился, посмотрел на своего
глашатая.
- Иди и объяви о нашем решении племени.
- Я? Сказать им, что мы решили уступить Нагретые камни?
Ледозвезд кивнул.
- Молодые воины - горячие головы, их очень трудно держать в
подчинении. Тебе нужно научиться подчинять их. Чем скорее ты это
сделаешь, тем лучше. Иди.
Криворот сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.
- Хорошо.
Он вышел из палатки и, под взглядами всего племени, пересек поляну.
Ледозвезд тихо шел за ним следом.
Речные коты притихли. Криворот поднял голову, обвел глазами лагерь.
- Мы не будем сражаться за Нагретые камни, - твердо сказал он. - Мы
позволим Грозовым котам забрать их до наступления Юных листьев.
- Слава Звездному племени! - раздался радостный возглас Пачкуна.
- Надо драться! - зарычал Чащобник.
Колокольчик обернулся к своим друзьям.
- Как же так?
- Да мы запросто побьем их! - пробасил Совокрыл.
- Они будут считать, что мы слабы! - поддержал его Можжевельник.
- Мы не можем безнаказанно спустить им такую наглость, - прошипела
Солнечная.
- Раз так, мы сами пойдем драться! - выпустил когти Камыш.
- Если вы не хотите защищать нашу землю, мы сделаем это сами! завыл Колокольчик.
Криворот оскалил зубы и низко зарычал.
- Ни один патруль не пересечет реку, - отрезал он, смерив ледяным
взглядом ощетинившихся молодых воинов. - Тот, кто посмеет ступить на
Нагретые камни без приказа предводителя, пусть страшится не Грозовых
котов, а меня, потому что я сам спущу с него шкуру. - Он в упор посмотрел
на Колокольчика. - Ты меня понял?
Колокольчик прижал уши, попятился.
- Д-да, глашатай.
Криворот резко вскинул голову и снова обвел глазами племя. Волнорез
смотрел на него, сощурив глаза, но молчал. Совокрыл потупился,
Чащобник втянул когти.
Криворот почувствовал прилив радости, но поспешил подавить его.

161.

Перед ним были не враги, а товарищи по племени, и он не собирался
сражаться с ними.
- До наступления Юных листьев Нагретые камни нам ни к чему, спокойно объяснил он. - В холода и вьюги нам будет нелегко патрулировать
противоположный берег реки. Пусть Грозовые коты ищут мышей в скалах,
чтобы наполнить свои пустые животы. У нас есть река, ивняк и ольховник,
а значит, всегда будет еда.
Можжевельник кивнул и сделал шаг вперед.
- Хочешь, я прямо сейчас поведу охотников за ней? - вызвался он.
- Спасибо, - ответил Криворот, почтительно склоняя голову перед
своим бывшим наставником. - Возьми с собой Солнечную, Лягушатника и
Колокольчика.
«Пусть займутся делом, вместо того, чтобы шипеть и баламутить
племя»,- подумал он про себя.
Когда племя стало потихоньку расходиться, чтобы вернуться к
обычным дневным обязанностям, Криворот поискал глазами Желудя.
Почему брат до сих пор не вернулся?
- Криворот? - окликнула его Выдрохвостая, выбираясь из камышей.
Глаза ее сверкали, она подбежала к глашатаю и склонилась к его уху. Можно мне поговорить с тобой? - быстро выпалила воительница и
поманила его хвостом в сторону зарослей осоки. Здесь она села и
подождала, когда глашатай устроится рядом.
- Ты заметил, что во время Совета наш Желудь все время любезничал с
одной Грозовой кошкой? - заговорщически прошептала Выдрохвостая.
- Разве? - рассеянно переспросил Криворот. - Нет, кажется, не заметил.
- Ты не видел его с Синегривкой? - в замешательстве покосилась на
него воительница.
- Видел. Кажется, он разговаривал с ней пару раз.
Выдрохвостая насупилась.
- Что такое? - насторожился Криворот.
- Видишь ли, сейчас, когда мы провожали патрульных Грозового
племени к границе, я заметила… - Выдрохвостая осеклась, опустила глаза
на свои лапы.
- Что заметила? - вытянул шею Криворот.
- Как Желудь шептался с Синегривкой.
- И что?
- Они были одни, - твердо ответила Выдрохвостая. - Она отстала от
своих, а Желудь подошел к ней со стороны реки. Он с утра отправился
ловить рыбу, он даже не знал о том, что соседи явились к нам с

162.

требованиями отдать им Нагретые камни.
- Наверное, он просто поразился, увидев чужих котов на нашей
территории, и решил выяснить, что они тут делают, - терпеливо ответил
Криворот. Он никак не мог взять в толк, почему Выдрохвостая придает
такое значение какому-то пустяку. - На месте Желудя так поступил бы
каждый воин.
- Да? - неуверенно переспросила Выдрохвостая. - Ну да, конечно. Она быстро встала. - Извини, что напрасно тебя побеспокоила.
Криворот погладил ее хвостом по спине.
- Ты всегда можешь сказать мне обо всем, что тебя тревожит, - сказал
он, чувствуя предательский холодок в груди.
«Интересно, искренне она это говорит или нет? - подумал он. - Почему
мне кажется, что Выдрохвостая чего-то не договаривает?»
Дождь перестал только на следующее утро. Криворот зевнул и
потянулся, подставив спину холодному утреннему солнцу. Река блестела за
камышами. Сегодня она была обманчиво тиха, словно затаилась до первого
ливня, когда можно будет вырваться из берегов и пойти войной на лагерь
Речного племени.
Жуконос и Камыш ловили рыбу ниже по течению. Криворот и Желудь
отправились к своей любимой запруде, решив наловить карпов. Желудь
нырнул, а Криворот ждал своей очереди на берегу.
Вот мокрая бурая голова Желудя показалась на поверхности реки,
крупная серебристая рыба билась в его зубах. Желудь выпрыгнул на берег,
бросил свой улов к лапам брата.
- Теперь ты.
- Много их там?
- Полно!
Криворот вошел в воду, а Желудь придирчиво обнюхал своего карпа.
- Желудь?
«Как бы то ни было, но я должен узнать правду».
Криворот постарался держаться как можно беспечнее, ничем не
выдавая своей тревоги.
- Желудь, ты вчера, когда ловил рыбу, не встретил патрульных
Грозового племени?
Желудь перевернул карпа лапой.
- Я видел, как Выдрохвостая и Чащобник провожали их до каменной
переправы.
«Почему ты не упоминаешь, что разговаривал с Синегривкой?»
- И как, все было спокойно?

163.

- Ну да, - пожал плечами Желудь. - Насколько я мог видеть.
«Почему он так напрягся? Почему прячет глаза?»
Криворот крепче вцепился когтями в скользкий камень.
- А почему ты меня спрашиваешь? - вдруг спросил Желудь, входя в
воду рядом с братом. - И почему стоишь, как будто хочешь пустить корни?
Если ты раздумал ловить рыбу, не занимай место, дай мне нырнуть еще
разок. - Он плюхнулся в воду и скрылся на глубине.
Криворот сощурил глаза. Возможно, он напрасно тревожится? Может
быть, Желудь просто обменялся с Синегривкой парой слов и считает это
пустяком, не стоящим упоминания? В конце концов, в чем он можем
упрекнуть брата? Любой воин на его месте сделал бы то же самое подошел к непрошеной гостье и задал бы ей пару вопросов. Возможно, у
Желудя нет никаких секретов…
Криворот вздохнул. Выйдя из воды, он лег на плоский серый камень и
стал ждать брата. Он не должен подозревать своих воинов в неверности. И
уж точно не имеет права думать, будто его брат может изменить Речному
племени.

164.

Глава XVI
В этом году пора Голых деревьев выдалась гнилой. Ледяные дожди
шли днями напролет, превратив поляну Речного племени в топкое болото.
Криворот поежился от холода. Его подстилка была насквозь мокрой.
Лежавшая рядом с ним Вербовейная перевернулась на бок и потянула
лапки.
- Опять протекает? - промурлыкала она. Тяжелая капля дождя
плюхнулась ей на живот. Вербовейная вскочила, поводя ушами. - Да когда
же кончатся эти бесконечные дожди? - простонала она.
Криворот лизнул ее в щеку.
- Я попрошу Ежевичинку замолвить словечко Звездному племени, промурлыкал он, зевая.
- Очень смешно! - Вербовейная звонко чихнула и вылезла из палатки.
Хмурый рассвет стоял над лагерем, низкое небо цеплялось за
верхушки деревьев, серое, как беличья шкурка. Цветенница, Оцелотка и
Травница деловито утепляли стены и крышу детской охапками листьев.
Они были все мокрые и дрожали от пронизывающего ветра.
Ледозвезд стоял на берегу, глядя на реку.
Криворот подошел к нему.
- Еще поднялась?
Вода уже затопила камыши. Светик и Мальвочке строго-настрого
запретили приближаться к реке. В любое время вода могла подняться еще
выше и смыть котят.
- Пока держится, - пробормотал в усы Ледозвезд. - Но нужно
постоянно следить.
Желудь высунул голову из палатки, потом выбрался на поляну и
подбежал к старшим воинам.
- В лагере уже сухого места не осталось, - вздохнул он, с тоской глядя
на реку. - По-моему, еще немного поднялась.
За стеной камыша бурлила вода - быстрая, бурая, опасная. О рыбалке в
такую пору нечего было и думать, даже опытный пловец вряд ли смог бы
справиться с бешеным течением.

165.

- Может быть, переведем Мягкокрылую и Лужицу к старейшинам? предложил Желудь.
- Еще рано, - покачал головой Ледозвезд.
Светик и Мальвочка, котята Мягкокрылой, с любопытством
выглядывали из детской. Им было уже три месяца от роду, и они с каждым
днем становились все больше и больше похожи на оруженосцев.
- Как себя чувствует Лужица? - спросил Ледозвезд.
Криворот вздохнул, покачал головой.
- Ее все тошнит.
Лужица со дня на день ожидала котят, но в детскую, как водится,
перебралась совсем недавно. Ежевичинка сбилась с лап, пытаясь помочь ей
справиться с тошнотой, но королева совсем потеряла аппетит и таяла на
глазах.
- Но если вода поднимется еще дальше, нужно будет перевести их
повыше, - сказал Криворот.
- Я кое-что придумал, - сказал Желудь. Подбежав к палатке
оруженосцев, он вытащил оттуда сухой стебель камыша и воткнул его в
топкую землю, отметив место, до которого дошла вода. - Теперь мы всегда
будем видеть, как быстро прибывает вода. Не волнуйтесь, я буду постоянно
следить за меткой, так что наводнение не застанет нас врасплох.
- Отличная мысль! - Криворот отряхнулся, радуясь тому, что его брат
снова повеселел. Пару месяцев назад Желудь вдруг резко изменился - стал
задумчивым и рассеянным, все чаще отмалчивался, а на расспросы брата
только вздыхал и огрызался. Криворот не на шутку тревожился за брата и
вновь стал подозревать, что странное поведение Желудя имеет какое-то
отношение к Синегривке. Но теперь Желудь вновь стал самим собой, и с
такой готовностью исполнял любые поручения, что у Криворота отлегло от
сердца.
Пачкун пробежал к палатке старейшин, неся в пасти охапку целебных
листьев.
- Это для Трещотки? - спросил Криворот. Старая кошка вот уже
несколько дней кашляла без перерыва.
Пачкун кивнул, не разжимая зубов. Криворот пошел за ним и
протиснулся в палатку старейшин.
- Привет, Ежевичинка, - кивнул он целительнице, сидевшей над
Трещоткой. - Как она?
Трещотка сердито сверкнула на него глазами из сумрака.
- Она, к твоему сведению, пока не оглохла, да и язык у нее тоже не
отсох! - просипела она.

166.

Бурьяноусый закатил глаза.
- К сожалению, насчет языка она права, - прошептал он и еще тише
добавил: - А я-то, рыбоголовый, надеялся, что после смерти Плавника в
палатке будет хоть немного потише!
Криворот посмотрел на два пустых гнездышка, сиротливо стоявших у
выхода. Мокрые подстилки до сих пор хранили слабые запахи
Ракушечника и Плавника. Криворот подсел к Трещотке.
Ежевичинка посыпала сырой пол палатки какими-то сухими травами.
- Все мокрое, - в отчаянии прошептала она. - Кругом лужи! Как же тут
не быть кашлю, в такую-то сырость?
Словно в подтверждении ее слов Трещотка зашлась в приступе
лающего кашля. Бурьяноусый прижал уши.
- Когда она не болтает, она выводит меня из себя своим кашлем!
Трещотка с усилием сглотнула.
- Старый ты рыбоголовый ворчун, - прохрипела она. - Ведь я знаю, что
ты будешь скучать, когда я уйду.
- Никуда ты не уйдешь, - твердо отрезала Ежевичинка, закончив
крошить травы. Она лапкой придвинула кучку под нос Трещотки. - Вот,
съешь. Это от боли в горле. - Целительница вскинула глаза на Криворота. Я послала Колокольчика, Лягушатника и Пушистую принести сухого мха,
но одному Звездному племени известно, где они его найдут в такую
погоду!
Пачкун склонил голову к плечу.
- Может, попросить Грозовых котов поделиться с нами мхом? предложил он. - У них в лесу много укромных местечек, к тому же
Грозовое племя у нас в долгу. Мы без боя уступили им Нагретые камни.
- Не хватало только умолять их! - взорвался Бурьяноусый. - Грозовые
коты и так считают нас слабаками! Это только такие чудаки, как ты, до сих
пор верят, будто кругом царит дружба да благородство! Как бы не так.
Проявил слабость - жди, когда тебя по уши в грязь втопчут. К тому же из-за
этой проклятой сырости мы так ослабли, что скоро и мальков не сможем
одолеть, не то что этих блохастых белколовов!
Трещотка с отвращением жевала травы.
- Он такой злющий стал из-за дождей, просто ужас, - прошамкала она,
кивая на своего соседа. - Ворчит да скрипит целыми днями, спасу от него
нет. - Она задумалась, шевеля усами. - А вот когда я еще была молодой,
наши воины ходили в большую палатку к Двуногим и брали оттуда сухую
траву, - вдруг сказала старая кошка.
- В какую большую палатку? - переспросил Криворот, с тревогой

167.

покосившись на Ежевичинку. Может, из-за холодов и сырости старуха
совсем выжила из ума?
- А в такую, где Двуногие сухую траву хранят, - сердито проворчала
старая кошка, взмахнув мокрым хвостом. - Там еще шавка жила, мерзкая
такая, черная с белым. Та еще была негодница, вечно тявкала. Она еще както на меня напала, помнишь, старик?
- Как не помнить, - пробурчал Бурьяноусый. - Она еще очень
удивилась, когда ты развернулась, да как следует прочесала ее когтями по
морде! То-то смеху было!
- Точно! - зашлась смехом Трещотка. Она заметно повеселела, даже
глаза у нее просветлели. - Хороший я задала ей урок, больше она не мешала
нам там охотиться.
Бурьяноусый поглубже подвернул под себя лапы, распушил мокрую
шерсть.
- А почему ты вспомнила о той палатке? Неужто захотела на мышей
поохотиться? - с улыбкой спросил он.
- Какие мыши, лягухоголовый ты дурень! - махнула на него хвостом
Трещотка. - Сказано же тебе - в той палатке Двуногие хранят сухую траву.
Коли пойти туда, да натаскать той травы, мы бы все спали на сухих
подстилках! И мох никакой не понадобится, какой от него прок, когда он
воду впитывает, что твой песок?
Глаза Бурьяноусого радостно заблестели.
- Умница! Я всегда знал, что голова у тебя светлая… вот только язык
чересчур длинный.
Ежевичинка вскочила на ноги.
- Как ты думаешь, это возможно? - спросила она у Криворота. - Если
Трещотка будет спать в сырости, ее кашель никогда не пройдет.
- Ну конечно! - Лапы Криворота загудели от радости. - Трещотка, ты
самая мудрая кошка во всем племени! - воскликнул он. Как он сам не
додумался до этого? Видимо, место, о котором говорила Трещотка, было
похоже на амбар, где Криворот так счастливо жил в детстве! Как он мог
забыть об этом тихом сухом уголке, надежно защищенном крепкими
стенами и крышей, где плотно сложенные кучи сухой травы высятся до
самого потолка, а в тишине шуршат мыши? - Я сейчас же доложу о твоей
идее Ледозвезду!
Криворот горячо лизнул опешившую старуху в ухо и вылетел из
палатки.
Ледозвезд сидел под ивой. Увидев бегущего ему навстречу Криворота
он встал и насторожил уши.

168.

- Трещотка сказала мне, что у Двуногих в амбаре всегда хранится
сухая трава! - выпалил Криворот.
- Ну конечно же! - встрепенулся предводитель. - Когда я был
оруженосцем, Трещотка брала меня туда охотиться! Это совсем близко к
нам, за оградой, где живет собака, - продолжал Ледозвезд, возбужденно
расхаживая по хлюпающему под ногами песку. - Мы немедленно
отправляемся!
- А где это? - уточнил Криворот. Определенно старики не могли
говорить об амбаре Веснушки, который находился слишком далеко от
территории Речного племени.
- Сразу за изгородью, где живет собака, - объяснил Ледозвезд. - Там за
полем стоит высокое гнездо. Двуногие в нем не живут, они хранят там
сухую траву, в которой водятся мыши. - Предводитель вскинул голову.
Даже весь мокрый, облепленный шерстью, он выглядел здоровым и
сильным, как будто был вдвое моложе своего возраста. - Цветенница,
Травница, Оцелотка! - подозвал Ледозвезд. - Утеплять детскую закончите
позже! Сейчас мы отправляемся на задание.
Желудь, не сводивший глаз со своей камышины, встрепенулся.
- Что такое? Вы куда?
Криворот отряхнул мокрый хвост.
- Мы идем за сухой травой для подстилок.
- А где мы ее возьмем? - спросила Цветенница. Она положила на
землю кучу сухих листьев и со всех ног бросилась к предводителю.
Травница спрыгнула с крыши детской, Оцелотка помчалась за ней.
Криворот нетерпеливо выпустил когти.
- Заодно можем и на мышей поохотиться!
Солнечная выскочила из своего гнездышка, насторожила чуткие ушки.
- Вы говорите про охоту?
- Про охоту? - высунулась из детской Мягкокрылая. - В такую-то
погоду? Разве можно ловить рыбу, когда такое течение?
- Мы будем охотиться на мышей, - сказал Ледозвезд.
- Тогда я тоже с вами! - пропищала Светик, ловко выкатившись из-под
материнских лап. Ее пятнистая рыже-белая шерстка мгновенно промокла
под ливнем.
- Светик! - взвизгнула Мягкокрылая.
- А почему ей можно, а мне нельзя-я-я-я, - заныла Мальва, сердито
молотя лапками по материнским ногам.
Ледозвезд повел патруль к выходу.
- Давайте-ка поскорее уйдем, пока все племя не увязалось за нами.

169.

Криворот весело помчался за предводителем. Дождь поливал буковую
рощу, хлестал по болоту. Криворот всмотрелся сквозь серую пелену и
вскоре разглядел высокую изгородь, за которой жила собака.
- Стойте! - он поднял хвост, приказывая воинам остановиться, и
обнюхал землю под забором. - Запах есть, но старый, наша пустолайка
давно сюда не приходила, - вскоре доложил он. - Наверное, она любит
дождь не больше, чем мы.
Криворот первый прополз под изгородь. Сильный запах мокрой глины
и травы ударил ему в нос. Выстроившись цепочкой, коты прошли мимо
лошадей, задумчиво щипавших траву посреди поля.
Здесь, на открытом месте, Кривороту было не по себе, поэтому он все
время убыстрял шаг. Вскоре он разглядел за стеной дождя огромное гнездо,
мрачной горой возвышавшееся в дальнем конце поля. Гнездо словно
вырастало из-за низкой серой стены, его черные деревянные стены зловеще
темнели на фоне серой завесы дождя.
- Это оно? - спросил Криворот у Ледозвезда.
Тот кивнул. Криворот бросился вперед, торопясь поскорее укрыться
под стеной. Патрульные поравнялись с ним, Цветенница принюхалась.
- Все запахи старые, - доложила она.
- А я вообще не чувствую ничего, кроме дождя, - пожаловалась
Оцелотка, пошевелив усами.
- Ждите здесь! - приказал Ледозвезд. Он вспрыгнул на стену и,
пригнувшись, заглянул на другую сторону.
Криворот вскочил рядом. За забором и до самой стены гнезда
простиралась гладкая земля, выложенная ровными светлыми камнями,
очень похожими на те, какими был окружен двор перед амбаром Веснушки.
- Все спокойно?
Ледозвезд кивнул. Криворот посмотрел вниз, на ожидавших
патрульных.
- Лезьте!
Травница первая вскочила на забор.
- Осторожнее, - шепнул Криворот, когда его бывшая ученица
спрыгнула на гладкую мокрую землю. Он слез следом за ней и с тревогой
огляделся по сторонам.
Ледозвезд решительно зашагал по камням. В высокой деревянной
заслонке, загораживавшей вход в амбар, возле самой земли зияла кривая
черная дыра.
Ледозвезд первый пролез внутрь.
- Все спокойно, - донесся из глубины его приглушенный голос.

170.

Оцелотка влезла следом, Травница и Цветенница последовали за ней.
Криворот вошел последним. Он замер на пороге, словно завороженно
глядя на крышу, парившую где-то высоко-высоко - казалось, выше
Серебряного пояса. Тусклый свет падал сквозь прорехи в крыше, страшные
черные тени тянулись по гладкому серому полу. Горы сухой травы
высились вдоль всех стен и посреди пола. Целые кучи прекрасной, сухой
золотой травы! И сладкий, отчетливый и свежий мышиный запах…
- Сначала наберем травы, потом будем охотиться, - распорядился
Ледозвезд. Взмахом хвоста он направил Криворота и Травницу к одной
куче, а Цветенницу и Оцелотку - к другой.
Траволапка звонко чихнула.
- Фу, пылища какая! - пискнула она, глядя на травяную гору. Шерсть у
нее встала дыбом и зашевелилась.
Криворот фыркнул и подтолкнул свою бывшую ученицу вперед.
- Глаза боятся - лапы делают, - подбодрил он. Взобравшись на кучу
травы, он подкатил одну связку к краю и сбросил на пол.
Траволапка бросилась на помощь, и они молча работали до тех пор,
пока не собрали целую груду замечательной сухой травы, сладко
пахнувшей солнцем и засушенным летом.
Криворот стряхнул лапой пыль с ушей, всмотрелся в темные углы
амбара. Запахи мышей и сена пробудили старые воспоминания. Он присел
в стойку, скосил глаза на Травницу.
- За мной!
Они проползли мимо Ледозвезда, Цветенницы и Оцелотки, которые
деловито сметали траву в кучки, удобные для переноски, и нырнули в
темноту. Здесь Криворот насторожил уши и дернул хвостом, приказывая
Травнице притихнуть. Вскоре они услышали шорох крохотных лапок по
полу. Криворот кивнул, но Травница, не дожидаясь его приказа, уже
поползла по камням, держа напряженный хвост в усике от пола.
Криворот обошел ее по широкой дуге и замер. Вот Травница прыгнула,
вытянув вперед лапы. Она промахнулась - жирная бурая мышка с писком
бросилась бежать - прямо в расставленные лапы Криворота. Он быстро
прихлопнул ее и прикончил укусом в шею.
- Прекрасно, - похвалил Ледозвезд, сидевший среди рассыпанной
травы. Он скатал последнюю охапку и направился к охотникам.
Травница уже снова присела, готовясь к следующему прыжку.
- Какая огромная! - вдруг ахнул Ледозвезд. Глаза его зажглись
восторгом, он с урчанием припал к полу и принял стойку.
Криворот принюхался.

171.

И оцепенел, разинув пасть. Это была не мышь.
Крыса!
Веснушка научил его остерегаться крыс. Одна крыса - это ничего
страшного, любой кот с ней справится. Но крысиная стая - это верная
смерть.
- Осторожнее! - прошипел Криворот.
В тот же миг сразу четыре твари с мерзким писком метнулись из
темного угла. Траволапка испуганно завизжала.
- Они нападают на нас!
Она высоко подпрыгнула, уворачиваясь от крысы, но та цапнула
Травницу за заднюю лапу и повисла, как репей.
Криворот прыгнул крысе на спину и прикончил ее укусом в шею.
- Ты цела?
Травинка заскулила от боли, кровь хлынула из ее прокушенной лапы.
Оцелотка, рыча от ярости, бросилась на помощь подруге. Выпустив когти,
она набросилась на вторую крысу и обратила ее в бегство.
- Их тут много! - ахнула Травница. - Они повсюду!
- Ухо…- хотел крикнуть Криворот, но не успел договорить,
поперхнувшись словами. Каждый волосок на его шкуре встал дыбом, в
глазах потемнело. Послышался шорох бесчисленных лапок, а потом из всех
щелей и дыр старого амбара на двор хлынули крысы.
Их было не просто много. Их было больше, чем Криворот видел в
своей жизни, больше, чем он мог себе представить, больше, чем могло
поместиться в этом огромном амбаре. В мгновение ока коты оказались в
окружении пружинистых коричневых тел, ощеренных зубов и длинных,
голых хвостов. Куда ни глянь, всюду видны были тощие спины и
маленькие, горящие злобой, глазки.
- Беги за подмогой! - рявкнул Криворот, поворачиваясь к Цветеннице.
- Но… - начала было та.
- Живо!
Цветенница развернулась и со всех ног бросилась прочь, а Криворот
заставил себя собраться. Теперь им нужно было продержаться до прихода
помощи. Охромевшая Травница, стиснув зубы, сражалась с крысиными
полчищами. Оцелотка пронзительно завизжала, когда огромная крыса
повисла у нее на хвосте. Повернув голову, пятнистая воительница вонзила
зубы в шею твари, но в тот же миг еще одна крыса прыгнула ей на спину.
- Помогите!
Криворот бросился к Оцелотке и когтями сорвал с нее визжащую
крысу. Оцелотка взвыла от боли.

172.

- Ледозвезд! - раздался пронзительный вопль Травницы.
Криворот обернулся. Сразу две крысы напали на Ледозвезда, одна
вскочила ему на спину, вторая впилась зубами в заднюю лапу. В два
прыжка Криворот очутился рядом с предводителем, стряхнул с него самую
крупную крысу, в бешенстве швырнул ее в стену амбара.
«Не спеши!» - раздался из темного угла хорошо знакомый голос.
«Кленовница? - Криворот быстро обернулся. - Чего тебе?»
«Это твой шанс, рыбоголовый! - зазвучал у него в ушах ее рокочущий
голос. - Оставь его крысам. Он стар и немощен, Речному племени давно
нужна свежая кровь. Если в твоем сердце живет отвага, ты уже сегодня
станешь предводителем!»
«Нет! - Криворот ринулся на крыс, осадивших Ледозвезда, и принялся
когтями и лапами расшвыривать их. - Никогда! Я не позволю вам убить
моего предводителя!»
Он схватил когтями следующую крысу, швырнул об пол, растоптал.
«Но ведь это твоя судьба, трус!» - взорвалась Кленовница.
Криворот оскалил зубы.
«Моя судьба в моих лапах, Кленовница. Она будет такой, как я захочу!
Я - а не ты!»
Увидев, что Ледозвезд пошатнулся под натиском крыс, Криворот с
новой силой заработал лапами. Краем глаза он увидел, как Траволапка с
трудом поднялась с пола, опираясь на плечо Оцелотки. Ледяные когти
страха сжали сердце Криворота. Он видел, что его бывшая ученица долго
не продержится.
Бежать к выходу было слишком опасно. Как только они перестанут
давать крысам отпор, те набросятся на них и растерзают. Криворот сбросил
на землю еще одну крысу, отшвырнул следующую. Значит, им оставалось
только одно - сражаться вместе.
- Речное племя! - оглушительно взвизгнул Криворот. - Хвост к хвосту!
Патрульные бросились к нему, встали в кружок, прижавшись спинами
друг к другу. Встав на задние лапы и яростно работая передними, они
встретили крыс смертоносным кольцом мелькающих когтей.
Ледозвезд хрипел, но разил, не зная пощады. Оцелотка пронзительным
визгом провожала каждую отброшенную крысу. Травница без устали
опускала лапы на пищащих тварей, пронзая когтями их извивающиеся тела.
Криворот задыхался от крысиной вони и запаха крови. С каждым
мгновением его все сильнее охватывала паника. Он видел, что Травница
припадает на раненую лапу, а Оцелотка обливается кровью. Если не
подоспеет помощь, очень скоро все будет конечно.

173.

- Пробиваемся к выходу! - прохрипел он. - Все вместе, не разбиваем
кольцо!
Они заковыляли к зиявшему над полом отверстию, и вдруг что-то
закрыло свет, лившийся из прорехи.
- Я привела подмогу! - разнесся по амбару пронзительный голос
Цветенницы.
Волнорез и Чащобник уже неслись на помощь изнемогающим воинам.
За ними бежали Черный Коготь и Совокрыл. Они рычали от бешенства,
глаза их полыхали грозным огнем мщения. Словно бурный поток, они
врезались в море пищащих крыс и принялись расшвыривать их во все
стороны.
Криворот содрогнулся, увидев, как Чащобник схватил бьющуюся
крысу в зубы и с хрустом перекусил ей хребет. Волнорез сцапал в каждую
лапу по крысе и швырнул их о каменный пол. Крысы с визгом бросились
врассыпную и вскоре растаяли в темноте.
Наступила тишина. Криворот опустился на четыре лапы. Оцелотка
упада рядом. Она задыхалась, весь бок у нее был в крови, зато глаза сияли
ярче звезд.
- Мы им задали! - прохрипела она. - Победа!
Криворот слизнул кровь с ее макушки.
- Да. Мы победили.
Слабый стон раздался у них за спиной.
- Травница! - ахнул Криворот, бросаясь к молодой воительнице. - Как
ты? Что с лапой?
Она застонала. Криворот услышал торопливый топот лап, его
отпихнули в сторону.
- Расступитесь, дайте подойти! - бросила Ежевичинка, останавливаясь
над Травницей. - Принесите паутину! - приказала она. Чащобник и
Волнорез бросились в угол и стали когтями стаскивать паутину, густой
бородой свисавшую со стены.
- Ледозвезд!
Вопль Совокрыла был полон такого ужаса, что Криворот похолодел.
Ледозвезд? Ужас, как кусок льда, упал на дно его живота.
Предводитель Речного племени лежал на каменном полу. Кровь струйкой
хлестала из рваной раны на его горле.
- Ежевичинка! - заорал Криворот.
- Подождите! - прошипела она. - Я не могу остановить кровотечение у
Травницы!
Криворот упал на пол радом с предводителем, нащупал рану на его

174.

шее. Она была глубокой, но Криворот крепко зажал ее лапой, надеясь
остановить кровь.
- Прости, - зашептал он. - Прости, я подвел тебя…
- Нет, ты меня не подвел, - в голосе Ледозвезда слышался незнакомый
булькающий хрип. - Ты сражался с отвагой Звездного племени, Криворот.
Отведи патруль в лагерь. Я оставляю свое племя в надежных лапах…
«Отойди от него!»
Криворот громко охнул, когда призрачная Кленовница вдруг
выскочила из темноты и отпихнула его от Ледозвезда. Очертания ее тела
были едва видны на фоне сумерек, но янтарные глаза горели свирепым
огнем.
- Нет!
Криворот бросился обратно и снова зажал кровоточащую рану на шее
предводителя. Но он больше не почувствовал биения жизни под своей
лапой. Кровь продолжала тихо течь на землю, но жизненная сила покинула
Ледозвезда. Голова старого кота упала набок, глаза остекленели и погасли.
Криворот почувствовал, будто внутри у него что-то оборвалось.
- Ежевичинка! - хрипло позвал он. - Он… он умер.
Упав на холодный пол, Криворот уткнулся головой в окровавленную
шерсть предводителя и закрыл глаза.

175.

Глава XVII
- Криворот! - прошептала Ежевичинка.
Он с трудом открыл глаза. Нет, это был не сон. Он лежал в амбаре, на
холодном полу, весь перепачканный кровью Ледозвезда, с полными
когтями крысиной шерсти. Дрожа всем телом, Криворот поднялся на лапы.
- Как Травница?
Ежевичинка погладила его хвостом по боку.
- С ней все будет хорошо.
Она посмотрела на Ледозвезда, глаза ее заблестели.
- Я пытался остановить кровотечение, - прошептал Криворот.
«Может быть, мне бы это удалось, если бы не Кленовница…»
Чувство вины было страшнее жгучей боли от ран.
Ежевичинка осмотрела рану на шее мертвого предводителя.
- Нет, Криворот, ты ничего не мог сделать, - тихо сказала она. - Эту
рану даже я не исцелила бы.
Криворот огляделся. В амбаре было пусто и тихо.
- Как Оцелотка? Что с ней?
- Все нормально! - Оцелотка, хромая, подошла к ним, уткнулась носом
в шерсть Ледозвезда.
Криворот отошел к Травнице. Ее лапа была густо обмотана паутиной,
глаза погасли.
- Ты сражалась, как настоящая Речная воительница, - тихо сказал
глашатай, прижавшись щекой к щеке своей бывшей ученицы. - Сможешь
дойти до дома?
Травница кивнула. Сейчас в ней не было ничего от той неугомонной
жизнерадостной болтушки, которую он знал.
- Помоги ей, - попросил Криворот, подозвав Чащобника.
Бурый кот подставил Травнице плечо, повел к выходу. Солнечная
бросилась за ними, поддержала раненую с другой стороны.
Волнорез скорбно опустил голову.
- Хочешь, я отнесу его в лагерь?
- Я сам, - покачал головой Криворот.

176.

Ежевичинка протестующее взмахнула лапой.
- Нет, ни в коем случае! Ты ранен!
- Пустяки, всего лишь пара укусов.
Криворот был настолько оглушен, что не чувствовал боли. Он присел,
Совокрыл и Волнорез положили ему на спину холодное тело Ледозвезда.
Криворот с трудом поднялся и, пошатываясь, понес предводителя в
последний путь домой.
Ужаснее всего было протаскивать тело Ледозвезда в лаз. Криворот
болезненно морщился, чувствуя, как шерсть Ледозвезда цепляется за
щепки. Но он не мог остановиться, не мог позволить себе передышку. Он
думал только о том, какую страшную весть несет в племя.
- Давай я понесу его немного, - несколько раз просил Волнорез по
дороге.
Криворот задыхался, его раны горели огнем.
- Нет… Я сам.
Когда они миновали буковую рощу и стали приближаться к лагерю, он
почувствовал, что Волнорез подставил ему плечо, приняв на себя тяжесть
ноши. Шатаясь, Криворот вышел на поляну и позволил Совокрылу снять с
него тело предводителя. Затем он упал в слякоть и закрыл глаза.
- Криворот! - бросилась к нему Вербовейная. - Что с тобой? Ты цел?
Но он не нашел в себе силы ответить, тьма уже проглотила его.
Он проснулся в своем гнездышке. Крысиные укусы болели так, словно
в раны забрались муравьи.
Вербовейная сидела над ним.
- Как ты? Проснулся?
- Я проспал прощание с Ледозвездом! - вскочил Криворот.
- Не волнуйся, ты ничего не проспал, - с горечью прошептала
Вербовейная. - Он… он все еще на поляне.
Криворот опрометью выбежал из палатки.
- Как ты? - бросился к нему Совокрыл.
- Хорошо, - кивнул Криворот. Он посмотрел на поляну. На
сгорбленного горем Желудя, на притихших соплеменников.
Трещотка сидела на краю поляны и горестно выла, раскачиваясь из
стороны в сторону.
- Зачем, зачем я рассказала про этот проклятый амбар? Это же я
послала его на верную смерть!
Бурьяноусый неуклюже топтался рядом с ней, глаза его сверкали от
слез.
- Да зачем же ты говоришь такое… - беспомощно лепетал он. - Разве ж

177.

ты могла знать, что там такое? Не вини себя, лягухоголовая! Уж коли ты в
чем виновата, так только в том, что шума от тебя больше, чем от всего
племени!
Жуконос, сгорбившись, сидел под любимой отцовской ивой.
Цветенница и Мышелов прижались к нему, все трое молча смотрели на
тело отца, лежавшее в центре поляны. Дождь прекратился, тучи
рассеялись. Лучи багрового закатного солнца падали на поляну, зажигая
алые капли на мокрой шкуре Ледозвезда.
Туманинка молча сидела перед телом своего друга. Заслышав шаги
Криворота, она подняла голову и прошептала:
- Зачем же я его отпустила…
Криворот дотронулся носом до ее макушки.
- Он до самого конца сражался, как Звездный воитель.
Ветви палатки целительницы громко зашуршали, Ежевичинка вышла
на поляну.
- Как Травница и Оцелотка? - спросил Криворот.
- Отдыхают, - ответила Ежевичинка. - Я смазала их раны, чтобы
остановить заражение. - Она посмотрела на грязную, окровавленную
шерсть Криворота. - Иди в мою палатку, Криворот. Я должна обработать
твои раны.
- Потом, - отмахнулся он. - После прощания.
Но целительница упрямо покачала головой.
- Тебе предстоит долгое путешествие к Лунному камню, - напомнила
она.
Криворот непонимающе уставился на нее.
- Ты должен получить свои девять жизней.
Девять жизней.
Только сейчас Криворот понял, что стал предводителем. Его бросило в
дрожь.
- Мы должны выйти немедленно, - продолжала Ежевичинка. - Пачкун
позаботится о Травнице и Оцелотке.
Криворот беспомощно посмотрел на Туманинку.
- Ты… справишься?
- Мне придется жить без него, - тихо ответила та. - Со мной будет
племя.
Криворот низко склонило голову. Почувствовав на себе чей-то взгляд,
он повернулся и сначала увидел Чащобника. Потом заметил Лужицу,
глядевшую на него из детской круглыми глазами, полными страха.
Лягушатник и Колокольчик вышли из камышей и остановились на

178.

краю поляны. Их шерсть стояла дыбом, уши были прижаты.
У Криворота разболелось сердце. На него смотрело все племя. Теперь
Речные коты зависели от него. Никогда еще он не чувствовал себя таким
беспомощным. Таким жалким. Он не готов! Он только недавно стал
глашатаем и еще не успел ничему научиться!
Теплый бок Вербовейной прижался к его боку.
- Ты справишься, - нежно прошептала она, как всегда, угадав его
мысли. Вербовейная посмотрела на Ежевичинку, терпеливо ждавшую у
выхода из лагеря. - Все будет хорошо. Ледозвезд сделал правильный выбор,
назвав тебя своим глашатаем.
«Нет, он ошибся! - с болью подумал Криворот. Земля зашаталась под
его лапами. - Мою судьбу решил не Ледозвезд и даже не Звездное племя, ее
определила Кленовница - страшная кошка из Сумрачного леса! - Паника
охватила его. - Что же мне делать?»
- Идем! - мягко, но настойчиво позвала Ежевичинка.
- Иду.
Ежевичинка шла чуть впереди. В молчании они перешли по каменной
переправе на другой берег и побрели в сторону водопада. Криворот нагнал
целительницу только после того, как они перешли пограничные метки
племени Ветра. Он не мог допустить, чтобы целительница оказалась одна,
если они вдруг столкнутся с патрульными. Почему Ежевичинка молчит,
почему ни слова не сказала о том, что он стал предводителем? Она так
тревожилась, когда Ледозвезд назначил его глашатаем, наверное, сейчас
она просто в ужасе…
Криворот резко остановился.
Ежевичинка обернулась, с удивлением посмотрела на него. Вокруг нее
колыхалось вересковое море, розовеющее под лучами кровавого заката.
- Ты идешь?
- Ты должна мне все рассказать! - Криворот впился когтями в мягкую
землю. - Я не могу предстать перед Звездным племенем, пока не узнаю
того, что знаешь ты!
Он уже не сомневался в том, что Звездные предки послали
целительнице знак, предупредив о том, что ему нельзя доверять. Если
Ежевичинка знает о Кленовнице, значит, о ней известно и в Звездном
племени. Что если предки откажутся дать ему девять жизней?
- Что я знаю? - переспросила Ежевичинка.
- Хватит притворяться! - рявкнул Криворот, выходя из себя. - Не
притворяйся, будто ты не волнуешься о том, как меня примут Звездные
предки! Ты боишься, что они не сделают меня предводителем? - прошипел

179.

он и сощурился. - Или надеешься на это?
- Почему я должна на это надеяться?
- Из-за пророчества! - взорвался Криворот. - Из-за знамения, которое
тебе послали Звездные воители! Они предупредили тебя, что мне нельзя
доверять? В чем дело, Ежевичинка? Довольно играть в прятки, ты и так
слишком долго скрывала от меня правду. Сейчас ты должна рассказать мне,
что ты знаешь!
Ежевичинка сгорбилась, втянула голову в плечи.
- Да… Да, ты прав. Но… это не то, что ты думаешь! - Она села и
посмотрела на Криворота своими тихими голубыми глазами. - Я видела
тебя с ней.
Криворот вспыхнул от стыда.
- С Кленовницей?
- Ее так зовут? - насторожила ушки целительница. - Я не знала. Я
знала только, что она тренирует тебя в каком-то ужасном месте… Там
темно и холодно, там пахнет смертью и одиночеством. - Шерсть у нее
встала дыбом. - Я видела, что ты выбрал союз с котами, которые никогда не
были преданы ни тебе, ни твоему племени.
- Я же не знал, что она такая, - прошептал Криворот. - Я был таким
глупым… Я думал, что она из Звездного племени.
Ежевичинка изогнула хвост.
- Из Звездного племени?! - ахнула она. - Так вот что ты думал! - Ее
шерсть мгновенно опустилась, уши встали торчком. - Как же я раньше не
поняла, рыбья моя голова! Великое Звездное племя, ведь я гораздо старше
тебя, почему же я оказалась такой безмозглой? То-то я никак не могла
понять, в чем дело… Каждый раз, когда вставал вопрос о защите своего
племени и соплеменников, ты всегда проявлял храбрость и преданность, ты
делал все, чтобы помочь племени. И я не могла понять, как же ты можешь
быть плохим, когда ты такой хороший? Как ты можешь тренироваться со
злодеями, если ты добр и предан?
- Я думал, что Кленовница мой друг, - пробормотал Криворот, потупив
глаза. - Я хотел быть самым лучшим воином, а она говорила, что поможет
мне в этом.
Ежевичинка сокрушенно покачала головой.
- Рыбья моя голова… Ведь я могла помочь тебе, могла подсказать!
Прости меня, Криворот. Ты всегда был прекрасным воином, с самого
детства в твоей груди билось сердце победителя и защитника своего
племени! Неужели ты этого не знал?
- Как я мог об этом узнать? - горько усмехнулся Криворот. - После

180.

того, как сломал челюсть, все от меня отвернулись. Мне давали понять, что
от меня нет никакого прока, что я только путаюсь у всех под лапами. Разве
ты не помнишь, почему я убежал?
Ежевичинка часто-часто заморгала, съежилась в комок.
- Да, я помню… Мы тебя оттолкнули… Это моя вина, что ты нашел
утешение в обществе лгуньи и убийцы!
- Нет, - покачал головой Криворот. - Не вини себя. Что было, то
прошло. Мое племя - это моя судьба. Оно мне дороже всего на свете.
- Но ты дружил с кошкой из Сумрачного леса.
- И это тоже прошло. Я сказал ей, что больше не нуждаюсь в ее
помощи, - отрезал Криворот, выпуская когти. - Этого достаточно, чтобы
заслужить доверие предков?
- Звездное племя все видит, - ответила Ежевичинка, на миг потупив
глаза. - Оно гораздо мудрее и дальновиднее меня. - С этими словами она
повернулась и зашагала через вереск. - Доверься воле предков.
У Криворота разболелся живот. Что если предки откажутся признать
его предводителем в наказание за дружбу с Сумрачным лесом? Вздохнув,
он побежал за Ежевичинкой, стараясь не обращать внимания на жгучую
боль в израненном теле.
Ночь застала их на узкой тропке, вившейся среди вереска. Ветер гулял
по пустоши, свистел в ушах, заглушая все остальные звуки. Наверное,
поэтому Криворот не услышал шагов приближающегося патруля.
- Что вы здесь делаете? - рявкнул Камышник, преграждая дорогу
Речным котам.
- Идем к Лунному камню, - ответил Криворот.
По бокам от глашатая стояли Лучехвост и Светлячок.
Светло-золотистая Светлячок бесцеремонно прыгнула вперед и пошла
на Ежевичинку.
- Дайте нам проход, - прорычал Криворот, не разжимая зубов. - Я иду к
Лунному камню за даром девяти жизней.
Глаза Камышника потемнели, стали холодными, как камень.
- Ледозвезд умер? - в голосе полосатого кота не было ни тени печали,
однако он взмахом хвоста приказал своим воинам расступиться. - Дайте им
проход.
Патрульные отошли в стороны.
За пустошами лежала тихая Гремящая тропа. Криворот и Ежевичинка
без происшествий миновали ее и углубились на территорию Двуногих. Под
черным небом, под мерцающими звездами они шли и шли вперед.
Криворот изнемогал от боли и усталости, лапы у него дрожали и

181.

подгибались, но он упрямо шагал через высокую траву. Они обошли ферму
Веснушки, и Криворот был этому рад. На сегодня с него было довольно
амбаров и заборов.
Луна еще не успела подняться на макушку неба, когда измученные
коты подошли к Высоким скалам.
- Мы как раз вовремя, - пропыхтела Ежевичинка, бредя вверх по
склону к Материнскому истоку.
«Пожалуйста, не прогоняйте меня! - молился Криворот, шагая следом
за ней через кромешную тьму извилистого туннеля. - Дайте мне девять
жизней!»
Оказывается, он успел забыть, как здесь холодно. В прошлый раз с
ним была Верболапка, и это было славное приключение. На этот раз он
чувствовал себя старым, как седая луна. Кто-то ждет его у Лунного камня?
Кто придет поприветствовать его - Звездные предки или мертвые коты из
Сумрачного леса?
- Ежевичинка! - Криворот слышал шорох ее лап впереди, но внезапно
ему отчаянно захотелось услышать ее голос, чтобы убедиться, что его ведет
целительница Речного племени, а не посланник Кленовницы.
- Я здесь, Криворот.
Свет заструился впереди.
- Быстрее! - всполошилась Ежевичинка. - Лунный свет уже пролился
на камень!
С бешено колотящимся сердцем Криворот припустил за ней, и даже
зажмурился от света, выбежав к Лунному камню. Он и забыл, как высоко
парит над темнотой отверстие в своде пещеры, как прекрасен белый
камень, купающийся в сиянии ночных светил.
- Прижмись носом к камню, - подтолкнула его Ежевичинка.
Ужас когтями стиснул его сердце.
- Я… Кто будет ждать меня там?
- Я не знаю, - тихо призналась Ежевичинка и отошла, оставив его
одного.
Криворот медленно сделал несколько шажков вперед, закрыл глаза,
потом лег и вытянул шею, пока не коснулся носом прохладной поверхности
камня. Тогда он замер, ожидая, когда свет хлынет в его жилы и
ослепительный свет унесет его к звездам.
Пожалуйста!
Криворот открыл глаза. Он стоял посреди огромного пустого оврага,
со всех сторон окруженного тьмой. Страх сдавил его сердце.
«Это Сумрачный лес! Соратники Кленовницы предъявили свои права

182.

на мою душу! Они забрали меня к себе».
Криворот хрипло задышал и попятился, тряся головой, отчаянно
пытаясь проснуться от кошмара.
Серебристый луч упал с вершины оврага и потянулся к нему,
удлиняясь с каждым мгновением. Вот луч заметался по поляне, выхватывая
из темноты кошачьи морды и усыпанные звездами фигуры. Вскоре все
склоны оврага оказались заполнены котами. Криворот завертелся на месте,
пытаясь увидеть их всех, бессчетное звездное воинство замелькало перед
его глазами, сливаясь в единый Серебряный пояс. Его обступали запахи
реки, леса, сосен и пустошей - здесь все племена смешались в одно
огромное, единое племя, полыхавшее звездами. Внезапно из толпы вышел
знакомый серый кот.
Ледозвезд!
- Добро пожаловать в Звездное племя, - склонил голову предводитель.
Теперь он выглядел молодым и сильным, его шерсть лоснилась, а глаза
сияли молодым блеском. - Я горжусь тобой, Криворот. Ты спас свое племя
от полчищ крыс.
- Но не сумел спасти тебя…
- Мне настало время уйти, - старый предводитель поднял голову. - А
тебе пришло время жить!
Криворот съежился, во рту у него пересохло. Какое счастье, что он
попал в Звездное племя!
- С этой жизнью дарю тебе отвагу, - прошептал Ледозвезд,
дотрагиваясь носом до носа Криворота. - Пусть в пору сомнений твое
сердце всегда ведет тебя вперед, а не назад!
Ослепительная боль пронзила Криворота. Он хотел отдернуться, но
его лапы словно приросли к земле. Воспоминания Ледозвезда нахлынули
на него. Он увидел битвы, блеск выпущенных когтей, оскаленные пасти,
кровь, кровь… Визг врагов ударил ему в уши. Криворот почувствовал, что
падает, кубарем катится с Нагретых камней в реку…
Когда он захрипел, Ледозвезд отстранился, и его воспоминания
погасли.
Криворот пошатнулся, не веря своему избавлению.
- Спасибо, - прохрипел он.
Еще одна кошка вышла к нему из рядов Звездного воинства.
Темноводница.
Незнакомое имя вспыхнуло в памяти Криворота. Он никогда не видел
эту кошку, погибшую во время страшного ливня в ночь его рождения.
Странно, но сейчас Криворот знал ее так же хорошо, знал как котов, рядом

183.

с которыми вырос. Возможно, он знал ее с рождения - или был рожден,
чтобы узнать.
- Ты никогда не видел меня живой, - ласково сказала Темноводница. Я погибла во время грозы, когда ты родился. С этой жизнью я дарю тебе
материнскую любовь. - Она вытянула шею и коснулась носом его макушки.
Криворот содрогнулся, когда любовь - яростная, как стая тигров,
прожгла его насквозь, закалив сердце бесстрашием. Неужели любовь
матери к своему ребенку может быть такой беспощадной?
Когда Темноводница отошла, перед Криворотом очутился сильный кот
с длинной полосатой шерстью.
- Плавник! - обрадовался Криворот. - Как хорошо, что ты пришел!
Шерсть Плавника лоснилась и переливалась в свете звезд.
- С этой жизнью я дарю тебе справедливость. - Криворот не сразу
узнал в этом сильном молодом голосе сиплое ворчание Плавника, которого
он знал в жизни. Когда Плавник наклонился к нему, Криворот
почувствовал, как уверенность наполнила его сердце, омыла, как вода
омывает камень. Отныне он всегда будет знать, что правильно, а что нет, и
грядущие луны не заставят его утратить эту уверенность.
«Время может сточить камень, но не уничтожить его».
Плавник уступил место следующему Звездному воину.
- Меня зовут Мох, - звонко произнес молодой Речной воин с веселыми
блестящими глазами. - С этой жизнью я дарю тебе доверие!
Он быстро коснулся носом головы Криворота, и тот почувствовал, как
на него снизошел покой бескрайнего синего неба.
Затем он услышал еще одно имя.
Лилия.
Прекрасная Речная королева приблизилась к Кривороту, ее большие
синие глаза сияли светом звезд.
- С этой жизнью я дарю тебе сострадание!
Тепло разлилось по телу Криворота, его переполнила любовь к своим
товарищам, ко всем раненым, больным, напуганным, несчастным и
страдающим.
Когда красавица удалилась, перед Криворотом очутился совсем
молодой воин с озорными глазами.
- Меня зовут Молниелап, - улыбнулся он, кивая. - С этой жизнью я
дарю тебе скромность.
Как только оруженосец коснулся Криворота, мир вдруг начал
стремительно расширяться перед его глазами, пока территория Речного
племени не превратилась сначала в островок, а затем и в крохотную точку

184.

среди бескрайнего моря рек, лугов и лесов.
«Как огромен мир! - ахнул про себя Криворот. - Наши дела, наши беды
и радости составляют весь смысл нашей жизни, но в это же время где-то
далеко - или близко - идет совсем другая жизнь, о которой мы ничего не
знаем…»
Когда Молниелап отошел, Криворот с радостью встрепенулся
навстречу следующей кошке. Заряница! Радость охватила его, когда он
увидел за спиной королевы трех котят с круглыми блестящими глазенками.
Заряница с нежностью и любовью посмотрела на Криворота.
- Как я рада видеть тебя здесь! - промурлыкала она. - С этой жизнью я
дарю тебе надежду. Никогда не бойся будущего, ибо оно полно чудес.
Когда Заряница коснулась головы Криворота, он вдруг почувствовал,
что мчится по лугу, по высокой траве - быстрее ветра, быстрее молнии,
едва касаясь лапами земли - к далекому горизонту, розовеющему утренним
светом.
Котята завозились под животом у Заряницы, пихая ее своими мягкими
лапками, и королева тихо отошла на свое место.
- С этой жизнью я дарю тебе терпение, - Криворот вздрогнул, услышав
голос следующего кота.
«Зяблик» - всплыло имя из глубины памяти. Криворот впервые видел
этого кота и слышал его имя, но чувствовал, будто знал его всю жизнь.
Глубокий покой охватил его, пропитал шерсть, заставил сердце биться
медленнее.
Но как только Зяблик отошел, безмятежность покинула Криворота, и
страх перед будущим вновь охватил его. Кто-то подойдет к нему сейчас?
Моросинка? Он обвел глазами толпу котов, ища мать. Может быть, она
тоже приготовила для него жизнь?
- Криворот!
Он вздрогнул, услышав родной голос. Перед ним стоял Ракушечник.
Горькая радость согрела сердце Криворота.
- Она здесь, - прошептал Ракушечник. Очевидно, в этом звездном краю
все самые тайные мысли были все равно, что слова, произнесенные вслух. Но последнюю жизнь дам тебе я. - Он посмотрел в глаза Кривороту. Очень давно, когда ты был мал, одинок и доверчив, ты пил воду из
отравленного источника. Прости, что я не знал об этом. Прости, что не
смог удержать тебя. Прости, что моей любви не хватило, чтобы ты не
чувствовал себя отверженным.
Криворот в отчаянии замотал головой.
- Тебе не за что просить прощения! Ты дал мне все, что только может

185.

дать отец, и даже больше!
Но Ракушечник взглядом остановил его.
- С этой жизнью я дарю тебе верность - своему племени и тем, кто
тебя любит. Пообещай, что разумно распорядишься этим даром.
Криворот смущенно переступил с лапы на лапу.
«Он предостерегает меня от хождения в Сумрачный лес!» - понял
Криворот.
- Отныне я буду идти своим путем один, - поклялся Криворот.
- Нет, не один, - с улыбкой поправил его отец. - Твои предки всегда
будут рядом. Доброго пути, мой сын. Ты станешь прекрасным
предводителем, о котором будут слагать легенды. Поэтому вместе с жизнью
я пришел дать тебе новое имя. Твой путь был кривым не по твоей вине, но
сейчас настало время прямоты. Отныне перед тобой лежит прямая дорога к
звездам. Тебя будут звать Метеором, под этим именем ты прославишь себя
и свое племя.
Метеор закрыл глаза, а небесное воинство, запрокинув головы, стало
повторять его новое имя. Счастье затопило Метеора. Он будет хорошим
предводителем. Незнакомая прежде уверенность поселилась в его сердце,
наполнила силой лапы. Скорее бы вернуться обратно в племя! Как-то там
дела?
Когда голоса Звездного племени стихли, Метеор открыл глаза и
вздохнул.
«Где же Лунный камень?»
- Все получилось! Мы добились того, чего хотели! - раздалось у него
над ухом знакомое злое шипение.
Кленовница!
Она стояла рядом с ним, ее глаза горели яростным пламенем.
- Видишь, ты сдержал свое слово, а я сдержала свое. Ты доказал, что
для тебя нет ничего важнее, чем стать предводителем. Ты уже решил, как
ты собираешься отблагодарить меня за жертвы, которые я принесла ради
тебя?
Метеор молча уставился на нее. О каких жертвах она говорит?
Неужели она имеет в виду Моросинку? Или Ледозвезда? Неужели
Кленовница верит, будто она сделала его предводителем, заставив
переступить через тех, кого он любил?
- Я поклялся быть преданным Речному племени, но никогда не был
готов возвыситься за счет чьей-то смерти! - зарычал он. - Оставь меня в
покое! Это самое лучшее, что ты можешь для меня сделать. Я больше не
связан никаким обещанием, слышишь?

186.

Когда он отвернулся, Кленовница оскалилась, показав кривые желтые
зубы.
- Глупец! Ты никуда от меня не уйдешь! - Метеор почувствовал, как
острые когти располосовали его шкуру, хотя Кленовница стояла в
нескольких шагах от него. - Даже не надейся избавиться от меня! Ничего
еще не закончено!

187.

Глава XVIII
Метеор сел на задние лапы, пропуская вперед Колокольчика и
Щукозуба. - Теперь весь лес знает, почему тебя назвали Колокольчиком, прыснул Щукозуб. - У тебя в животе с самого утра звенит, не умолкает!
Колокольчик зачерпнул снег и швырнул в Щукозуба.
- Еще бы не звенеть, в пустом-то брюхе, - проворчал он. - За последние
два дня я съел половинку воробья, а этим сыт не будешь!
- Ничего, мы непременно что-нибудь поймаем, - пробормотал Метеор,
углубляясь в ивовую рощу. Он очень старался, чтобы его голос прозвучал
уверенно, но ему было страшно смотреть на своих отощавших голодных
соплеменников.
- Да уж, поймаем, - процедил Колокольчик. - С рассвета бродим, да все
без толку.
Солнце уже начало клониться к горизонту.
Река замерзла всего пол-луны тому назад, но морозы ударили такие,
что лед сразу стал толстый и крепкий, такой лапой не проломишь.
Лишившись рыбы, котам оставалось надеяться только на редкую наземную
дичь. Речное племя забыло, когда в последний раз ело досыта, котам грозил
голод.
- Ты должен есть, чтобы сохранить силы! - каждый вечер умоляла
Метеора Вербовейная. - Ты нужен всему племени!
Но он не мог отрывать кусок у товарищей, поэтому голодал.
Колокольчик, взвизгнув, провалился в глубокий снег. Ворча и
проклиная все на свете, он выбрался на дорогу, отряхнулся.
- Нет, ну почему я падаю в каждую яму?
- Потому что ты рыбоголовый! - с готовностью подсказал Щукозуб, и
Метеор поспешил вмешаться. Известно, что чем сильнее голод, тем
быстрее портится кошачий характер, тут и до драки недалеко.
- Давайте я пойду впереди, - предложил он, бросаясь бегом по
тропинке, взметнув снег лапами.
- Ну спасибо! - прошипел Щукозуб, отряхиваясь. - Мне как раз было
очень жарко, как хорошо, что ты припорошил меня снежком!

188.

«Пустой живот озлобляет сердце», - вспомнил Метеор любимую
присказку Трещотки.
В прошлый раз, когда старуха опять завела свою песню по про пустые
животы, Бурьяноусый, не выдержав, набросился на нее.
- Неужели нельзя хоть раз сказать что-нибудь умное?
И острая на язык Трещотка впервые не нашлась, что ответить. Она
лишь молча, с болью, посмотрела на своего вспыльчивого друга. Как и все
Речное племя, Трещотка оплакивала первенцев Лужицы, ушедших в
Звездное племя вскоре после рождения. Речные коты ходили, как тени, не
зная, как утешить несчастную королеву. Оба котенка, Капелька и Лучик,
родились слабыми, да так и не окрепли, тихо угаснув через месяц после
появления на свет.
После этого Лужица тяжело заболела. Пачкун и Ежевичинка по
очереди сидели с ней, пока она не могла вставать и выходить из лагеря. Но
и после выздоровления Лужица не смогла оправиться от горя. Она худела,
таяла и молчала. Никто не мог вытянуть из нее ни слова. Каждый день она
тихо уходила из лагеря, садилась на берегу замерзшей реки и тихо выла,
глядя в небо.
- Она зовет своих детей, - перешептывались коты.
Метеор своими ушами слышал, как Переливчатая сказала это
Щукозубу.
- Бедняжка знает, что они не вернутся, но верит, будто они услышат ее
в Звездном племени…
Метеор тогда перестал умываться и насторожил уши - так и есть,
горестный вопль Лужицы эхом разносился над замерзшей рекой.
Он потряс головой, отгоняя воспоминания.
- Идем!
Метеор взбежал вверх по склону и вышел на полянку, окруженную
ивами и рябинами. Щукозуб вылез следом, взрывая снег.
Колокольчик принюхался.
- Белка!
Он присел в снег, затаился. Серая белка прошмыгнула среди ив, хвост
развевался у нее за спиной. Когда шустрый зверек вскочил на ствол дерева,
намереваясь удрать в ветки, Колокольчик прыгнул, подняв целую вьюгу. Он
взлетел на дерево следом за белкой и погнался за ней по ветке, осыпая
Метеора и Щукозуба снегом.
- Осторожнее! - взвыл Щукозуб, отряхиваясь.
Колокольчик перелетел на другое дерево, но белка шустро удрала
вверх, в безопасное убежище тонких ветвей, а оттуда умчалась по деревьям

189.

на другую сторону рощи. Незадачливый Колокольчик повис на гибкой
ветке, отчаянно болтая лапами в воздухе.
- Лисий помет! - прошипел он, плюхаясь в сугроб. Потом сел, стряхнул
снег с ушей.
Метеор устало покачал головой.
- Не повезло, - сказал он. Жаль, что Желудь не смог пойти с ними! Он
был проворным и таким легколапым, что корка наста никогда не трескалась
под ним. Но Желудь отдыхал. Несколько лун тому назад он сошелся в
жестокой схватке с Остролапом из Грозового племени, и с тех пор его
прокушенная лапа ныла в холода.
Метеор до сих пор жалел о том, что его тогда не было рядом. Он бы
сумел защитить Желудя. Он тоже тренировался в Сумрачном лесу, ему ли
не знать любимые приемы Остролапа! Метеор невольно поежился при
одном воспоминании об этом пропащем месте. Судя по слухам,
просачивавшимся из-за реки, Пятнистый вот-вот уйдет в Звездное племя, и
хотя Змеезуб до сих пор продолжал исполнять обязанности глашатая, в
лесу поговаривали, будто его место очень скоро займет Остролап. Об этом
шептались на Советах, этого ждали - все больше с опаской. Метеор закрыл
глаза, содрогнувшись при мысли о том, что выкормыш Сумрачного леса
может возглавить племя…
Холодный снег брызнул ему в глаза, возвращая к реальности.
- Мышь! - взвизгнул Колокольчик, а Щукозуб рыбкой бросился в снег.
Выбросив лапы, он прыгнул на корни рябины, прихлопнул мышь и одним
укусом прикончил ее.
- Давайте возвращаться, - распорядился Метеор. Мороз усиливался, он
видел, что его товарищи уже начали дрожать.
- Но мы поймали всего одну мышку! - вздохнул Колокольчик.
- Нам пора, - твердо сказал Метеор. - Мы ходим целый день и
порядком замерзли. Нам только заболеть сейчас не хватало!
Он знал, что запасы целебных трав Ежевичинки подходят к концу.
Когда они вошли в лагерь, Щукозуб бросил свою мышь в кучу - рядом
с единственной дохлой лягушкой, уже успевшей окоченеть на морозе.
Вербовейная бежала в детскую, неся в пасти охапку перьев. Метеор
подошел к ней.
- Кому понадобились перья?
Глаза Вербовейной сияли. Не разжимая рта, она поманила Метеора в
детскую. Протиснувшись в теплую палатку, Метеор замер на пороге Лужица лежала в гнездышке, а под животом у нее пищали двое серых
котят.

190.

Котята?
Вербовейная заботливо обложила малышей перьями и села, мурлыча
на всю детскую.
- Это благословение Звездного племени!
Метеор так и застыл с разинутым ртом.
Что тут происходит?
- Я нашла их, - прошептала Лужица, поднимая на него глаза, в которых
впервые за долгое время светилась жизнь. Она нежно обняла котят
хвостом, прижала к себе.
- Девочка и мальчик! - с гордостью доложила Вербовейная. Метеор
уставился на котят. Светлосерый котенок громко пищал, а темно-серая
кошечка тихо обводила незнакомую палатку круглыми испуганными
глазками.
Метеор наклонился и дотронулся носом до нежного ушка малышки.
- Не бойся, кроха, - промурлыкал он. - Здесь ты в безопасности. - Он
поднял голову и, сощурившись, посмотрел на Лужицу: - Что значит нашла? Где? Чьи они?
- Нашла в снегу, на берегу реки, - серая кошка крепче обняла котят,
прижала к своему теплому животу. - Видно, какая-то одиночка бросила их,
негодная! Они могли замерзнуть насмерть, но Звездное племя направило
мои лапы туда. - Лужица вскинула голову, твердо посмотрела на Метеора. В
ее всегда нежных желтых глазах горела неукротимая решимость. - Я
оставлю их у себя и выращу, как собственных детей.
- А если найдется их настоящая мать? Если она придет за ними?
Лужица прижала уши.
- Эта негодница, которая бросила своих детей умирать на холоде?
Такая мать никогда не объявится!
Вербовейная нежно прижалась к Метеору.
- Само Звездное племя привело Лужицу к этим котятам.
Меднохвостка заглянула в детскую.
- Можно мне взглянуть на них? - промурлыкала она.
Из-за ее спины выглядывали Светловодная и Мягкокрылая.
- Уходите, - замахала лапами Вербовейная, выталкивая кошек наружу. Малышам нужен покой! Они еще слабенькие, подумать только - в такой
мороз сидели в снегу!
Метеор, качая головой, пошел к выходу, но на пороге обернулся и
посмотрел на Лужицу. Серая королева смотрела на котят таким взглядом,
словно в этих маленьких серых комочках теперь сосредоточилась вся ее
жизнь и весь мир. Он вздохнул и вышел.

191.

Перед детской Вербовейная отвечала на вопросы взбудораженного
племени.
- Они сильные и здоровые, просто очень напуганы, бедняжки. А какие
красивые - загляденье!
- Но хоть завтра утром нам можно будет на них посмотреть? Одним
глазком!
- Ах, слава Звездному племени! Теперь Лужица снова вернется к
жизни, бедняжка.
- Она в них уже души не чает, вот увидите, малыши будут ее обожать!
Мышелов пихнул Метеора в бок, кивнул на Вербовейную.
- Она молодец, - одобрительно промурлыкал он. - Сразу разобралась,
что к чему, порядок навела! Она будет прекрасной матерью.
Метеор кивнул, но тревога не отпускала его.
«Что если одиночка опомнится и вернется за своими детьми? Лужица
не переживет, если ей придется расстаться и с этими детьми. А если
одиночка будет готова драться? Правильно ли сражаться с матерью, которая
хочет вернуть своих котят?»
Что бы сделал на его месте Ледозвезд?
Метеор в задумчивости посмотрел на иву, под которой так любил
сидеть старый предводитель.
- Ну что, ты их уже видел? - Желудь, хромая, бросился к брату по
снегу.
- Кого видел? - рассеянно переспросил Метеор, все еще погруженный
в свои мысли. Однако он сразу обратил внимание на хромоту брата. - Как
ты? Кажется, тебе было велено сидеть в палатке и дать отдых лапе?
- Да забудь ты о моей лапе! - беспечно отмахнулся Желудь. - Ты лучше
скажи, как тебе котята? Скажи, они самые красивые во всем лесу? И серые,
совсем как наша Лужица! Это воистину благословение Звездного племени.
Метеор посмотрел в сияющие глаза брата. Желудь выглядел почти
таким же счастливым, как Лужица.
- Значит, ты думаешь, нам стоит оставить их?
- А ты так не думаешь? - всполошился Желудь. - Или ты боишься, что
их мать может вдруг потребовать котят обратно?
- Именно этого я и опасаюсь, - кивнул Метеор. - Это не наши котята.
Имеем ли мы право решать их судьбу?
- А что еще нам остается делать? - с плохо скрытым гневом спросил
Желудь. - Отнести их обратно на реку и бросить умирать на морозе? Они
замерзнут еще до восхода луны!
Метеор посмотрел в темнеющее небо. Алый шар солнца катился за

192.

верхушки деревьев. Ночь обещала быть морозной. Желудь был прав:
отказаться от котят означало обречь их на быструю смерть.
- Нам нужны котята, - задумчиво произнес Метеор. - Будь я уверен, что
их мать никогда не придет и не разобьет сердце Лужицы, я бы не колебался
ни мгновения…
Да, Речному племени были нужны котята. В последнее время они и так
потеряли слишком много малышей… Метеор с болью вспомнил трех котят
Заряницы.
- Хочешь, я посижу возле того места, где Лужица нашла котят? вызвался Желудь. - Если их мамаша объявится, я приведу ее в лагерь, и
тогда решим, что делать. - В голосе Желудя прозвучал гнев, словно его
приводила в бешенство сама мысль о том, что кошка, бросившая котят,
может потребовать вернуть их обратно.
Метеор насторожил уши.
- Дельная мысль. - Он покосился на хромую лапу Желудя. - Когда луна
поднимется на макушку неба, я пошлю Можжевельника сменить тебя.
- А если одиночка не появится, мы их оставим, правда? - Желудь
вытянул шею, заглянул в глаза брату. Он весь дрожал. Наверное, всему
виной был холод.
- Да, - кивнул Метеор, потирая лапой замерзший нос. - Они вырастут
Речными котами. Лужица заслужила счастье растить детей.
Показалось ему или в глазах Желудя в самом деле мелькнуло
облегчение? Метеор едва сдержался, чтобы не замурлыкать. Его брату пора
срочно обзаводиться подругой и собственными котятами!
Миновала луна.
Снег растаял, нежные светло-зеленые почки опушили ветки старой
ивы. Солнце медленно клонилось к зубчатому краю леса. Довольный и
сытый Метеор стоял на краю поляны и смотрел, как Вербовейная тащит в
лагерь огромную камышину, чтобы котята могли поиграть с ней. Камушек с
писком бежал за ней, задрав пушистый серый хвостик.
Метеор невольно залюбовался коренастым крепким малышом. Из него
выйдет отличный Речной кот, сразу видно, что он будет первым рыболовом
в племени! Зато его сестра Тучка была хорошенькой и очень хрупкой.
Присев в тени, она внимательно следила за камышиной, сощурив свои
светлые голубые глазки, потом прыгнула - и приземлилась прямо на
коричневую верхушку.
- Нечестно! - запищал Камушек, пытаясь спихнуть сестру, гордо
восседавшую на своей дичи. - Лужица! - позвал он королеву, которая
любовалась своими котятами, сидя перед детской. - Она опять!

193.

- Хватит, хватит, - заворковала Лужица. Она подошла к детям и ласково
спихнула Тучку с камыша. - Теперь очередь Камушка.
Вербовейная оставила игру и пошла через поляну к Метеору.
- Из них вырастут прекрасные охотники, - сказала она. - Ты видел, как
ловко они подцепляют камышину снизу своими коготками? Прирожденные
рыбаки, как будто родились в Речном племени!
Зашуршали камыши, и на поляну выбежал Желудь с жирным золотым
карпом в зубах. Завидев его, котята оглушительно завизжали. Глаза
Лужицы засверкали.
- Смотрите, что принес вам Желудь!
Тучка встала на задние лапки и ухватилась за карпа своими
крохотными коготками. Как только Желудь бросил рыбу на землю, она с
жадностью набросилась на угощение.
Зато Камушек недовольно сморщил носик.
- Фу, рыбой пахнет!
- Конечно, милый, - улыбнулась Лужица и лизнула его между ушек. Чем же еще должна пахнуть рыба?
Камушек посопел, потом откусил кусочек.
- А мышки нет? - с полным ртом спросил он.
- В другой раз, милый, - пообещала Лужица.
- Лиса! - раздался пронзительный вопль со стороны входа.
Взъерошенная Травница вбежала в лагерь, шерсть у нее стояла дыбом,
глаза округлились.
- Где? - вскочил Метеор.
- Ниже по течению, возле боярышника! - Травница подбежала к
предводителю. - Я почуяла ее запах!
- То есть ты ее не видела? - Метеор разгладил загривок. - Возможно,
она просто пробегала мимо.
- Послать туда патруль? - спросил Чащобник.
Вернувшись от Лунного камня, Метеор сделал его глашатаем.
Конечно, ему очень хотелось выбрать Желудя, но он понимал, что должен
оказать уважение старому и преданному воину. Он не сомневался, что
Желудь поймет и с радостью согласится подождать своей очереди.
- Я сам схожу, - решил Метеор.
- Один? - встрепенулся Чащобник. - Думаешь, это разумно?
- Если я обнаружу свежий запах, то немедленно вернусь за подмогой, пообещал Метеор.
Лисы редко забредали на их территорию из тенистого леса Грозового
племени, особенно теперь, когда лед растаял. Скорее всего, запах просто

194.

принесло через реку, а Травница всполошилась, не проверив.
Он вышел из лагеря, немного пробежал по тропинке и свернул в
прибрежные кусты. Река лениво лизала гальку. После того, как лед растаял,
уровень воды заметно упал. Берега уже оделись свежей зеленью. Метеор
вдохнул знакомый запах клейких листьев и мягкой земли. Рыба плеснула в
реке, круги побежали по тихой воде, по мокрому песку тянулась цепочка
следов куропатки.
Метеор неторопливо побрел вдоль воды. Добравшись до
боярышников, он остановился и как следует принюхался. Так и есть,
никакой лисы, только густой запах примулы и зелени… И чего-то еще.
Он застыл на месте.
Кленовница!
Резко повернув голову, Метеор скользнул взглядом вдоль берега. У
него похолодело в животе, когда ветки боярышника закачались, и из
зарослей вышла Кленовница.
Ее глаза горели упрямым оранжевым пламенем, рыжая шерсть
отливала золотом.
- Дурак! - не тратя времени на приветствия, прошипела призрачная
кошка. - Вот уж не думала, что сделаю предводителем рыбоголового дурня,
да еще слепого, как крот! Где твоя преданность племени?
Метеор пожал плечами и пошел прочь. Ему не хотелось ссориться с
Кленовницей. Что было, то прошло. Теперь ему просто хотелось держаться
от нее подальше, а еще лучше - вообще никогда больше не видеть.
Но разве от призрачной кошки так просто отделаешься?
Кленовница преградила ему дорогу.
Метеор выпустил когти.
- Оставь меня в покое!
- Но должен же кто-то тебя предупредить!
- О чем? - взорвался Метеор.
- О том, что тебя водят за нос, рыбоголовый болван! - зашипела
Кленовница. Видя, что Метеор продолжает непонимающе смотреть на нее,
она прорычала: - О подкидышах!
- А что с ними не так?
- Неужели ты поверил сладкой сказочке о трогательных малышах,
чудом нашедшихся в снегу? И тебя не насторожило, что сиротки
поразительно похожи на Речных котов? Ты не заметил, что они прыгают,
как Речные коты, и уже пытаются ловить дичь по-речному?
- О чем ты говоришь?
- Ты тупой или слепой? - завизжала Кленовница, вздыбив шерсть на

195.

загривке. - Как ты думаешь, почему твой драгоценный братец целыми
днями возится с этими подкидышами? Почему он играет с ними,
вылизывает их и охотится для них? Ты не заметил, что он ведет себя, как
заботливый отец? И где, как ты думаешь, живет настоящая мать этих
очаровательных малышей, так похожих на твоего братца?
- Замолчи! - в гневе зашипел Метеор. - Я не желаю слушать эти
грязные сплетни! У Желудя нет детей! У него и подруги никогда не было!
- В Речном племени не было, - усмехнулась ему в глаза Кленовница. Мой тебе совет - спроси Желудя, не было ли у него подруги на другом
берегу реки. Хорошенькой подружки с серой шерсткой и голубыми
глазками, совсем как у маленькой Тучки!
Метеора вдруг бросило в дрожь. Он посмотрел на лес, зеленевший на
другом берегу реки.
- Что ты такое говоришь? - пролепетал он, но призрачная воительница
уже исчезла.
Метеор повернулся и бросился бежать.
«Не будь глупцом, успокойся!»
Он бежал все быстрее, пытаясь избавиться от мерзких слов
Кленовницы, эхом грохотавших у него в ушах.
«Она снова врет! Она всегда тебе врала, почему ты веришь ей сейчас?
Эти котята не имеют никакого отношения к Желудю!»
Он вылетел на поляну, обвел глазами лагерь.
- ЖЕЛУДЬ!
- Что? - Желудь опрометью выкатился из детской, загривок у него
встал дыбом.
Метеор понизил голос, только сейчас вспомнив, что они не одни.
- Идем, - тихо приказал он.
Желудь послушно пошел с ним через камыши к воде.
- Что? - Он вскарабкался на гладкий камень, сел, обвив хвостом лапы. Что-то не так, да? - В его янтарных глазах мелькнула тревога.
Метеор посмотрел на бегущую реку. Птицы громко перекликались в
ветвях над его головой. Зимородок качался на ветке плакучей ивы,
пристально всматриваясь в воду: не мелькнет ли там крохотный рыбий
хвостик. Метеор набрал в грудь побольше воздуха.
- Это твои котята?
Желудь моргнул. Его усы замерли, уши словно примерзли к голове.
Шерсть стала гладкой, как рыбья чешуя.
- Да.
- От Синегривки?

196.

«От кого же еще, слепой ты глупец!»
- Да. - Теперь из глаз Желудя смотрела боль. - Она отказалась от них,
чтобы стать глашатой. - Его голос сорвался, превратился в сдавленный
шепот. - Она не смогла подвести свое племя… - Он с мукой посмотрел на
брата. - Она так и не объяснила мне, почему это так важно. Все твердила,
что не может позволить Остролапу взять верх… Я сам ничего не понимаю,
знаю только, что для нее это было очень важно. Синегривка была уверена,
что поступает правильно. Метеор! Прости меня… Что мне оставалось
делать?
«Может, я должен был рассказать Солнцезвезду все, что мне известно
об Остролапе? - Метеор вонзил когти в рассыпчатую гальку. - Это помогло
бы Синегривке. Возможно, тогда она оставила бы себе котят… И смогла бы
сама остановить Остролапа».
Тайны, которые он носил в себе, вдруг показал ему тяжелыми
камнями. Наверное, он утонул бы, если бы вошел в воду.
- Что ты теперь сделаешь? - тихо спросил Желудь. В его голосе
прозвучал вызов. Это был вопрос отца, готового на все, чтобы защитить
своих детей.
- Ничего, - вздохнул Метеор.
Желудь моргнул.
- Мы вырастим Камушка и Тучку достойными Речными котами, спокойно продолжал Метеор. - Ведь в их жилах течет наша кровь. - Он
посмотрел на свои лапы, не в силах поднять глаза на брата. - Но мне
грустно, что ты не доверился мне с самого начала. Ты же знаешь, что всегда
можешь обо всем мне рассказать.
- Прости, - потупился Желудь. - Кажется, я совсем запутался со всеми
этими тайнами!
Метеор поднял голову, грустно посмотрел в янтарные глаза брата.
«Если бы ты только знал, как с ними запутался я!»

197.

Глава XIX
Метеор бросил еще одну форель к лапам Чащобника, лежавшего возле
камышей. Отличная сегодня выдалась рыбалка, вечером Речное племя
будет пировать на поляне! Последние четыре поры были милосердны к
Речному племени, коты заметно раздобрели, их густая шерсть сияла, как
водная гладь на солнце.
Солнце скатилось за деревья, поднялся прохладный летний ветерок.
Камень перекатился на спину.
- Все, я сейчас лопну! - Он похлопал себя лапкой по круглому животу.
Для молодого воина Камень был на удивление крупным и таким
длинноногим, что он давно сравнялся в росте со старшими воителями.
Мальва со смехом пихнула его лапой.
- Так тебе и надо, обжора! - промурлыкала она. - Впрочем, ты
заслужил щедрое угощение. Я никогда не видела, чтобы кот мог прогнать
самого Двуногого!
Лужица повела ушами.
- Молю Звездное племя, чтобы оно дало моему сыночку передышку от
подвигов! - пробормотала она. - Он ведь еще вчера был оруженосцем, куда
торопиться?
- Я был не один, - поправил ее Камень. - Нас был целый патруль!
Невидимка нежно потерлась щекой о бок Лужицы.
- Не тревожься так за нас, - ласково промурлыкала она. - Мы уже
большие!
- Для меня вы всегда будете маленькими, - отрезала серая кошка. Должен же кто-то о вас беспокоиться?
Чащобник взмахнул хвостом.
- Ты отчаянно рисковал, Камень, - недовольно заметил он.
- Но не мог же позволить ему так близко подойти к нашему лагерю! возразил Камень.
- Нападение на Двуногого может принести большие беды, всполошилась Туманинка.
- Камень не нападал на него! - бросилась на защиту брата Невидимка. -

198.

Он просто зашипел!
- Вот, а теперь этот напуганный Двуногий расскажет обо всем своим
дружкам, и они все вместе прибегут сюда, чтобы отомстить нам! причитала Туманинка, качая головой. - Они захватят наш лагерь!
- Двуногие для этого слишком тупые, - зевнул Волнорез. - Они не
умеют организовывать настоящие нападения!
Метеор встал, потянул лапы.
- Мы пошлем дополнительный патруль на поле, - успокоил он и
покосился на кучу дичи. Может, предложить Вербовейной еще одного
карпа? В последнее время она постоянно хочет есть.
Меднохвостка тоже встала со своего места.
- Умираю, спать хочу! - Она кивнула Трещотке. - Ты готова?
Меднохвостка перебралась к старейшинам еще в пору Голых деревьев,
сразу после смерти Бурьяноусого. Она уже давно чувствовала приближение
старости, а когда появился повод разделить одиночество осиротевшей
Трещотки, рыжая кошка с радостью им воспользовалась, уступив свою
палатку Мальве и Светозарной.
- Я сегодня и так проспала весь вечер, - покачала головой Трещотка. Лучше полежу-ка я тут еще немного да послушаю, как воины хвастают!
- Мы не хвастаем! - возмутилась Светозарная.
- Ну конечно! - фыркнул Колокольчик. - Три раза за вечер рассказать
нам о том, как ты наловила больше всех рыбы - это называется хвастать!
- Но это же правда! - воскликнула Светозарная.
Метеор лизнул подушечку на лапе, приготовился умываться.
- Какое счастье, что ты никогда не хвастаешь, Колокольчик, - негромко
сказал он.
Коты захихикали.
- Да если бы он срывал по камышине всякий раз, когда рассказывает
нам о своей очередной победе над врагом, то из этого камыша можно было
бы сплести целую палатку, - засмеялся Лягушатник.
- Мне приходится считать свои победы! - обиженно воскликнул
Колокольчик. - Дело не в хвастовстве, а в истине! За последнее время мы
столько сражались, что всех врагов и не упомнишь!
Метеор стал мыть лапой уши. Ему нравилось сидеть на поляне,
слушая болтовню воинов, он искренне гордился своим сильным, сытым и
преданным племенем.
С наступлением Юных листьев ни одно племя не смело нарушить их
границы. Разумеется, Речные коты первым делом вернули себе Нагретые
камни. Как и предсказывал мудрый Ледозвезд, памятный дерзкий поход

199.

Солнцезвезда в Речное племя позволил Грозовым котам пользоваться
скалами всего лишь несколько зимних месяцев.
- Метеор? - тихо окликнула предводителя Вербовейная. Он поднял
голову. Подруга посмотрела ему в глаза и едва заметно кивнула в сторону
выхода.
- Что такое? - он встал и пошел к ней.
- Я подумала, ты захочешь прогуляться со мной немножко, проворковала Вербовейная. Ее прекрасные янтарные глаза тихо светились в
сумерках. - Мне нужно сказать тебе что-то очень важное, и лучше наедине.
Метеор склонил голову. Его подруга вела себя очень странно!
- Это что-то плохое? - всполошился он. - Ты здорова?
- Я прекрасно себя чувствую, - промурлыкала Вербовейная, пощекотав
его ухо кончиком хвоста.
Они вышли из лагеря и побрели к берегу, где галька еще хранила тепло
жаркого летнего дня.
- Ну? - нетерпеливо спросил Метеор. - Что ты хочешь мне сказать по
секрету от всего племени?
- То, что я жду котят.
Метеор споткнулся и замер, его сердце запело от счастья.
- Правда?
- Правда! - замурлыкала Вербовейная.
- Когда?
- Месяца через три.
- А… сколько?
- Откуда же я знаю, рыбоголовый! - засмеялась Вербовейная.
- Ты должна немедленно перебраться в детскую! - решительно объявил
Метеор. Нет, он не позволит Вербовейной рисковать собой и их будущими
детьми! Слишком много Речных королев потеряли своих котят, слишком
много горя и слез было пролито из-за беспечности.
- Не глупи, - насупилась Вербовейная. - Не делай меня посмешищем
всего племени! Я могу еще долго ходить в патрули.
- Тогда я запрещаю тебе поднимать что-нибудь тяжелее малька!
Вербовейная с мольбой посмотрела на него, нетерпеливо покачивая
хвостом.
- Ладно! - сдался Метеор, сообразив, что обсуждает какие-то глупости.
О чем он только думает - главное, у Вербовейной будут котята! У него
будут котята! Он прильнул щекой к щеке Вербовейной. Счастье искрами
разлеталось от его шерсти.
- Нужно скорее рассказать Желудю! - прошептал он. - Нужно всем

200.

рассказать! - Он бросился обратно, потом резко остановился и обернулся: Ты же не против, да? Можно мне рассказать племени?
Вербовейная с улыбкой кивнула.
Быстрее вихря Метеор ворвался в лагерь, остановился на середине
поляны.
- Вербовейная ждет котят!
- Поздравляю! - вскочил Совокрыл.
Желудь, умывавшийся на ночь, так и замер с поднятой лапой.
- Наконец-то! - Вскочив, он подбежал к брату и забегал кругами вокруг
него.
- Как раз вовремя, - довольно кивнула Мягкокрылая.
- Что тут говорят о котятах? - высунулась из палатки старейшин рыжая
Меднохвостка. Глаза ее радостно блестели, от сонливости не осталось и
следа.
- Вербовейная ждет! - радостно доложила ей Трещотка.
Меднохвостка выскочила из палатки и бросилась к предводителю.
- Ах, какое счастье! - оглушительно замурлыкала она. - Я так долго
ждала, когда же она, наконец, переберется в детскую! Но где же она? Рыжая кошка завертела головой, ища дочь, и радостно взвизгнула, увидев,
что Вербовейная входит в лагерь. Меднохвостка со всех ног бросилась к
ней, прижалась боком к ее боку. - Иди-ка отдохни, дорогая, - замурлыкала
она и повела Вербовейную под иву.
- Да прекрати ты суетиться вокруг нее! - фыркнула Переливчатая. - Все
будет хорошо.
Метеор повернулся к Чащобнику.
- Освободи ее от пограничного патрулирования.
- Ни за что! - возмущенно ощетинилась Вербовейная. Она умоляюще
посмотрела на проходившую мимо Ежевичинку. - Скажи ему, что я не
должна три месяца лежать на поляне, как больная!
Ежевичинка покачала головой.
- Нет, конечно, ты не больная и лежать ты тоже пока не должна. Целительница посмотрела на Метеора и заговорщически понизила голос: Но если ты мудрая кошка, ты не станешь мешать своему другу суетиться
вокруг тебя. Не каждый день воин узнает, что скоро станет отцом!
- Я не суечусь! - распушил грудку Метеор. Небо над его головой уже
начало темнеть, звезды засияли ярче. - Мне кажется, тебе пора отдохнуть,
Вербовейная. Ложись, я тоже сейчас приду
Вербовейная замурлыкала, когда он погнал ее в их новую палатку,
устроенную под корнями ивы.

201.

- Ты скоро? - спросила она, обернувшись.
- Я… я еще посижу немного, - пробормотал Метеор. - Я так
разволновался, что все равно не скоро усну!
Когда он снова вышел на поляну, его товарищи уже начали
расходиться. Можжевельник кивнул ему, проходя мимо.
- Поздравляю, Метеор!
- Спасибо.
Месяц сиял над поляной, звезды смотрели на Метеора с небес. Лагерь
вдруг показался ему тесным и маленьким.
Метеор вошел в камыши, побрел к ивняку. Черное небо, как бархатная
кротовая шкура, обнимало стволы деревьев. Запах цветов стоял в тихом
воздухе. Лапы Метеора быстро промокли от ночной росы.
«Спасибо, Звездное племя! Прошу вас, сберегите ее! Пусть все будет
хорошо».
Воспоминания нахлынули на него, обступили. Метеор тщетно пытался
отогнать их, спасти свое счастье от грозной тени прошлого. Он снова видел
Моросинку, на берегу, с пустыми глазами. Снова слышал сбивчивое
дыхание Ракушечника, вновь чувствовал на спине тяжесть мертвого тела
Ледозвезда.
- Кленовница! - не выдержав, прорычал он в темноту. - Вербовейная
моя, слышишь? Что бы ты там ни думала, я никогда не обещал отказаться
от нее! Не смей втягивать ее в наш спор! Не смей даже прикасаться к ней,
слышишь меня?
Метеор обвел глазами поляну и насторожил уши, ловя малейшие
шорохи. Несколько раз он втянул в себя воздух, ожидая почувствовать
знакомый едкий запах. Но кругом царила тишина, только ивы шептались о
чем-то своем, да звезды смотрели на него сквозь листву.
Метеор вошел в лагерь и повел носом. Роскошь Зеленых листьев
потускнела, в воздухе появился сырой запах земли и близких дождей.
Листопад был на пороге. Чащобник, Солнечная и Камень вбежали следом
за ним. Они только что вернулись после патрулирования Нагретых камней,
где обновляли метки. Метеор остановился посреди поляны, прислушался.
Потом проверил кучу с добычей - прекрасно, еды было вдоволь.
- Вербовейная! - ахнул он, увидев подругу, тащившую охапку осоки из
зарослей. - Великое Звездное племя, да что ты такое творишь? Ты же
окотишься со дня на день, разве можно таскать такие тяжести?
Он подбежал к подруге и вырвал у нее осоку.
- В чем дело? - рассердилась королева.
- В том, что ты не единственная кошка в племени, поэтому могла бы

202.

поручить эту работу другим!
- Спасибо большое, я пока в состоянии сама постелить себе
подстилку! - глаза Вербовейной гневно засверкали.
Метеор растерянно попятился.
- Хорошо, давай я тебе помогу, - прошептал он, подавив огорчение. Он
подхватил осоку и потащил ее в детскую. Там он сбросил свою ношу на
пол и принялся аккуратно стелить гнездышко.
Солнечная подняла голову со своей подстилки. Она ждала котят
Жуконоса и должна была окотиться вскоре после Вербовейной.
- Я говорила ей, чтобы она попросила кого-нибудь помочь, но она
такая упрямая!
Вербовейная, сопя, протиснулась в палатку.
- Не нужна мне помощь, - прошипела она сквозь зубы.
- Кому тут нужна помощь? - звонко спросила Ежевичинка, просовывая
голову в детскую.
Метеор с радостью повернулся к целительнице.
- Вербовейная совсем от лап отбилась! - пожаловался он. - Таскает
камыши через всю поляну и отказывается принимать помощь!
- Она просто торопится устроить себе гнездышко, - миролюбиво
промурлыкала Ежевичинка. - В этом нет ничего странного, Метеор, все
королевы так делают. - Она покосилась на кучу осоки, собранную
Вербовейной. - Но лучше бы носить охапки чуть поменьше, хорошо? Я
попрошу Переливчатую помочь тебе сплести гнездышко.
- Спасибо, - буркнула Вербовейная. Было видно, что она все еще
злится на Метеора.
Но на этот раз он тоже не собирался уступать.
- Нет, Вербовейная, я думаю… - Он осекся, потому что Вербовейная
вдруг закашлялась. Холодок пробежал по спине Метеора.
Ежевичинка сощурила глаза.
- Когда это ты начала кашлять, милая? - строго спросила она. Войдя в
детскую, целительница подошла к Вербовейной и приложила ухо к ее боку.
- Сегодня утром, - прохрипела королева. - Ничего страшного, просто в
горле першит. Наверное, проглотила перо во сне.
- Возможно, так оно и есть… - бодро закивала Ежевичинка. - Но я все
равно принесу тебе кошачью мяту и календулу.
Метеор впился глазами в целительницу. Он прекрасно знал, что она
умеет превосходно скрывать свои истинные чувства. Ничего, чуть позже он
заглянет к ней в палатку и прямо спросит, угрожает что-то Вербовейной
или нет.

203.

- Ой! - вдруг громко охнула Вербовейная и упала на пол.
Метеор застыл на месте. Вербовейная корчилась от боли!
Ежевичинка потрогала лапой вздувшийся живот королевы. Вид у не
был слегка удивленный.
- Да… Началось.
Метеор вздрогнул.
- Как, уже? Так рано?
Ежевичинка кивнула.
- Приведи Пачкуна и Меднохвостку, - попросила она, потом бросила
быстрый взгляд на Солнечную. - Ты хочешь остаться?
- Да, если можно, - закивала Солнечная. - Ведь моя очередь вот-вот
наступит, надо же знать, каково это!
Ежевичинка подтолкнула Метеора к выходу.
- Скорее!
Он выскочил на поляну и помчался к палатке целительницы. Просунул
голову внутрь, заморгал, всматриваясь в полумрак.
- Вербовейная вот-вот окотится! - завопил он.
Ученик целителя спокойно перебирал травы в глубине палатки.
Услышав вопль предводителя, он вскинул голову.
- Бегу! - закивал Пачкун и стал торопливо собирать нужные травы.
Метеор бросился в палатку старейшин.
- Меднохвостка!
Старая королева высунула голову из своего гнездышка.
- Что, началось?
- Как ты догадалась?
- Да как тут не догадаешься, когда молодой папаша врывается в
палатку и вопит, как раненый лис! - ласково промурлыкала Меднохвостка. Видел бы ты себя сейчас! У тебя глаза, как у перепуганного котенка,
которого впервые бросили в воду.
Меднохвостка встала и спокойно направилась к выходу.
Метеор вышел за ней и посмотрел, как рыжая кошка скрывается в
детской. Пачкун уже бежал через лагерь с охапкой трав в пасти.
Сгорая от тревоги, Метеор стал мерить шагами поляну, стараясь не
думать о страшных родах Заряницы.
В лагерь вбежал Желудь с рыбой в зубах. Взглянув на брата, он
поспешно выплюнул свой улов.
- Что? Вербовейная, да?
- Она… только началось, - выдавил Метеор, продолжая бегать тудасюда. - Ежевичинка сейчас с ней.

204.

- Все будет хорошо, - Желудь зашагал рядом с ним, мягко заставляя
идти медленнее. - Она сильная кошка. Я своими глазами видел, как она
одним ударом свалила с лап Грозового воина! Вот увидишь, Вербовейная и
не заметит, как родит тебе парочку!
У Метеора бешено забилось сердце.
- А какая она охотница! Она может не дышать под водой дольше, чем
Волнорез, а это о чем-то да говорит! - продолжал Желудь. - Всем известно,
что наш Волнорез только наполовину кот, а на вторую половину - рыба.
Выдрохвостая вышла из своей палатки, посмотрела на братьев.
- В чем дело? - спросила старая воительница, обводя глазами поляну.
Чащобник уже давным-давно уговаривал ее перебраться в палатку
старейшин, но Выдрохвостая твердила, что лапы ее не будет там до тех
пор, пока она может исполнять свои обязанности наравне с другими
воинами. Все прекрасно понимали причину ее упрямства. Выдрохвостая и
Чащобник были неразлучны уже много лет, и старая кошка просто не могла
удалиться на покой без своего верного старого друга.
Желудь подошел к старой кошке, отвел ее на край поляны и шепнул:
- У Вербовейной начались роды.
- Так я и думала, - вздохнула Выдрохвостая. - То-то я почуяла, что в
лагере пахнет страхом! Твоим, а не ее! - торопливо воскликнула она,
поймав затравленный взгляд Метеора. - Не волнуйся, все будет хорошо.
Чащобник сел рядом с ней.
- Он просто забыл, кто из них котится - он или Вербовейная! пошутил он.
Солнце уже высоко стояло над лагерем, когда Пачкун вышел из
детской.
- Тройня! - торжествующе объявил он.
Метеор моргнул.
- Как она?
- Все хорошо, - ответил Пачкун и посторонился, чтобы пропустить
предводителя внутрь. - Иди, поздоровайся со своими дочерьми. Три
девочки, бывает же такое!
Не чуя под собой лап, словно ступая по облакам, Метеор вбежал в
детскую. Там было тепло и тихо, пахло молоком и мокрой шерстью.
Измученная Вербовейная лежала в своем гнездышке, три серых комочка
уютно устроились под ее животом.
- Ш-шшш, - остановила Метеора Ежевичинка. - Она очень устала. Не
тревожь ее.
Вербовейная зашлась в приступе кашля.

205.

- Ничего, после сна ей полегчает, - прошептала Меднохвостка. - Что же
ты стоишь, Метеор? Принимай дочек и приглашай их в Речное племя!
Метеор с трудом оторвал взгляд от Вербовейной и посмотрел на котят.
Они были крохотные, серенькие и такие красивые, что у него перехватило
дыхание. Самая крупная была темно-серой, средняя - почти черной, зато
самая маленькая, серебристо-серая, была вылитая мать.
Сердце Метеора заныло от невыносимой нежности.
- Какие красавицы, - прошептал он, прижимаясь щекой к горячей щеке
Вербовейной.
- Я знаю, - ласково промурлыкала она и снова закашлялась.
Гордость пышным цветком распустилась в груди Метеора.
Ежевичинка склонилась к нему и прошептала:
- Дай ей покой.
Она мягко, но решительно вытолкала его из детской. Напоследок
Метеор с благодарностью посмотрел на целительницу. Она помогла
появиться на свет самым красивым котятам во всем лесу!
«Слава Звездному племени! Спасибо, что простили меня», прошептал он про себя.
Сегодня само небо благословило его, послав в его жизнь Вербовейную
и трех дочерей.
На следующее утро Метеор проснулся до рассвета. Солнце еще не
поднялось над горизонтом, когда он вышел из своей палатки и, позевывая,
прошелся по поляне. Тихо, как рыбка, он пробрался в детскую и посмотрел
на спящую Вербовейную. Трое котят тихо сопели под ее животом. Метеор с
улыбкой пошевелил усами. То-то они проголодаются, когда проснутся! Он
вернулся на поляну и поспешил к выходу. Когда Вербовейная проснется, ее
будет ждать жирный свежий карп!
- Это для Вербовейной? - спросил Желудь, когда Метеор вышел из
камышей с карпом в зубах. Метеор кивнул и вдруг замер, увидев
выходившего из детской Пачкуна. Он выронил рыбу и бросился к ученику
целительницы.
- Все в порядке?
Что-то в глазах Пачкуна заставило его похолодеть от страха.
- Тебе пока туда нельзя, - тихо сказал ученик целителя.
Метеор отшатнулся.
- Что это значит?
Из детской донесся надсадный кашель Вербовейной. Жалобно
запищали котята.
- Они же голодные! - возмущенно воскликнул Метеор. - И

206.

Вербовейная, наверное, хочет есть. Я им рыбу принес. - Она наклонился,
чтобы подобрать рыбу, но Пачкун загородил собой вход в детскую.
Метеор гневно посмотрел на него.
- В чем дело? - грозно прорычал он, стараясь справиться со страхом.
Пачкун твердо выдержал его взгляд.
- Ежевичинка сказала, что их пока нельзя беспокоить, - ответил он. Никому туда нельзя.
- Ежевичинка сейчас там? - Сердце Метеора забилось так сильно, что
разболелась грудь. - Что случилось? Почему я не могу видеть
Вербовейную? Да говори же ты, не молчи!
- Она… приболела, - ответил Пачкун. - Но котята здоровы, я за ними
присматриваю.
- Пусти меня! - зарычал Метеор и попытался оттолкнуть Пачкуна, но
тот мертвой хваткой впился в ветки у входа. Став целителем, старый вояка
нисколько не утратил силы.
Ежевичинка быстро вышла из детской.
- А, Метеор! - весело воскликнула она. - То-то мне показалось, что я
слышу твой голос. Успокойся, тебе совершенно не о чем волноваться! У
Вербовейной небольшой кашель, но я не хочу, чтобы кто-нибудь еще
заразился. Будь умницей, потерпи немного, ладно? Я сразу же позову тебя,
как только будет можно!
Метеор не верил своим ушам. Великое Звездное племя, где это видано,
чтобы предводителя племени не пускали в детскую к собственной подруге
и детям!
- Почему же вам можно туда ходить? - спросил он. - Это нечестно! Он понимал, что ведет себя, как перепуганный котенок, но не мог
удержаться. - И Солнечная тоже до сих пор там!
- Солнечную мы уже перевели к старейшинам, - ответила Ежевичинка,
склонив голову к плечу. - Что касается нас с Пачкуном, то если бы мы
заразились, то уже начали бы кашлять. Как видишь, нам ничто не угрожает.
- Но я же тоже был там вчера и не заразился! - воскликнул Метеор.
- Потому что ты пробыл в деткой совсем недолго, - твердо ответила
Ежевичинка. - Поверь мне, будет лучше, если ты немного потерпишь. Ты
наш предводитель, мы все зависим от тебя. Твоя жизнь слишком важна,
чтобы рисковать ею.
Метеор открыл пасть - и закрыл. Ему нечего было возразить. Он был
нужен своему племени. Но… но ведь Вербовейной он тоже нужен!
- Поправляйся поскорее! - мяукнул он, прижавшись мордой к стене
палатки. - Я люблю тебя, Вербовейная! И наших дочек тоже! Пожалуйста,

207.

поправляйся!

208.

Глава XX
Метеор вскочил, услышав, что Ежевичинка выходит из детской. Может, принести еще меда? - спросил он.
- Не надо. - Глаза целительницы погасли, хвост безвольно волочился
по земле.
Моросил унылый серый дождик, серое небо было глухо и слепо к
мольбам Метеора. Кашель Вербовейной с каждым днем усиливался, двое
из ее котят заболели вслед за матерью. Ежевичинка по-прежнему не
пускала Метеора к больной, но он потерял покой и сон и все свободное
время сидел возле детской, прислушиваясь к сиплому кашлю,
доносившемуся сквозь стены.
Он потерял счет времени, не обращал внимания ни на что кругом и
постоянно расхаживал по поляне, то моля Звездных предков о чуде, то
проклиная их за жестокость. Куда подевалась отвага, доверие, надежда и
терпение, которыми одарили его предки возле Лунного камня? Метеор
растерял все эти добродетели. Звездное племя предало его. Где их
верность? Как у них хватает сердца обрушивать на него столько страданий?
«Спасите их! Умоляю, спасите их…»
- У нее Зеленый кашель, - глухо объявила Ежевичинка, глядя перед
собой.
- Набрать кошачьей мяты? - воскликнул Метеор, бросаясь в камыши.
- Я уже давала ей кошачью мяту, - ударил ему в спину тихий голос
целительницы. - Ничего не помогает.
Стены детской задрожали, когда Вербовейная снова зашлась кашлем.
Следом тоненько заперхали котята.
Метеор прижал уши, впился когтями в землю.
- Что мне сделать?
- Ты… зайди к ней, - тихо сказала Ежевичинка, отходя в сторону. - Она
зовет тебя. Она хочет дать имена котятам.
«К чему такая спешка?» Метеор в страхе уставился на детскую, лапы
вдруг приросли к земле.
- Иди, - повторила Ежевичинка.

209.

На негнущихся лапах он преодолел короткое расстояние, отделявшее
берег от детской, вошел внутрь. Там было темно, пахло затхлостью и
болезнью. Метеор заморгал, торопясь привыкнуть к полумраку.
- Вербовейная?
Она лежала на своей подстилке, котята все так же прижимались к ее
животу. Глаза Вербовейной были закрыты, исхудавшие бока едва
шевелились.
- Ты… пришел…
Метеор бросился к ней, уткнулся носом в ее шерсть, прильнул к щеке.
- Ежевичинка и Пачкун не пускали меня к тебе, - горячо зашептал он,
смаргивая слезы. - Но я все время был рядом, сидел возле детской.
- Так долго… сидел? - Глаза Вербовейной блестели, щеки у нее были
мокрые, кашель сотрясал ее измученное тело.
- Нет! - прошептал Метеор. - Совсем недолго…
- Прости меня… - она посмотрела ему в глаза долгим тоскливым
взглядом. - Прости, пожалуйста.
- За что? - моргнул Метеор.
- За то, что оставляю тебя… Зато, что ты будешь один растить наших
дочерей.
- Ты никуда не уйдешь! - воскликнул Метеор, еще крепче прижимаясь
к ее щеке. - Я тебя не отпущу.
- Ты будешь… прекрасным отцом, милый. - Вербовейная замурлыкала,
но тут же снова раскашлялась. На этот раз ей потребовалось много
времени, чтобы отдышаться. - Я была так счастлива, когда Ледозвезд
принес нас обратно из племени Ветра. Уже тогда я любила тебя… и Речное
племя…
- Нет, пожалуйста, не говори так! - заплакал Метеор. - Я же не могу без
тебя жить! Сколько я себя помню, я был счастлив только тогда, когда со
мной рядом была ты. - Котята подняли головки, повернули к нему свои
слепые мордочки. - Ты не можешь бросить наших котят, Вербовейная! Ты
нужна им!
- Мой любимый, - Вербовейная с трудом подняла голову, уткнулась
носом в его щеку. - Будь сильным, прошу тебя. Ради меня.
- Ты поправишься!
- Помоги мне… дать имена нашим дочерям.
Оцепенение охватило Метеора, тупое безразличие сковало его сердце,
остановило мысли. Вербовейная права. Они должны назвать дочерей.
Он протянул лапу в гнездышко, дотронулся до головки темно-серой
кошечки.

210.

- Плотвичка, - тихо прошептал Метеор. Имя само сорвалось с его губ.
Он давным-давно придумал имена всем своим дочерям, он молил Звездное
племя благословить их…
- Плотвичка, - с нежностью повторила Вербовейная.
- Вербочка, - Метеор погладил дымчатую черную малышку. - Я хочу
назвать ее в честь тебя.
Вербочка слабо мяукнула и схватила его за лапу. Мурлыча от
нежности, Метеор осторожно отцепил ее коготки и дотронулся до своей
самой маленькой, серебристо-серой, дочки.
- А это у нас Серебринка.
- Серебринка… - Вербовейная затихла, прижавшись щекой к его щеке.
- Какие славные имена… Какие хорошие…
Ее дыхание выровнялось, глаза сами собой закрылись. Обняв котят
хвостом, Вербовейная теснее прижала их к себе и устало вздохнула.
Метеор зарылся носом в ее шерсть.
- Отдыхай, милая. А я буду рядом, ты знай, что я всегда рядом. - Он
забрался в ее гнездышко, прижался к боку подруги. - Я буду беречь твой
сон, буду согревать тебя, чтобы ты поспала… - Он закрыл глаза и полной
грудью вдохнул нежный запах Вербовейной.
- Метеор?
Зашуршали ветки палатки, Ежевичинка тихо вошла внутрь.
Склонилась над Метеором, коснулась носом его шерсти.
- Я слышала, как ты назвал своих дочерей. Какие красивые имена!
Он поднял голову. Как долго он тут пролежал?
Голос Ежевичинки был тих, как дыхание.
- Мне так жаль… Она ушла от нас.
- Нет! - Метеор вскочил и с ужасом почувствовал, как холодна шерсть
лежавшей рядом Вербовейной. - Нет! - Он выбрался из гнездышка,
выскочил из детской. - Нет! - Его отчаянный вопль разнесся по всему
лагерю. - Я никогда не обещал тебе этого!
Со всех сторон на него смотрели изумленные глаза Речных котов. Они
ничего не понимали!
- Нет! - Метеор выскочил из лагеря, помчался по мокрой траве к ивам.
- Кленовница! - рычал он. - Где ты? Значит, это еще одна твоя жертва? Ты
сделала это, чтобы я смог стать великим? Но я не хочу быть великим,
слышишь? Не хочу! Верни ее! Я забираю его назад, ты слышала? Я
забираю свое обещание! Если ради величия нужно пожертвовать ею, то мне
ничего не нужно! Я не хочу!
- Метеор? - раздался из-за деревьев громкий голос Желудя.

211.

Метеор остановился, задыхаясь. Его легкие разрывались, горло горело
огнем от крика.
Желудь подбежал к нему.
- О чем ты говоришь? - Он прижался к дрожавшему боку брата, обвил
его хвостом. - Что ты пообещал? Кому?
Метеор отпихнул его.
- Ты не знаешь! Я не могу тебе рассказать! - Когти вины глубоко
впились в его сердце, грозя разорвать. - Я не могу никому сказать!
Желудь погладил его хвостом.
- Давай вернемся в лагерь, Метеор. Речные коты в ужасе.
Метеор встал на подгибающиеся лапах. Ничего не видя перед собой,
он слепо побрел за Желудем в лагерь, вышел на поляну.
Солнечная выбежала из детской, неся в зубах крохотную Серебринку.
Метеор, очнувшись, бросился к ней.
- Куда ты ее несешь?
Солнечная отстранилась, страх мелькнул в ее широко распахнутых
глазах. Ежевичинка бросилась между ними.
- Она отнесет Серебринку в палатку старейшин, чтобы уберечь от
заразы. Не беспокойся, Солнечная выкормит и согреет твою дочку.
- А как же Плотвичка и Вербочка? - спросил Метеор.
- Они спят в детской.
- А…а… Вербовейная? - Родное имя застряло у него в глотке, грозя
задушить. Ежевичинка смотрела куда-то поверх его плеча. Обернувшись,
Метеор увидел, что тело Вербовейной уже лежит на поляне, под серым
унылым дождем. С душераздирающим стоном он отвернулся и бросился в
детскую. - Я останусь со своими детьми!
Он снова забрался в осиротевшее гнездышко, свернулся возле
Плотвички и Вербочки. Они обе дрожали в лихорадке и кашляли. Метеор
обвил их хвостом, прижал к себе.
- Ш-шш, маленькие, - шептал он. - Все будет хорошо.
Снаружи донеслись взволнованные голоса.
- Не тревожьтесь, - услышал Метеор спокойный голос Ежевичинки. Он горюет. Ему нужно время, чтобы оправиться.
Метеор прижал уши и крепче обнял своих котят. Они кашляли и
дрожали, щуплые, как зимняя дичь, слабые, как трава. Постепенно в
палатке стемнело. Пришла ночь. Метеор слышал шорох шагов и тихие
голоса котов, оплакивавших Вербовейную, но не шевелился. Он нежно
вылизывал своих дочек, пока они не затихли. Только тогда, успокоившись,
Метеор закрыл глаза.

212.

- Метеор.
Он проснулся. Рассвет просачивался сквозь плетеную крышу. Серая
фигура Пачкуна едва виднелась в сумраке. Метеор сел. Котята откатились
от него. Он протянул лапу, чтобы вернуть их обратно.
Пачкун осторожно остановил его.
- Они умерли, Метеор. - Он опустил глаза на два маленьких тела. - Они
уже с Вербовейной.
Он говорил что-то еще, но Метеор уже не слушал. Он выскочил из
гнезда, из детской, прочь, прочь…
Словно затравленный лис, он заметался по лагерю, не обращая
внимания на испуганные вопли Речных котов, не видя ничего, кроме
колышущегося моря шкур и расплывчатых теней.
- Горе, какое горе! - несся ему вслед пронзительный вопль
Меднохвостки.
- Только не это! За что? Котята, маленькие…
Метеор застонал, услышав душераздирающий плач Лужицы, ворвался
в свою палатку. Бросившись на подстилку, он зарылся носом в мох и
закрыл глаза.
Мох еще хранил слабый запах Вербовейной. Метеор подавил вопль,
зажмурился еще крепче. Что бы он ни делал, обещание настигало его!
«Я проклят… Я обречен терять всех, кого люблю». Воспоминания
потоком нахлынули на него, одна трагедия сменялась другой Вербовейная, котята, Моросинка, Ледозвезд, Ракушечник… Предательство
Желудя, жертва Синегривки.
«Невидимка и Камень даже не знают, кто их настоящая мать!»
Опрометчиво данное им обещание повлекло за собой страшную цепь
последствий, подобно тому, как брошенный в воду камень посылает
расходящиеся круги по воде. Эти круги разбегались все шире и шире, они
затрагивали не только его жизнь, но и судьбу племени, судьбы других
племен… И все из-за Кленовницы!
- Кленовница!
Рев вырвался из глотки Метеора.
«Я доберусь до тебя, тварь!»
Он провалился в черный омут сна, всей душой пожелав проснуться в
Сумрачном лесу.
Когда он снова открыл глаза, то увидел перед собой Кленовницу.
Она стояла под деревом и смотрела на него.
- Метеор!
В ее глазах Метеор не увидел ни сожаления, ни раскаяния, только злое

213.

торжество.
Ярость ослепила его. С громким воплем Метеор ринулся на
призрачную воительницу, желая порвать ее в клочья за все страдания,
которые она причинила ему и всем, кого он любил. Он вспомнил
смертельный укус Соколятника, огонь забурлил в его жилах. Одним
могучим ударом Метеор опрокинул старую кошку наземь и потянулся
зубами к ее горлу.
Но Кленовница ловко увернулась и зарычала. Радость светилась в ее
глазах.
- Уж не думаешь ли ты, что сможешь справиться со мной? - прошипела
Кленовница. Она прыгнула на Метеора и ударила его по щеке когтистыми
лапами.
Метеор пошатнулся и осел на землю. Новый удар обрушился ему в
бок.
Выпустив когти, Метеор прыгнул на Кленовницу, повалил ее на землю
и принялся драть когтями, рыча от бешенства. Но Кленовница с неземной
силой отбросила его от себя, так что Метеор кувырком полетел на землю.
Он попытался встать, но призрачная кошка вскочила на него, вытянув
передние лапы с выпущенными когтями, острыми, как кривые щучьи зубы.
Метеор поднырнул под нее, подсек под задние лапы. Затем развернулся,
высоко подпрыгнул и прыгнул Кленовнице на спину, так что та со стоном
распласталась по земле. Она забилась, но Метеор только крепче вонзил
когти в ее бока и впился зубами в ее тощий хребет.
Его торжество было недолгим. Кленовница снова отшвырнула его, и
на этот раз в ее лапах была такая сила, которой земному коту нечего было
противопоставить.
Словно сухой лист, Метеор отлетел на край поляны и рухнул на
топкую склизкую землю. В глазах у него потемнело, он даже не стал
шевелиться, когда тяжелое тело упало на него сверху, а острые когти
прижали его к земле.
- Убей меня, - прохрипел Метеор. - Убей, мне все равно больше
незачем жить!
- Ну нет, - промурлыкала Кленовница ему на ухо. - Моя месть будет
только слаще, если ты останешься жить и будешь страдать каждый
прожитый день!
- Месть? - вздрогнул Метеор. - Что я тебе сделал?
Кленовница отшвырнула в сторону и приблизила к нему свою
оскаленную морду. Безумная ненависть пылала в ее янтарных глазах.
- Тебе с рождения было предназначено стать предводителем Речного

214.

племени. Я не имела к этому никакого отношения. Твой путь был
определен звездами за много-много лун до твоего рождения. - Она
придвинулась еще ближе, обдала Метеора своим горячим, нечистым
дыханием. - Но только дурак верит судьбе! Я сама должна была стать
предводительницей Грозового племени! Но Грозовые коты изгнали меня,
когда я выбрала себе друга в Речном племени. - Кленовница скривила губы,
обнажив клыки. - Знакомая история, да? Возможно, тебе будет приятно
узнать, что твой братец не единственный предатель в лесу! Не он первый и,
клянусь мраком, не он последний! - Она с ненавистью ударила Метеора
лапой, глубоко вонзив когти в его шкуру. Глаза ее заблестели еще ярче. - О,
наши котята были самыми красивыми на свете! Но вот беда - они утонули.
Когда Грозовые коты меня изгнали, я хотела перенести их через реку в
Речное племя, к отцу. Но река отняла у меня моих детей и унесла прочь…
Метеор сделал попытку вырваться.
- Лежать! - зарычала Кленовница. - О нет, ты выслушаешь мою
историю до конца! Я так долго ждала, когда расскажу тебе все. - Ее гнилое
дыхание опалило усы Метеора. - Хочешь знать, что было дальше? Отец
котят обвинил в их смерти меня! Речное племя не дало мне приюта, они
изгнали меня так же, как это сделали Грозовые коты. Можешь себе
представить, что я испытала? Ты знаешь, что значит быть отверженной дважды? Меня предали все. Родное племя, друг, соседи. Меня превратили в
одиночку только за то, что я искала любви. Никто не оплакал моих детей,
никто не разделил со мной мое горе. О, я вижу, ты полон негодования! Не
волнуйся, мой милый, я заставила их всех расплатиться. О, я долго
вынашивала планы мести, а когда пришло время, не раздумывала ни
мгновения. Как ты думаешь, почему я здесь оказалась? - Она обвела
глазами сырую поляну. - Можешь не сомневаться, я сделала все для того,
чтобы заслужить место в Сумрачном лесу. Знаешь, что ранило меня
больнее всего? То, что мой неверный друг и отец моих утонувших котят,
погоревав положенное время, выбрал себе в подруги Речную кошку. Он,
клявшийся, что будет любить только меня! Сначала у них родилась дочка,
потом Звездное племя подарило им сына… Ты уже догадался, кто был их
сыном?
Метеор отрицательно помотал головой.
- Ракушечник! - с ненавистью прошипела Кленовница. - Твой отец! Лапы у нее задрожали. - Теперь ты понял? Дошло?
- Ч-что я должен понять?
- Рыбоголовый олух! Всегда был дураком, таким и остался! взорвалась Кленовница. - Речное племя должен был возглавить мой

215.

потомок, а не внук моего неверного друга! Если бы Речное племя не
изгнало меня, законной подругой твоего деда стала бы я, а не какая-то
рыбоглазая Речная королева! - Кленовница задыхалась, ее слова
прерывались рычанием. - Я столько страдала! Я пережила столько
предательств! Так много котов причинили мне немыслимые страдания! И
что же? На свет появляешься ты - жалкий мягкосердечный недотепа, сверх
меры одаренный милостью звезд! Тебе, который вообще не должен был
появиться на свет, предначертано великое будущее! Ты, занявший место
моих нерожденных внуков, с рождения был отмечен печатью будущего
величия! - Кленовница с отвращением оттолкнула от себя Метеора. - Я
хотела испытать тебя, - прошипела она. - Я жаждала убедиться, что ты
такой же слабый, трусливый и вероломный, как твой дед! Я хотела увидеть,
предашь ли ты меня так же, как это сделали они. - Кленовница обошла
вокруг Метеора, раздвинула губы в жестоком оскале. - Ты хорошо
помнишь, о чем я тебя попросила? Я обещала дать тебе все, о чем ты
мечтаешь, подарить тебе власть над целым племенем в обмен на одноединственное обещание - быть верным только своему племени! Не котам племени! Ставить его превыше всего на свете! И ты дал мне это обещание.
Ты поклялся! Ты согласился жертвовать всеми, кого любишь! Матерью,
отцом, братом, подругой, а теперь и детьми. Да, Метеор! Твоя судьба
исполнена - за одно обещание я заберу у тебя все!
- Ты… сумасшедшая, - прошептал Метеор.
Кленовница приблизила свои безумные глаза к его носу.
- Возможно, - прошипела она. - Но ведь я мертвая. Поэтому ты ничего
не сможешь со мной поделать!
Она прошла мимо него и растаяла в гнилых сумерках, а Метеор, весь в
крови, проснулся на своей одинокой подстилке.

216.

Глава XXI
Метеор раздвинул носом моховой полог, закрывавший вход в его
палатку. Рассвет занимался над лагерем. Чащобник уже сидел возле
камышей, распределяя патрули. Лягушатник, Туманинка, Совокрыл и
Светловодная кольцом обступили его. Камыш и Пушистая выбегали из
свей палатки, за ними торопились Черный Коготь и Колокольчик. Метеор
молча смотрел, как они внимательно слушают распоряжения Чащобника.
Перед ним были настоящие Речные воины - сильные, храбрые, умелые и
преданные, готовые верой и правдой служить своему племени и
ожидающие того же от своего предводителя.
- Туманинка, ты пойдешь ловить рыбу вместе с Пушистой и Камышом,
- говорил Чащобник. - Поднимитесь повыше по течению, в последнее
время мы слишком часто рыбачили возле каменной переправы. Совокрыл,
ты… - Глашатай осекся, увидев Метеора, выходящего на поляну.
Метеор поежился, поймав на себе хмурый, оценивающий взгляд
Чащобника. Он заставил себя выдержать этот взгляд, потом сам обвел
глазами притихших котов. Они прятали глаза, топорщили загривки.
Внезапно Метеор вновь почувствовал себя испуганным котенком, впервые
вышедшим из палатки целительницы после того, как сломал челюсть.
Только сейчас ему было еще хуже.
- Они просто не знают, как тебя утешить, - вернул его в настоящее
тихий голос Ежевичинки. Она подошла к Метеору и остановилась рядом с
ним, бросив на землю охапку свежесобранных трав.
- Меня уже ничто не утешит, - хрипло выдавил Метеор. Это было его
первое утро без Вербовейной. Он не мог поверить, что солнце все так же
встает над миром. - Как Серебринка? - спросил он.
- Отлично! Я скажу ей, что ты спрашивал о ней, - торопливо ответила
Ежевичинка и посмотрела на свои перепачканные зеленым соком лапы. - Я
набрала для нее календулы, на всякий случай. Малышка совсем не кашляет,
но я думаю, что осторожность не помешает.
- Я хочу поговорить с тобой, - перебил ее Метеор. - Наедине.
Он вывел Ежевичинку из лагеря, не оглядываясь, прошел вдоль берега

217.

к широким плоским камням, лежавшим у самой воды. Здесь Метеор сел и
долго смотрел на сухой лист, качавшийся у берега. Ивы уже начали
желтеть. Вода мягко плескалась возле камней.
- Что ты хотел мне сказать? - нарушила молчание Ежевичинка.
- Я не все тебе рассказал, - выпалил Метеор и посмотрел в глаза
целительницы, заранее страшась того, что может там увидеть. Наверное,
она больше никогда не сможет доверять ему, когда узнает…
- Говори, - спокойно сказала целительница.
- Я не просто тренировался в Сумрачном лесу под началом мертвой
кошки, - заговорил Метеор. Его бросило в жар, но сейчас ему было уже все
равно. - Я дал ей обещание. Она сказала, что даст мне все, о чем я только
мечтаю, если я пообещаю быть преданным моему племени. - Он ждал, что
Ежевичинка что-нибудь скажет, но она лишь молча смотрела на него. - Я
должен был пообещать всегда и во всем ставить племя превыше всего. Мне
тогда казалось, что это хорошее обещание. Правильное. Я думал, что не
обещаю ничего особенного, - продолжал Метеор. - Я ведь и так был предан
своему племени и хотел всегда оставаться верным! Но оказалось, что весь
смысл обещания был в словах «превыше всего».
Эта фраза и сейчас обожгла ему язык, как сок горьких трав.
- И что это означало?
- Я не спрашивал. Я не увидел в этом ничего странного, слова они и
есть слова. - Метеор сгорбился. - Я не понял, что Кленовница требовала от
меня принести в жертву всех, кого я люблю!
- Ты говоришь о Вербовейной? - тихо спросила Ежевичинка.
- Да. И о Моросинке. О Ракушечнике. Они все умерли.
- Но ты не приносил их в жертву, Метеор! - воскликнула Ежевичинка,
растерянно глядя на него. - Они умерли не по твоей вине.
- Нет, это я во всем виноват! - взорвался Метеор, хлестнув себя
хвостом. - Если бы я не дал это проклятое обещание, они и сейчас были бы
живы. А Желудь бы никогда… - он осекся и недоговорил. Ежевичинка не
знала, что Желудь изменил своему племени с Грозовой кошкой. Он не имел
права разглашать его тайну. - Все было бы иначе, если бы я… если бы я не
мечтал с детства стать предводителем. Если бы не я, Кленовница не стала
бы мстить Речному племени.
«Мне нельзя было становиться предводителем! Почему Звездные
предки не отказали мне?»
Может быть теперь, когда Ежевичинка узнала всю правду, она
поговорит с предками и попросит, чтобы они забрали у него дар девяти
жизней? Метеор повесил голову и уставился на серый камень. Что ж, он

218.

заслужил это.
Ежевичинка долго смотрела на него, сощурив глаза.
- Почему ты думаешь, что все могло бы быть иначе, Метеор? - тихо
спросила она. - Я выслушала тебя, но не увидела, в чем заключается твоя
вина. Метеор, неужели ты думаешь, что Сумрачный лес обладает властью
изменить судьбу племени? - Голос ее окреп, теперь в нем звучал вызов. - Ты
в это веришь? Или ты воображаешь, будто у тебя есть власть над жизнями
других котов? Опомнись, Метеор, даже Звездное племя не властно над
судьбами живущих!
Метеор смущенно поскреб когтями о камень.
- Метеор! - глаза Ежевичинки заблестели. - Ты так долго шел темным
путем, совсем один, без поддержки и помощи! - Она вскарабкалась на
камень рядом с ним, прижалась боком к его боку. - Бедный мой маленький
Кривушка! Я знала, что тебе предназначена великая судьба еще в ту пору,
когда ты только-только вышел из детской. Не Кленовница сделала тебя
предводителем, а судьба и твои собственные достоинства. Ты занимаешь
свое место по праву, а не по воле сумасшедшей мертвой кошки. Что же до
смертей, то в них нет твоей вины. Знаешь, что я тебе скажу? Я не верю, что
даже Кленовница имеет к ним какое-то отношение. Нет у нее такой власти,
Метеор. Порой горе приходит в нашу жизнь без причины, вернее, эти
причины скрыты от нас до срока… - Она подняла голову, посмотрела на
реку. - Не верь Сумрачному лесу, Метеор. Он лжет, когда заманивает
обещаниями, и лжет, когда пытается запугать. - Ежевичинка заглянула
Метеору в глаза. - Пожалуйста, не думай, что тебе снова придется страдать
в одиночестве. Я получила хороший урок, Метеор, и больше никогда тебя
не оставлю. Я всегда буду рядом. Я - твоя целительница, твоя
представительница перед Звездным племенем. Ты всегда можешь
довериться мне.
- Правда? - с усилием выдавил Метеор, не в силах справиться с
нахлынувшими чувствами.
- Правда, - Ежевичинка лизнула его в щеку. - Я надеюсь, что безумная
Кленовница насытилась своей местью и оставит тебя в покое.
Впервые за долгое время Метеор почувствовал себя свободным. Он
избавился от своей тайны. Он поделился своими страхами с той, кто могла
их понять. Невероятное облегчение охватило его, ему показалось, будто он
сейчас взлетит.
- Ладно, пора возвращаться в лагерь, - заторопился он, спрыгивая с
камня. - Чащобнику нужна помощь!
Ничего, он выдержит. В детстве он нашел в себе силы появиться перед

219.

племенем со сломанной челюстью, значит, сумеет посмотреть в глаза котам
и сейчас. Это были его товарищи, его соплеменники, а он был их
предводителем. Он был нужен своему племени не меньше, чем оно было
необходимо ему.
- А как же Серебринка?
Вопрос Ежевичинки застал его врасплох.
- А что с ней? Ты же сказала, что Солнечная о ней позаботится.
- Да, но малышке пора увидеть своего отца.
- Потом, - буркнул Метеор, спрыгивая на берег. - Мне нужно
организовать патрули!
Жуконос выплыл из камышей и вскочил на берег. Вода ручьями
стекала с его черной шерсти. Свежепойманная рыбка билась в его пасти.
- Это для Солнечной? - спросила Переливчатая. - Хочешь, я ей отнесу?
Жуконос помотал головой и потрусил в сторону детской.
Метеор проводил его взглядом из-под ветвей ивы. Наверное, Жуконосу
не терпелось проведать своих котят, черную Лисоньку и полосатого бурого
Стебелька. После рождения котят Жуконос ходил по лагерю важный, как
барсук, и при первой возможности бежал в детскую.
Переливчатая прошла через поляну, села рядом с Метеором.
- Почему ты не заходишь проведать Серебринку? - спросила она.
- Там слишком тесно, - ответил Метеор, не сводя глаз с детской.
Миновала четверть луны с ночи смерти Вербовейной. Речное племя
ходило на цыпочках вокруг осиротевшего Метеора, сочувствуя его
страшному горю. Но он все больше молчал, посвящая все свое время
заботам о племени. Он был одержим мыслью во что бы то ни стало
доказать всем, что Ледозвезд не ошибся, выбрав его своим преемником.
Метеор очень обрадовался, когда Солнечная окотилась и у его
осиротевшей дочери появились товарищи по играм. Теперь у Серебринки
была собственная семья. Он ей не нужен. Тем более, что приближалась
пора Голых деревьев, а вместе с ней и новые хлопоты. У него было столько
дел, когда ему бегать в детскую!
Метеор взмахом хвоста подозвал к себе Лягушатника и Цветенницу,
которые вплетали свежую осоку в стены палатки старейшин, готовя ее к
скорым холодам.
- Да? - со всех лап бросился к нему Лягушатник. Цветенница вплела
между ветками кончик непослушного стебля и тоже подбежала к
предводителю.
- Мне кажется, наша куча с добычей поредела, - заметил Метеор. Лягушатник, возьми с собой Камыша, Оцелотку и Черного Когтя, сходите

220.

порыбачить. А ты, Цветенница, позови Можжевельника, Мягкокрылую и
Волнореза, и отправляйтесь проверить Нагретые камни.
Цветенница смущенно поскребла лапой песок.
- Чащобник только утром помечал границу.
- Значит, пометьте еще раз! - повысил голос Метеор.
Переливчатая встала и отошла к палатке старейшин.
- Займусь-ка я стенами, - пробормотала она, шевеля усами. В ее голосе
Метеор ясно услышал недовольство, но решил не обращать внимания на
бурчание старой кошки. Воины должны повиноваться без возражений!
Он прошел по поляне, взрывая лапами сухие листья. Остановился
перед детской. Он уже не раз подходил сюда и стоял, глядя на маленькую
палатку, где умерла вся его прежняя жизнь. Оттуда часто доносился
звонкий голосок его дочери, но Метеор не хотел его слышать. Он
поворачивался и уходил прочь.
Метеор часто слышал, что воины и старики говорят, что никогда не
видели такого красивого котенка, как Серебринка. Но и эти разговоры были
ему неприятны.
Из детской выскочил Жуконос.
- Серебринка просто чудо какое-то! - промурлыкал он, убегая в
сторону камышей. - Сама маленькая, не больше лапы, но до чего же
хорошенькая! Страшно подумать, какой она станет, когда вырастет!
Метеор насторожил уши, придвинулся ближе к стене. Он услышал, как
крохотные лапки скребут по веткам гнездышка.
- А я самая большая! Я родилась раньше вас!
Наверное, это была Серебринка. Интересно, какая она сейчас? Похожа
ли на Вербовейную?
- Солнечная! Она не пускает меня в гнездышко!
- Ш-шш, Лисонька, - раздался воркующий голос королевы. - Она
непременно тебя пустит, если ты вежливо попросишь.
- Я просто хочу, чтобы ты быстрее подросла! - снова зазвенел
тоненький голосок Серебринки. - Вырастай скорее! Я так хочу выбраться
отсюда и пойти исследовать наш лагерь!
Метеор услышал шаги за спиной и обернулся. Перед ним стоял
Желудь.
- Почему ты не зайдешь и не посмотришь на нее? - спросил брат.
- Потому что у меня полно других дел.
- Да неужели? - Желудь повел ушами. - Ты не сможешь вечно
прятаться от нее. Она растет, ты и опомниться не успеешь, как она начнет
бегать по всему лагерю и охотиться на лягушек. Неужели ты не хочешь,

221.

чтобы она узнала, кто ее отец?
- Подумаешь! - огрызнулся Метеор. - Можно подумать, твои дети
знают, кто их отец!
Желудь съежился под его взглядом.
- Это другое… Тем более что я всегда рядом… Я играю с ними,
охочусь для них. А Серебринка даже не знает, что ты есть на свете.
- Отстань от меня, - разозлился Метеор и отвернулся. - Это не твое
дело.
Но Желудь снова встал перед ним:
- Вообще-то, это мое дело. - Он сердито сверкнул глазами. - Ты же мой
брат! А Серебринка - дочь моего брата, моя кровь! Ты ведешь себя, как
рыбоголовый, и все племя об этом знает. Просто я единственный, у кого
достаточно храбрости сказать тебе это в глаза.
- И у тебя хватает наглости называть себя храбрым? - взвился Метеор.
- Да ты вообще не имеешь права говорить об этом! Ты струсил даже сказать
мне о том, что Синегривка носит твоих котят! Ты держал все это в тайне!
Если бы она не бросила их, чтобы стать глашатой, ты бы продолжал
молчать!
- Уверен?
- Да, еще как уверен! - Метеор выпустил когти. - И не притворяйся,
будто ты понимаешь, что я чувствую! Ничего ты не понимаешь!
- Я не притворяюсь! - теряя терпение, завизжал Желудь. - Я понимаю,
что бедная Серебринка осталась без матери, а живой и здоровый отец знать
ее не хочет! - Шерсть его встала дыбом, он выпустил когти. - Как ты
можешь возглавлять племя, если боишься взять на себя ответственность за
одного маленького котенка?
- Ты-то взял, я посмотрю!
- Да, взял! - взревел Желудь, в бешенстве глядя на брата. - У тебя что,
камень в груди вместо сердца? Как ты можешь позволить малышке расти с
пониманием, что родной отец ее не любит? - Он покачал головой. - Ведь
ты, больше, чем кто бы то ни было, должен понимать, как это ужасно.
Почему же ты готов подвергнуть собственную дочь тому, через что прошел
сам?
- Да как ты смеешь обвинять в этом меня?
Слепая ярость охватила Метеора, он бросился на брата и повалил его
на землю. Желудь зарычал и забил лапами, расцарапав брату щеку.
- Ах ты, змеиная душонка!
Встав на задние лапы, Метеор с такой силой ударил Желудя в грудь
передними, что тот кубарем покатился по земле. Быстро вскочив, он принял

222.

стойку и уставился на Метеора прищуренными глазами, превратившимися
в две узкие злые щелочки.
- Остановите их! - завизжала Переливчатая, бросаясь на поляну.
Чащобник выскочил из воинской палатки и беспомощно забегал
вокруг дерущихся.
- Оставьте их, - рявкнул Пачкун, отгоняя всполошившихся
соплеменников. - Порой это лучший способ выяснить отношения.
- Я не такой, как Моросинка! - прорычал Метеор, с ненавистью глядя
на брата. - Я хочу для Серебрянки только лучшего!
- Наверное, Моросинка тоже считала, что поступает правильно, прошипел Желудь. - Она тоже оправдывала себя! Никто не хочет признать,
что поступает гадко и жестоко!
- Неправда! - завизжал Метеор. Он прыгнул на брата, подсек его под
задние лапы и нанес передними молниеносный сокрушительный удар,
отточенный бесконечными ночами тренировок в Сумрачном лесу, где вечно
царят густые сумерки, а звездный свет никогда не озаряет гнилую землю.
«Что я делаю?»
Смертельный ужас пронзил Метеора, когда он понял, что был на
волосок от того, чтобы применить против брата смертельный прием
Остролапа.
Метеор опустил занесенную лапу и отошел, свесив голову. Желудь
вскочил с земли и подбежал к брату
- Мир? - пропыхтел он.
Метеор посмотрел на него. Горечь сжала ему горло.
- Мир… Ты просто ничего не понимаешь… Как я могу полюбить ее,
если все, кого я люблю, умирают?
Глаза Желудя заблестели от слез.
- Но ведь я живой!
Метеор вздохнул.
- Живой… пока.
Желудь пристально смотрел на него.
- Такова жизнь, брат. Каждый кот проходит через этот страх. И что,
лучше вообще отказаться от любви? Разве ты жалеешь о том, что любил
Вербовейную? Жалеешь о тех днях, когда вы были счастливы, когда она
делала тебя счастливым? - Его голос задрожал. - Где твоя храбрость,
Метеор?
И тут из детской донесся пронзительный писк:
- Ой, Солнечная! Солнечная!
Серебринка стояла у входа в детскую и смотрела на поляну

223.

огромными голубыми глазами.
- Большие коты дерутся!
Желудь подтолкнул Метеора:
- Иди к ней!
Метеор зажмурился и сделал глубокий вдох. Собрав все силы, он
заставил себя шагнуть к детской.
«Пусть в пору сомнений твое сердце всегда ведет тебя вперед, а не
назад…» - прогремели у него в ушах напутственные слова Ледозвезда.
Звездное племя подарило ему девять жизней, и он должен доказать, что
был достоин этого дара.
Метеор наклонился и коснулся носом мягкого серебристого ушка.
- Все хорошо. Никто больше не дерется.
Но малышка попятилась назад, дрожа от страха.
- Не бойся, - прошептал Метеор. - Мы дрались понарошку.
«От нее пахнет Вербовейной! У нее такая же нежная шерстка, и точно
такие же темные полоски на головке…»
- Мы просто тренировались, глупышка. Все хорошо. Разве в племени
может быть плохо?
Серебринка робко шагнула к Метеору и поглядела поверх его головы
на Желудя, который следил за ними с края поляны. Осмелев, малышка
подняла на Метеора свои огромные голубые глаза цвета самого чистого
летнего неба. Он во все глаза смотрел на свою дочь. Она была совсем
маленькая и такая красивая, что у Метеора заныло сердце. Серенькая, как
Вербовейная, с серебристым отливом, с материнским разрезом глаз…
Серебринка была вылитая Вербовейная, и в то же время так похожа на него
- формой ушек, длиной хвоста.
Время остановилось для Метеора, он стоял и смотрел на маленькую
Серебринку, не в силах вздохнуть. Ему казалось, будто какая-то добрая
сила вывела его из кромешной тьмы на свет. Новая надежда забрезжила
перед ним. Впервые за эти страшные четверть луны он почувствовал на
шкуре тепло солнца.
«Не оставляй нас, Вербовейная! Приглядывай за нами с небес. Ты так
нужна нам!»
- Вы, правда, тренируетесь? - промяукала Серебринка. - Честное
слово? Вы больше не будете кричать?
- Не будем, - прошептал Метеор. Его сердце готово было разорваться
от счастья, слезы застилали ему глаза. - Честное слово. Я твой отец, а отец
всегда держит слово.

224.

Персонажи спецтома «Обещание Метеора»
Речное племя
Воины
Hailstar - Ледозвезд (очень крупный, очень густая серая шерсть,
лобастая голова, коренастый, мускулистый, желтые глаза)
Brambleberry - Ежевичинка (целительница, белая с черными пятнами)
Shellheart - Ракушечник (глашатай Ледозвезда, худой, косматый,
пятнистый серый кот)
Echomist - Туманинка (подруга Ледозвезда, (серая, мягкая, блестящая
шерсть с белыми пятнышками)
Timberfur - Чащобник (был в «Пророчестве СЗ» - большой, серобурый, с гладкой и блестящей шерстью)
Brightsky - Заряница (рыжая с белым)
Rainflower - Моросинка (серая кошка, подруга Ракушечника)
Cedarpelt - Можжевельник
Ottersplash - Выдрохвостая
Fallowtail - Меднохвостка (красивая рыжая кошка с голубыми глазами,
была в «Битве племен»)
Owlfur - Совокрыл (крупный, коричневый с белым, белая морда)
Lakeshine - Светловодная
Shimmerpelt - Переливчатая (очень красивая, угольно-черная,
блестящая шерсть)
Rippleclaw - Волнорез (был в «Пророчестве СЗ»)
Mudfur - Пачкун
Piketooth - Щукозуб (полосатый кот)
Оруженосцы
Sofrpaw - Мягколапа - Мягкокрылая
Whitepaw - Чистолап - Чистозуб

225.

Котята
Volekit - Мышастик - Мышатник - Мышелов (сын Ледозвезда и
Туманинки)
Beetlekit - Жучишка - Жуколап - Жуконос (сын Ледозвезда и
Туманинки)
Petalkit - Цветинка - Цветолапочка - Цветенница (дочь Ледозвезда и
Туманинки)
Stormkit - Грозовичок (сын Ракушечника и Моросинки) - он же:
Кривушка-Криволап-Криворот- Метеор
Oakkit - Желудишка (сын Ракушечника и Моросинки) - Желуденок Желудь
Milkfur - Молочай, старый целитель Речного племени
Graykit - Graypaw - Graypool - Лужинка -Лужелапка - Лужица
Willowkit - Willowpaw - Willowbreeze - Вербочка - Верболапка Вербовейная
Sunkit - Солнышко (девочка, светленькая) - Солнцелапка - Солнечная
Frogkit - Лягушонок (мальчик, полосатый хвост) - ЛягушникЛягушатник
Skykit - Пушинка (девочка, бурая) - Пухолапка - Пушистая
Blackkit - Черничка (мальчик, черный с серым отливом) - Чернолапник
- Черный Коготь
Sedgekit (Sedgepaw-Sedgecreek) - Травинка - Траволапка - Травница
(бурая, полосатая, острые коготки)
Loudkit (Loudpaw-Loudbelly) - Бубенчик - Звонколап- Колокольчик
(темно-коричневый, уже стариком он появляется в «Новом пророчестве», в
книге «Рассвет», когда он отказывается уходить в Великое путешествие и
остается в старом лесу)
Reedkit - Камышонок - Камышик- Камыш
Leopardkit - Оцелоточка - Оцелотница- Оцелотка
Dawnkit-Dawnpaw-Dawnbright - Светик- Светолапка- Светозарная
Mallowkit-Mallowpaw-Mallowtail - Мальвочка- Мальволапка- Мальва
Splashkit - Капелька (умерший котенок Лужицы)
Morningkit - Лучик (умерший котенок Лужицы)
Stonekit-Stonepaw-Stonefur - Камушек - Камнелап -Камень
Mistykit-Mistypaw-Mistyfoot-Mistystar - Тучка - Тучелапка - Невидимка
- Невидимая Звезда
Minnowkit - Плотвичка (умершая дочка Метеора и Вербовейной)

226.

Willowkit - Вербочка (умершая дочка Метеора и Вербовейной)
Silverkit-Silverpaw-Silverstream
СеребринкаСребролапкаСеребрянка
Vixenkit - Лисонька (черная кошечка, дочь Жуконоса и Солнечной)
Grasskit - Стебелек (бурый, полосатый котенок, сын Жуконоса и
Солнечной)
Старейшины
Duskwater - Темноводница (серая кошка с голубым отливом, белая
грудка и живот)
Birdsong - Трещотка (Рыжая, в серую полоску, белый живот и грудка)
Tanglewhisker - Бурьяноусый
Troutclaw - Плавник
Племя Ветра
Reedfeather - Камышник Talltail - Лучехвост (будущий Звездный луч)
Crowtail - Вранохвост (был в «Голосах в ночи», будет в «Тайне
Щербатой»)
Archeye - Хитроглазый (будет в «Тайне Щербатой» и «Мести
Звездного Луча»)
Dawnstripe - Светлячок (золотистая, полосатая, была в «Битвах
племен», будет и в «Тайне Щербатой» и в «Мести Звездного Луча»)
Племя Теней
Hollyflower - Остроцветик (была в «Голосах в ночи», будет в «Тайне
Щербатой» и «Главной надежде»)
Foxheart - Лисохвостка (была в «Голосах в ночи», будет в «Тайне
Щербатой»)
Stonetooth - Камнезуб (бывший глашатай)
Грозовое племя
Pinestar - Острозвезд
Sunfall - Солнцесвет
Thistleclaw - Остролап
Blueheart - Синегривка

227.

Whitewing - Белогривка
Adderfang - Змеезуб
Tawnyspots - Пятнистый (одно время был глашатаем, был в
«Пророчестве Синей Звезды»)
Сумрачный лес
Mapleshade - Кленовница
Shredtail - Рванохвост
Silverhawk - Соколятник
Звездное племя
Mossleaf - Мох (молодой воин из Речного племени)
Lillyflower - Лилия (синеглазая кошка из Речного племени)
Lightnoingpaw - Молниелап (молодой оруженосец из Речного племени)
Sparrowfeather - Зяблик (из Речного племени)
English     Русский Правила